ВНИМАНИЕ! ФОРУМ ПЕРЕЕХАЛ! Все сообщения, написанные на форуме c 13 июля, при переезде не сохранятся! Пользователи, зарегистрировавшиеся с 13 июля по 9 августа 2014г., ПРОЙДИТЕ РЕГИСТРАЦИЮ ЗАНОВО на www.thesims.club! Добро пожаловать на новый форум!
Не знаю, как начать письмо: с конца, или с начала? Если ты меня спросишь: «Получилось ли у тебя?» Я отвечу – да. Теперь можно успокоиться, писать подробно, начиная с той минуты, когда я опустил носитель в переход. Я вернулся в город, чтобы забрать все необходимое для экспериментов. Покопавшись в местных законах, я понял, что покупка земли в Аль Симаре может меня от много уберечь. Мне не смогут запретить выезжать и посещать собственность. Осталось лишь найти способ купить захудалый участок, ведь в этот раз никто помогать мне не будет. Для начала же, мне предстояло просто не попасться в Лунаре охотникам за головами. Честно говоря, патрульные машины заставляли учащаться мой пульс, но приходилось делать вид, что я так - праздный бегун, а хотелось сигануть в придорожные кусты.
В тот вечер я был уверен, что топчу землю Лунара в последний раз. В последний раз вижу местную экзотику и закат. Я верил, что когда-нибудь буду с придыханием вспоминать рассеянное свечение местного неба, но хотел ли я остаться здесь? Нет, это ненужная сентиментальность возникла от осознания, что я в паре шагов от дома, в нескольких пространственных миль от тебя.
На участке, что служил мне домом, я вырыл необходимое, что так старательно спрятал от любопытных вездесущих глаз.
Постарался запомнить тот уголок, что приютил меня. На Земле обязательно пