- Смотри, сын, - приговаривала я, держа Пэйна на руках, - твой отец – капитан пожарной охраны. Он командует своими людьми и тушит большие пожары..

Сын в ответ причмокивал, крепко схватив пальчиками бутылочку. Его взгляд был серьёзен. Интересно, как выглядит сын Генри? Мы с братом созвонились несколько месяцев назад. Я узнала, что он построил карьеру, женился. Мой племянник, Фредерик, немного старше Пэйна. Разумеется, как истинный журналист, Генри не мог успокоиться, пока не узнал, что со мной. Да, мы больше не будем прятаться друг от друга, но защиту нашей базы данных надо усовершенствовать. Брат звонит мне каждый месяц.

Мой муж так и не познакомился с ним: если Лианг не возится с сыном, то он на работе, ждёт вызова.

Меня же за глаза называют грозой криминала. Если преступники думали, что я буду бездействовать в декретном отпуске, то сильно ошибались.

Я по-прежнему бралась за расследования.
- Миссис Харди, - усталым голосом произнёс владелец супермаркета, - суть дела такова: кто-то ворует ящики со свежими яблоками. Пожалуйста, пресеките это безобразие.
- Хорошо, я помогу Вам. Ждите моего визита.
Мои любимые яблоки! Я не могу смотреть сквозь пальцы на это дело.

Я позвонила мужу.
- Я выиграл спор, - поделился Лианг, - ребята даже премию мне выплатили! У тебя новое дело?
- Поздравляю. Да.
- Хорошо, скоро буду.

Чтобы не оставлять Пэйна одного, мы дежурили по очереди: я – днём, а муж – ночью. Сдав сына Лиангу, я поехала в супермаркет.

- Проблема в том, что утром я в супермаркете не бываю, - развёл руками владелец заведения, я не могу знать, что происходит в это время.
- А кто может?
- Оливер Гринвуд из утренней смены.

Я припомнила, что этот человек уже фигурировал в одном из моих расследований. Впрочем, Гринвуд тоже меня не забыл. Улыбаясь, выложил всё, что знал:
- Грабитель точно был из синдиката, - шёпотом доложил Оливер, - из наших с этими ребятами связан Лэнг Гвидд. Понимаете?

Гринвуд подмигнул мне. Я поблагодарила и покинула его, пока не навязался в попутчики. Жаль, что Синбада нет в городе. Он бы мне помог.

- Я бы заскучала на такой работе, - подзадорила я. Лианг одарил меня счастливой улыбкой:
- Ну, мы ещё и с Томом разговариваем.
- О чём?
- У Пэйна последний зуб прорезался, - усмехнулся муж, - а друг о своих племянниках рассказал.

Я чуть не расхохоталась: два суровых пожарника на станции болтают о детишках, после чего мчатся спасать здание твинбрукского отделения полиции. Кондиционеры дали сбой и заморозили всё здание.

Хорошо, что Лиангу удалось спасти людей и починить неисправную электронику.

Лэнг Гвидд долго ломался и мычал что-то невразумительное. Чтобы ускорить процесс добычи информации, я сунула воришке стосимолеонную бумажку.
- Понимаете, - вздохнул Гвидд, - я собирался свистнуть этот чёртов ящик, но тут кто-то утащил яблоки прямо у меня из-под носа!
- Ты его разглядел?
Лэнг пристыжено помотал головой, с чем и был отпущен.

Я опросила нескольких горожан и выяснила один интересный факт.
- А я и не знал, что яблоки украли, - пожал плечами пожилой мужчина, - я покупаю с рук у Робби Кенни.

- Я тоже, - подтвердила стоящая рядом дама.

Последним я поймала своего преданного папарацци, и этот оказался клиентом предприимчивого Кенни. Мой взгляд упал на пожилого улыбчивого человека.

Старый торговец не солгал: Оливер действительно приторговывал яблоками из супермаркета, о чём свидетельствовали обломки ящика и счета на крупные суммы. Всё это я нашла в мусорном баке Гринвуда. Сам Оливер мирно почивал в кроватке, когда я покинула его двор, чтобы дать отчёт клиенту.

Владелец супермаркета долго благодарил меня. Похоже, нерадивому работнику придётся несладко. Впрочем, это уже не моё дело. Я вышла из магазина с премией в кармане. Дело закрыто.

Я же утром пошла проверить почтовый ящик и извлекла из него красивый сертификат. Я припомнила, что у отца был такой, и я, маленькая Анна, часто на него любовалась.
Сертификат был выдан Лиангу. В спортивном комитете Твинбрука зафиксировали выдающиеся достижения моего мужа и отослали эти данные в институт развития спорта Симсити. Ребята из большого города, в свою очередь, прислали Лиангу награду.

Я повесила сертификат в гостиной и села почитать книгу. Теория логики в ней была преподнесена великолепно: живым, понятным языком. Я полностью погрузилась в чтение!

Я решала примеры, пеленала сына, отвечала на звонки, даже не подозревая, что в доме, объятом пожаром, прогремел взрыв. Помещение заволокло дымом, а мой муж еле устоял на ногах. Осколками ему оцарапало лицо, а какая-то железная деталь впилась Лиангу в плечо.

- Это не просто мошенничество, - наставительно произнёс Бадди Бэйли, - дело касается политики.
- Я поняла, - ответив, я сделала пометки в блокноте, - мы можем поговорить вечером.
- Договорились, - обрадовался клиент.
Мне не нужно было идти в участок, чтобы взяться за расследование. Нуждающиеся в помощи люди сами находили меня.

Второй взрыв прогремел на кухне. Пожарная каска приняла на себя град осколков, но мой муж не обратил на это внимание: если бригада не справится с пожаром в ближайшее время, то он разгорится с новой силой и перекинется на другие строения.

- Поднажмём, ребята! – воскликнул Лианг.
Домой муж вернулся поздно ночью. И главное, что вернулся. Пять часов борьбы с огнём, извлечение осколка, швы, перевязка. Почему не позвонил? Не хотел беспокоить!

Сил нет сердиться. Заражения крови не произошло. Раны не смертельны. Лианг будет жить.

Когда сын подрос, стало видно, что он взял от родителей самое лучшее: мои глаза и волосы, нос и скулы Лианга. Каким будут характер и телосложение Пэйна – покажет время. Сын не любит сидеть на одном месте долго, поэтому ни одна из попыток сфотографировать его не удалась в полной мере.
- Вот эта подойдёт, - муж выбрал фотографию, на которой Пэйн восторженно смотрит наверх. Её и вклеили в альбом.

Обнаружив палочку от ксилофона, сын обстучал ею всё, что встретил на своём пути, пока не добрался до самого инструмента. Под пронзительное клацанье игрушки Лианг ответил на телефонный звонок.
- Вы изменили мою жизнь раз и навсегда! Спасибо!
Получив благодарность от владельца дома, в котором был ранен, муж признался, что благополучно оглох на оба уха.
И смех, и слёзы. Рука Лианга так и не восстановилась полностью. Похоже, и раны, и контузия неизлечимы. Муж, я уверена, сам осознаёт, что пик его карьеры прошёл, но признаваться в этом не хочет.
Я не поднимаю этот вопрос и говорю преимущественно о Пэйне. Лианг благодарен мне за это. Когда настанет время, он сам начнёт разговор. Сейчас же мы обсудили новую проблему: сыну пора научиться ходить.

Я занялась образованием Пэйна. Сын издал удивлённый возглас, когда, вместо привычной, занял незнакомую и неудобную позу. Пухлые ножки подкосились, и Пэйн шлёпнулся на пол. Я снова подняла ребёнка, и он, держась за мои пальцы, сделал первый неуверенный шаг. Полдела мы с ним провернули.

- Па? – вопросил Пэйн.
Несмотря на маленький возраст, он постоянно следил, чтобы отец замечал его успехи.
- Нет, - я покачала головой, и сын огорчился. Я уговорила его продолжить тренировки, чтобы вечером было что показать Лиангу.
Наверняка муж сейчас чинит пожарную машину.

Или в каком-нибудь здании со сложной и запутанной архитектурой произошла утечка газа. И Лианг, специалист по подобным происшествиям, отправился на вызов.

Лопнула газовая труба, и пожарные эвакуируют людей из здания. Мой муж отправляется на поиски источника аварии. Он дышит с помощью специального аппарата, потому что от запаха газа легко потерять сознание и погибнуть.

Спустя два часа после сигнала тревоги специалист по утечкам газа выходит из здания и сообщает, что проблема ликвидирована. Спасение состоялось!

Вскоре Лианг вернётся домой, к Пэйну. Сын весь день ждёт его и встречает радостными криками.

Да, и протестировать всхожесть только что найденных семян не помешало бы.

Спам я действительно обнаружила: книжный магазин отчаянно рекламировал никому не нужные издания. Похоже, упорные букинисты перестарались с рекламой.

- Спасибо! – бодро изрёк Бадди, когда я отчиталась о проделанной работе, - не сомневайтесь, я призову магазин к порядку.

Я попрощалась с клиентом и взглянула на часы. Десять часов вечера. Дело брать было поздно, и я пошла домой.
- Ты сегодня рано, - улыбнулся Лианг. Они с сыном сидели на полу и во что-то увлечённо играли.

- Угу, дел на сегодня нет, - отозвалась я, - сейчас разогрею ужин.
Я поставила блюдо в микроволновку и включила таймер. В кармане завибрировал телефон.
- У меня крадут яблоки! – жалоба последовала незамедлительно.
Я пообещала Сьюзи Сантос разобраться. Очередное мелкое дело. Мне это надоело, но никогда не знаешь, чем обернётся расследование в Твинбруке.

Вскоре вся семья легла спать, но я не могла сомкнуть глаз. В тишине я отчётливо услышала, как скрипнула дверь.

Без Лианга навряд ли здание офисных близнецов удалось бы спасти. Люди, не состоящие в пожарной бригаде, способны лишь стоять и бессильно смотреть на происходящее.

Мой муж быстро и без лишних движений справился с утечкой газа.

У меня есть повод гордиться. Но я сама могу броситься навстречу опасности, а когда появляется угроза жизни близким, начинаю бояться. Мы, Харди, отчаянная семейка, но я так и не привыкла к этому.
Довольно! Распустила нюни!
Перед вечеринкой Лианг зашёл домой, чтобы переодеться и навестить сына. Пэйн уже несколько месяцев не желал расставаться с ксилофоном, и муж не уставал твердить о музыкальном даровании ребёнка. Ещё бы, с его азиатскими корнями это неудивительно!

В репертуар Пэйна входил сборник «Любимые папины мелодии», которые Лианг прослушал в сто пятый раз.
Как правило, на вечеринках собирались знаменитости. Видимо, чтобы напомнить друг другу и прочим горожанам о собственной значимости. На тусовке, устроенной Тимом, муж встретил Аластора Пайна.

Лианг быстро нашёл общий язык с этими звёздами местного пошиба, и был принят в компанию, как свой. Признаю, среди них много хороших ребят, но кто-то придумал, что статус обязывает кичиться своим положением.

Я много раз ходила на вечеринки, а муж сидел дома. Что ж, на этот раз моя очередь сидеть дома, готовить ужин и ждать вторую половину.

Выслушивая очередные дифирамбы в адрес Чо Сонван, я пыталась вычислить количество углов в любовном многоугольнике, который устроила девушка. Все они, кроме неё, были явно тупыми.
Азарт охватил меня. Личность Чо Сонван напрашивалась на разоблачение, и я как можно быстрее хотела понять, что девица затеяла, и вывести её на чистую воду. Раз уж дома Чо Сонван нет, то было бы неплохо проверить её почтовый ящик. Ничто не говорит о человеке больше, чем его личная переписка.

Судя по письмам, в доме Чо Сонван находилось общежитие на пятнадцать человек, и у всех был одинаковый почерк. Либо у красавицы целая коллекция паспортов.
Я ещё раз просмотрела письма, чтобы запомнить все имена девушки, после чего набрала один номер.

Ещё в Риверсайде у меня был один хороший знакомый, который позже получил должность в разведуправлении. Позже мы встретились, когда шёл судебный процесс над Вальтером.
- Привет, - радостно поздоровался Ричи, - нужна информация или просто решила поболтать?
- Первое. Пробьёшь мне пару интересных фамилий?
- Не вопрос!
Я назвала три никнейма Чо Сонван и получила занимательные данные по ним.

- Всегда пожалуйста. Ещё что-то? – спросил Ричи.
- Ага.
Так, ещёкая, я выяснила факты обо всех именах.
- Похоже, эта аферистка теперь в Твинбруке, - усмехнулся мой друг, - ну, успехов в поимке! Пока.
Все бы они такими в своём управлении были, как Ричи. Мысленно поблагодарив его ещё раз, я отправилась в театр – ловить преступницу.

Едва увидев меня, Чо Сонван сникла.
- Хорошо, я всё поняла, - буркнула она.
- Молодец. Теперь прощайся со своими меценатами и сиди тише воды ниже травы. Поняла?
- Угу.

На том и порешили. Бадди Бэйли, как клиент, должен был узнать всю правду.
- Неверная! – расплакался незадачливый влюблённый, - как она могла?! Мы хотели поехать на Гавайи! Хотя, какое там. Держите, Вы заслужили…
Бэйли ушёл скорбеть о своей любви, а я пересчитала свой гонорар: на поездку клиенту всё равно не хватило бы.

Я получила звание «Частный сыщик». Преступники меня боятся, коллеги со всей округи со мной советуются, а модницы Твинбрука завидуют моему элегантному плащу. Можно сказать, что я на вершине карьеры.

Наверное, мы всё-таки поздно встретились и слишком долго ждали. Кто знает, как сложилась бы жизнь, если бы мы соединили свои жизни много лет назад, когда я впервые приехала в Шанг-Симлу?
Наверняка мы по-другому смотрели бы друг на друга. Но «бы» - это не для реальности. Лианг слишком быстро постарел. Он уже не тот сильный черноволосый мужчина, спасающий жизни и имущество. Мой муж – пожилой человек. Седой и худощавый.

Я уже закрашиваю первую седину и тщательно прячу волосы под своей шляпой детектива. Гала Болл предложила мне принять участие в шантаже её начальника, и мне нужно поговорить с ней.

- Ты действительно возьмёшься за это? – с сомнением спросил Лианг. Нам всё же следовало пожениться раньше.
- Нет, - как можно решительнее ответила я, - постараюсь её отговорить.
Не хватало мне ещё карьеру испортить из-за чьей-то прихоти. С головой у меня всё в порядке, и мыслю я чётко и ясно.

Гала Болл назначила встречу на городской свалке. И, разумеется, не сказала мне ничего конкретного.
- Ну… Он, наверное, темнит с поставками, - задумчиво произнесла она.
Как ни странно, эта фраза меня заинтересовала, и я решила опросить горожан, чтобы составить представление о бистро, в котором работала Гала Болл.

На этой же свалке я обнаружила серебро, железо и Бадди Бэйли.

- Там неплохо кормят, - поделился словоохотливый старик, - но когда я в последний раз посетил бистро, у меня сильно разболелся живот. С чем это связано?
- Я скоро выясню, - пообещала я и сбежала от Бадди подальше. Разговор с ним мог затянуться на долгие часы.
В городском центре мне попался Андре Вульф.
- Бистро – это отличное место, где можно поесть. Рекомендуем! – поделился он.
- А сами вы давно там ели, ребята?
- Мы там вообще не бывали месяца три, - радостно ответила «звезда» и удалилась.

Третий опрошенный долго жаловался на качество продуктов в бистро. Похоже, дело и в самом деле нечисто. Я повертела в руках кредитку: как раз сегодня мы с мужем получили зарплату, а она у нас немаленькая.

Я решила рискнуть и пообедать в злосчастном бистро.

Дома муж обсыпал сам себя конфетти и принял поздравления от Пэйна. Сын подполз к отцу и хлопал в ладоши рядом с ним.

- Смотри, Пэйн, - Лианг указал на куртку и топор пожарного, которые занимали почётное место на стене нашего дома, - это работа для настоящих мужчин!

Сын с любопытством уставился на отцовские игрушки. Жаль, в этот момент меня не было дома: я обедала в бистро.
Сомнений не оставалось: блюда, подаваемые там – настоящая отрава! Насколько я знаю, овощи в бистро поставляет фермер Шэйн Руни. Я вышла из заведения с твёрдым намерением завести серьёзный разговор с этим человеком.

Я посмотрела на часы и ужаснулась: через пять минут должна была начаться церемония в Ратуше. Совсем забыла, что очередной мэр устраивает очередную церемонию с вручением мне чего-то там.

Хорошо, что я обедала в вечернем платье! Я поймала такси и подъехала к ратуше с незначительным опозданием. Меня встречали громкими аплодисментами, радостными криками. В оживлённой толпе я заметила того, кто был мне нужен.
Мэр вручила мне ключ от города, и в воздух поднялось множество воздушных шаров. Выслушав поздравления и поговорив с несколькими влиятельными людьми, я отыскала Шэйна.

- Мэм, Вы местный герой, - сказал он.
- Я знаю. Спасибо.
- Вам нужно со мной поговорить.
- Ты догадливый, - я кивнула.

Я подъехала к дому Руни и обошла дом вокруг. Единственные следы, которые я нашла, принадлежали только Шейну.

Я зашла во двор и проверила растения. Грядки были огорожены, а сами растения стройными рядами зеленели под солнцем. В ящиках лежали красивые, чистые овощи. Похоже, фермер Руни тщательно следил за своим товаром.
В голову закралась мысль, что Гала Болл солгала мне. Мне следовало навестить её.

Размышляя над делом, я отправилась домой: мне не следовало торопиться с расследованием. Я застала Лианга читающим книгу.
- Интересно? – поинтересовалась я.
- «Бачок крепится высоко над унитазом, ближе к потолку…». Так, это не подходит… А? Привет. Да, очень, - и муж снова погрузился в чтение.

Я пошла к сыну. На первый взгляд, Пэйна в комнате не наблюдалось. Лишь из ящика для игрушек доносилось хихиканье.
- Где же мой ребёнок? – пропела я, - может, тут?
Я заглянула под кроватку, потом пошарила рукой под «черепашкой» с кубиками. Весёлый смех не смолкал.
- А вдруг он здесь? – я резко открыла крышку ящика. Пэйн запищал и рассмеялся.

Утром я приветствовала сына крепкими объятиями. Пэйн просыпался рано, и мне приходилось вставать в это же время, чтобы успеть переодеть и накормить ребёнка, после чего приготовить завтрак.

- Камни ещё не прислали? – спросил за столом Лианг. Я помотала головой.
- Даже не знаю, куда их положить, - задумался муж.
Я пожала плечами. Из ювелирного цеха должен был вскоре прийти заказ – три драгоценных камня.

- Может, на столик? – предложила я. Там уже покоилась моя награда – ключ от города – но место ещё оставалось.

- Хорошо, - согласился Лианг, - кстати, как тебе яблоки?
- Отлично.
Я пекла оладьи с яблоками, которые вырастил мой муж. Благодаря им блюда становились превосходными! Но яблоки напоминали мне о незавершённом деле.

В последнее время я предпочитала находить клиентов дома, с помощью компьютера. Это избавляло меня от ненужной беготни, которая раньше называлась бегом трусцой. Сейчас это время предпочтительнее посвятить сыну.
Или Линкольну Пекарю. Местная знаменитость страдает от грязных сплетен.

Я дописала отчёт о слежке и выключила компьютер. Плачущего Пэйна успокоил муж, а я, испытывая небольшую досаду оттого, что меня опередили, отправилась на встречу с клиентом.

Линкольн Пекарь – сотрудник Твинбрукского НИИ. Недавний его конфликт с «блондинкой» (как высказался клиент) Молли Коддл привёл к тому, что последняя стала клеветать на Линкольна.
- «Как Лама умный, по гномам дежурный»! – с обидой в голосе процитировал клиент, - Я не дежурный – это раз! Я не как лама – это два!
«И не умный – это три», - мысленно закончила я, а вслух пообещала пресечь сплетни.

Пришлось потрудиться: горожане требовали доказать лживость слухов.
- У гномов нет дежурных, - сообщила я пожилой даме.
- Правда?
- Да!
- Значит, Молли Коддл говорила неправду! – она стукнула кулаком по ладони.

Женщина мгновенно передала новую весть своему другу.
Ещё один переносчик сплетен с правильной версией взглядов на моего клиента – и доброе имя Линкольна Пекаря возвращено владельцу. Люди сами разнесут новую новость по всему городу.

Чудаковатый учёный был мне очень признателен. Кроме гонорара, я получила море благодарностей.

Линкольн оказался неплохим человеком. Какое совпадение: мы оба любим садоводство! Этот шутник сначала немного покочевряжился из-за того, что я менее популярна, потом плюнул на все эти предрассудки и завёл интересный разговор о французских сортах винограда.

В тот день я обрела ещё одного друга – Линкольна Пекаря. Приятный малый! Особенно ему стало со мной интересно, когда я стала популярнее среди горожан. Линкольн даже отвесил мне комплимент:
- Анна, ты заметная фигура!

Всю жизнь мечтала, спасибо! Впрочем, мы мало видимся: я общаюсь с семьёй и работаю.
Гномы снова всплыли среди моих дел: на этот раз кто-то пинал садовые украшения Чейс Бейлесс.

Сама девушка нашлась в библиотеке, где и рассказала, что подозревает Арчи Доббинса, своего соседа. Держу пари, что он это делает, когда теряет голову от гнева! Этот Доббинс, случаем, не родственник… как её зовут… ладно, не помню.

Так и есть: в мусорном баке нашлись старые истерзанные ботинки. Видимо, Доббинс регулярно мучил гномов соседки, за что и пострадали его ботинки.

- Откуда Вы знаете? – изумился подозреваемый. Я нашла его в одном из клубов.
- Секрет фирмы. Я надеюсь, ты оставишь гномов в покое, иначе…
- Хорошо, я виноват, - поспешно сказал Арчи, - я… буду сдерживать свой гнев.

Чейс была счастлива, а я, вздохнув с облегчением, закрыла дело.
- Надеюсь, Вы не посчитали дело глупым, - спросила клиентка, - оно выглядит… необычным.
- Ничего, для Твинбрука это не ново. И нормально, - упокоила я девушку.

Короткие гудки оповестили о конце разговора. Мне оставалось только хмыкнуть. Что же, приятель, будет время – загляну к старику Бертону. А сейчас у меня и так куча дел.
Новая клиентка оказалась весьма оригинальной барышней. Она явно перепутала меня с психиатром. Или свахой. Кэндис Уаймен мечтает выскочить замуж и хочет, чтобы я нашла ей пару. Так или иначе, мне нужно позвонить клиентке.

Я посмотрела на телефон: один звонок – и день общения с взбалмошной девицей мне обеспечен.
- Мама, на! – ко мне подбежал Пэйн. Ребёнок захотел подарить мне машинку, которую только что слепил из пластилина. Я с благодарностью приняла сувенир и взяла сына на руки.
- Пойдём гулять? – спросила я.
- Ура! – обрадовался Пэйн.
Работа подождёт, и Кэндис как-нибудь проживёт без белого платья ещё денёк.

Мы вышли на улицу и поехали в парк, где половили жуков и покачались на качелях. Никогда не видела сына таким счастливым и активным.
К вечеру мы немного устали, но домой возвращаться было рано. Во всяком случае, я так посчитала. Чтобы отдохнуть, я привела Пэйна в библиотеку. Благо, в помещении находился детский уголок. Сын немедленно ухватился за игрушки.

Я присела на диван неподалёку, чтобы одним глазом следить за ребёнком, и достала любимую книгу. Рядом со мной, не замечая ничего вокруг, Синбад ругался с очередной пассией.

- Давайте-ка на улице, - я вынуждена была вмешаться в действие разворачивающейся драмы.
- Хорошо. Привет, - буркнул Подлец и демонстративно уткнулся в свою книгу.
Мы уже давно не общались: с тех пор, как завершилось дело Вальтера. Это устраивало обоих: и меня, и Синбада. Мы редко пересекались с тех пор, как я вышла замуж.
Интересно, как дела у Лианга? После работы он должен был заехать на стадион и поговорить с тренером. Думаю, мы втроём встретимся дома вечером.

Я дочитала девятый раздел и посмотрела в окно. Пять вечера, а уже темнеет. Это Твинбрук.

Я обняла Пэйна. Ребёнок зевнул и посмотрел на меня сонными глазёнками.
- Поехали домой, - сказала я, - папа тебя поцелует на ночь, и ляжешь спать.

Сын уснул по дороге домой.

- Она обожает акул, - потирая лоб, сообщил мужчина, - просто бзик какой-то. В газете не платят, а она ещё этот костюм приобрела!
- Что?
- Костюм акулы.
Я поблагодарила информатора: у меня появился повод ещё раз поговорить с подозреваемой.

Мне не нужно было ехать за тридевять земель: я вызвала Гвейн во время рабочего дня прямо из офиса.
- Твои и мои коллеги сильно удивятся, когда в твоём доме найдут маскарадный костюм, - усмехнулась я.
Журналистка понурила голову:
- Вы, сыщики, когда не надо, всё раскопаете, - пробурчала она, - но поделиться сенсацией – никогда. Это была бы прекрасная статья!
- Из палаты номер шесть, ага. Настоятельно советую поискать другой материал.
- Не говори никому.
- Прекратишь этот цирк – не буду.
На том и порешили. Гвейн пообещала больше не надевать костюм акулы и не плавать в городских водоёмах.

Последним штрихом в деле был отчёт перед клиенткой.
- В бухту заплыла акула и распугала рыбу. Хищница уплыла, и угрозы нет.
Честно сказав эти слова, я стала ждать реакции.
- Как я сама не догадалась! – Данна Макграт хлопнула себя по лбу, - нужно было сразу проконсультироваться с учёными! Спасибо Вам!
Положив премию в карман, я попрощалась с клиенткой. Чувствовала себя обманщицей.

- Ой, мама! Ой, не могу!
Генри хохотал до слёз. Он требовал фото журналистки в костюме акулы, но я сказала, что данные засекречены и отправлены в полицию.
- Твоя работа скучать не даст! В следующий раз ещё мне что-нибудь расскажи! Пока!
- Счастливо, брат.

Генри сохраняет бодрость духа, несмотря на выкрутасы своего Фредерика. Племянник чуть старше моего Пэйна и уже держит в страхе весь город.
Со стороны это смотрится забавным, но радует, что мой ребёнок, несмотря на суровый нрав, просто ходит в школу и общается со сверстниками.

Иногда Пэйн просит о помощи с домашним заданием. Причём только меня. Видимо, стесняется отца. В душе я просто ликую: не каждую минуту могу провести время с сыном.

На перемене Борден снова подошёл ко мне.
- Чего тебе? – спросил я, хотя и так уже знал ответ.
- Ехал бы ты… в свой Чайна-таун, - буркнул парень и ушёл. Клоун! Ненавидит азиатов и метисов, но смелости не хватает сказать об этом. Только дышит злобно в спину и творит мелкие пакости. С глазу на глаз ни разу со мной не поговорил. Да и не он один так трусит: с Пэйном Харди шутки плохи.

Да, я метис. Мой отец – китаец, и зовут его Лианг. Мне от отца достались не только раскосые глаза, но и умелые руки. Что скрывать? Я неплохо разбираюсь в механике, а это, как мне сказали, семейная особенность Ят-Сенов. Тот же Борден становится самой любезностью, когда нужно починить школьный бойлер.

Люблю спорт. Недавно ма купила тренажёр и поместила его в моей комнате – больше некуда. Теперь каждый день, перед школой и после, качаюсь. Скоро мои мышцы станут устрашающими даже для старшеклассников! И пусть хоть один вякнет про «сяся-мася дзинь-линь».

Это я так, для профилактики. Не чувствую себя ущемлённым: я родился и вырос в Твинбруке, а здесь не принято распускать нюни.
Расскажу побольше о ма. Она работает сыщиком, красит седые волосы в родной, бордовый, цвет и называет другом свою машину Уловку.
Анна Харди, моя ма, хитрая и сильная. Она легко входит в доверие к людям, а когда не может этого сделать, люди жалеют, что не стали доверять Анне Харди. В основном, ма мирно вытягивает информацию. Благодаря ней город спит спокойно.

В целом, ма – представительная знаменитость, обожающая джинсы. Только сей самой как-то до лампочки: жизнь Анны Харди посвящена расследованиям, и только им.

Ма отдала мне днев, потому что не знала, как завершится её последнее дело. Я расскажу. Группа захвата немного опоздала: Робби Кенни не сразу выбил ордер на арест, несмотря на все улики. Анна Харди спокойно дежурила у главного входа в ратушу, когда Бэйли подошёл к ней.
- Мы старые друзья, так, Анна? – спросил он.
- Возможно.
- Тогда, просто отпусти меня.
Получив отказ, Бэйли попытался оттолкнуть ма и скрыться. Не на ту напал! Анна Харди схватила его и аккуратно уложила личиком на мраморный пол.
- Э… Молодец! Мы его сейчас арестуем.
Возле победительницы и преступника застенчиво топтались ребята из группы захвата во главе с Робби, в руках которого был ордер на арест.
Сообщники Бадди Бэйли тоже были арестованы, а Кенни получил повышение.
- А ты что? – разочарованно спросил отец.
- Я просто делала свою работу, - отмахнулась ма.

На этом дело не закончилось: в мэрии решили, что Анна Харди заслуживает награды.

В назначенное время ма получила медаль. Она принесла её домой и показала нам.
- Ещё одна награда, - улыбнулся отец.
- Пусть на стене висит: целее будет, - решила ма.

Когда я решил вернуть Анне Харди дневник, потому что дело прошло благополучно, она не приняла его.
- Пиши, раз уж отдала, - сказала ма, - вести дневник тебе полезнее.

Бак Грин – жених безбашенной Кэт. Мне интересно, сколько лет они собираются пожениться? Видимо, свою роль сыграли тюремные сроки невесты. А может, парень по-прежнему не решается жениться. Я б тоже не стал жениться на Кэт Хантер.

Ма зашла в дом и начала разговор с Грином, полностью игнорируя саму Кэт. Та буквально испарилась, завидев Анну Харди. Знаменитости неплохо пообщались и расстались добрыми друзьями.

Всё это со слов ма. Её приятно слушать: чья ещё родительница может столько рассказать о жизни?

Уж побольше, чем о скалке, плите и свадьбе. Я этими словами жутко разозлил Марисоль Бэйли, свою одноклассницу. Девчонки терпеть не могут, когда пренебрегают их «романтикой». Где б найти не сохнущую по попсовым певцам?
Такой я б сыграл лучшее, что умею. Пожалуй, это мой секрет: я играю на синтезаторе. Я спортсмен и музыкант. У меня мало времени на инструмент, но по вечерам люблю наиграть мелодию-другую. Для тренировки.

Родители, наверное, и не догадываются, откуда музыка. Шучу. Просто для них это само собой разумеющееся. Ма далека от музыки. Ей приятнее любоваться на свои и отцовские награды. Да, посмотреть есть на что. Мне хочется столько. Буду протирать и оберегать от ржавчины и выцветания.

Ма вот напечатала отчёт и отправилась готовить ужин. Я всеядный, поэтому люблю её стряпню. Отец придирчивый к еде, но и он съедает – только за ушами трещит.

Прекращаю играть и иду в гостиную ждать сигнала матери, чтобы забрать свою тарелку с макаронами. Отец обычно ещё читает книгу и попутно говорит со мной о садоводстве. Или переводит разговор на мотоцикл.

- Журналисту нужна скорость, конечно, но смотри, не разбейся. Может, лучше автомобиль? Как знаешь. Не обиделся?
Родители почему-то решили, что я хочу быть журналистом. Два года назад я хотел, но сейчас – не знаю.

Мой Харлей прекрасен, и я не поменяю его на другой транспорт. Просить бесполезно. Без ветра, с которым я лоб в лоб встречаюсь в дороге, не ощутить скорости. А без скорости не сыграешь правильно мелодию. Формула проста!

И на что я должен обижаться? Па не любит мою музыку, ма всё равно, но я не они, и они – не я. Кто-то говорит, что для меня это ненормально, а я вообще не заморачиваюсь, я гоняю, качаюсь и играю.
Единственное, чего не хватает в жизни – это разнообразия, перемен. Ма договорилась о встрече с клиенткой и призналась, что не знает, чем обернётся дело.

А я знаю, что будет со мной и завтра, и послезавтра. Пора это исправить!

Я честно признался отцу, что рыбалкой не интересуюсь.
- Как хочешь, - пожал он плечами. Кажется, обиделся.
Меня больше занимают расследования ма. Правда, сама она уже заскучала: то вычисляет, куда сбежал жених очередной девицы, то ходит на вечеринки к своим сверстникам. Тоже мне, увлекательная жизнь сыщика.

Недавно вся престарелая тусовка собиралась у Эми Булл. Там был представлен её новый бойфренд, Марк Бранд. Прежний, помнится, уже отправился на кладбище. Бедолага!
«Молодой» человек легко влился в компанию и подружился с ма. Это большая редкость, чтобы она признала кого-либо своим другом. И дело даже не в высоком для Твинбрука уровне знаменитости. Ма просто по жизни замкнутая.

Может, она нашла друга из-за скуки? Отец целыми днями в саду, и домой возвращается только постирать и заночевать. Откуда такие перемены?

Может, ма это не нравится? Она по-прежнему энергична и полна сил, а деть их некуда. Вот и берётся уже с удовольствием.
Сижу и смотрю на мой тренажёр. Он занят ма. Она усиленно тренируется, а мне дома заняться нечем: за синтезатор при ма не сядешь. Она, впрочем быстро заметила меня и сказала:
- Я почти закончила.

На свои пенсию и зарплату родители могли бы легко купить новый тренажёр. Проблема в том, что его некуда поставить. А мне хочется сделать обстановку более современной.

И гараж для «Уловки». Для ма и вроде друг навек – сама так называет – и стоит авто под открытым небом.

Правда, редко. Ма домучила свои мышцы на тренажёре и отправилась на встречу с клиенткой. «Уловка» радостно повезла хозяйку в парк. Что ещё надо для счастья четырёхколёсному другу?

Дело было раскрыто быстро и по старой схеме: сомневающийся жених и настырная невеста. Как они все ма поперёк горла не встали?

- Да встали, - отмахнулась она, - я только забрала премию и сбежала от этой Данелль. И знаешь, не прогадала.

- М?
- Нашла бабочку-дельфина!
- Поздравляю. А как ты узнала, что это именно та бабочка?
- Да просто: за мной побежала клиентка, опознала насекомое и стала его клянчить.

Мне стало смешно. Разумеется, бабочка отправилась в домашнюю коллекцию всего подряд. Я же предпочёл пойти в спортзал.

Как выяснилось, напрасно. Ма подвернулось настоящее дело, и оно стало развиваться с огромной скоростью!
Дарен Макграт связался с ма через Интернет и сообщил, что его друг пропал. Сыщик Харди сказала клиенту ждать её и помчалась навстречу новому расследованию. Было поздно, но её это, как всегда, не остановило. Когда я вернулся домой, ма уже расспрашивала Дарена Макграта.

Клиент сообщил, что пропавшего в последний раз видели на пикнике в парке, и выразил мнение, что похитителями могли оказаться муравьи. Сыщик Харди не стала опровергать идею и вообще не собиралась терять времени: она помчалась в парк, искать улики.

Как рассказала ма потом, за ужином, муравьёв она не нашла.
- Зато на земле лежала квитанция из местной закусочной, и принадлежала она пропавшему.
- Ты пойдёшь туда?
- Да, - кивнула ма.
- А когда? Завтра? – я сгорал от любопытства.

Родители переглянулись. Отец одарил меня хитрым взглядом.
- Нескоро, - ответили мне.
- Почему?
Я насторожился и даже отложил свой ужин. Что-то подсказывало мне, что огорчаться рано, и интуиция не подвела.
- Завтра мы летим во Францию! – объявили родители.

Любопытство гнало меня вперёд. Пока родители изучали прилавки магазинов Шам-ле-Сим, я пыхтел и ругался, убирая со своей дороги камни.

В конце концов, я понял, что дверь не открывается. Попытки найти тайный механизм тоже не удались.
- Зря тут корячился, что ли?! – заорал я и пнул дверь. Та послушно заскрипела и открылась.

Со следующей дверью этот способ не сработал. Она осталась закрытой, а я отпрыгал на одной ноге в сторону. Потирая ушибленное колено, я сел на бордюр. Свет мобильного упал на плиту со следами ног. Точнее, следы были изображены на камне. Я встал на них и услышал щелчок. Мне открылся проход в следующее помещение.

В кургане было лишь два пути: либо ты поворачиваешь назад, либо идёшь вперёд, по дороге, проложенной строителями. Но покажите мне того, кто вернулся бы обратно! Я находил тайные механизмы и открывал двери, рассчитывая лишь на свои мускулы.

В одной из комнат я наткнулся на скелет.
«Он что, не смог выбраться?» - подумав это, я схватил сокровища, лежащие рядом. Дверь угрожающе заскрипела и, сама по себе, стала закрываться! Я еле успел выскочить.

С глухим стуком плита встала на своё место, и словно не существовало комнаты. Одним из сокровищ, найденным в комнате-ловушке, был камень в виде сердца. Я вставил его в проём рядом с дверью.

Коридор встретил меня двумя рядами статуй. Молчаливые, они стояли у стен и словно следили за мной. В голубом свете их морды казались особенно мерзкими и надменными. Вскоре я понял, почему статуи усмехались мне. Я спокойно встал на плиту, чтобы она открыла мне дверь, но, едва я сделал шаг в сторону, действие механизма прекратилось.
Посмотрев на нахальную морду статуи, я решил для себя, что не сдамся, и схватил её за выступ. Через несколько минут горгулья стояла на плите, а я, уставший и довольный, шёл дальше.

Интересно, зайдут ли родители к Жолен? Вдруг тоже решат отправиться ей на помощь? Вот ещё! Это моя миссия! В другой раз, сейчас пусть наслаждаются прогулкой.

На сокровище Жолен должно быть написано её имя. Я нашёл множество интересных вещей, но ничего – с нужной надписью.
В новом зале я, как заправский исследователь, повернул рычажок, и дверь послушно открылась. Я вышел… к тому месту, с которого начал! Лестница и мною же разбросанные камни!

Как же так?! И это всё? Я не нашёл драгоценную вещь Жолен! Должен быть другой выход! Похоже, в этот раз мне нужно было поломать голову.

Как сыщик Харди рассказала позже, она недооценила способности этой женщины. Мало того, что первый стилист Твинбрука вырядилась в какую-то сорочку Клеопатры, она ещё и сбрила часть волос, оставив на макушке впечатляющую лысину. Оставалось только порадоваться, что в Красном Рандеву плохое освещение.

- Я выскочила из клуба и упала на асфальт. Мне от смеха чуть плохо не стало! – поделилась ма, - всю дорогу на пляж – там эта красавица потеряла кошелёк – мучилась приступами хохота.

Вскоре обнаружились водительские права клиентки. Люди, находившиеся рядом, отлично знали Пэнси Пруденс, но понятия не имели, где сейчас её бумажник.

Сыщику Харди очень повезло: она наткнулась на Уэя Кина. Старый пройдоха не мог не быть в курсе событий.
- Расскажешь – и можешь идти, - любезно пообещала ма.
- А если я ничего не знаю? – поинтересовался клерк. Глаза его бегали, и смотрели куда угодно, только не на Анну Харди.
- Уэй, - ласково, но с металлом в голосе ответила ма, - такого быть не может.
- Хорошо, - сдался Кин, - Молли Коддл кое-что знает, но разговаривать об этом точно не будет.
- Это уже моё дело. Свободен.
Клерка как ветром сдуло.

У ма был слишком богатый опыт сыщицкой работы, чтобы кто-то посмел не расколоться при допросе.
- Кошелёк? Какой кошелёк? – Молли испытующе взглянула на сыщика Харди, - ах, этот! Знаете, нашла недавно и собиралась вернуть владельцу. Вот. Сами вернёте? Пожалуйста.

Ма любит понятливых людей: они экономят время, которое она тратит на расследования. Благодаря сговорчивости жителей Твинбрука, Анна Харди сумела закрыть дело в тот же день, когда взяла его.
С Пэнси Пруденс они встретились на людном перекрёстке. Ма заметила, что горожане делятся на две группы: восхищающиеся новым образом стилиста и от этого стилиста шарахающиеся.
- Спасибо! – Пэнси прижала кошелёк к груди, - вот Ваша плата!
Дело закрыто, как любит говорить сыщик Харди.

На следующий день ма уже расследовала дело некой Карри Джастис.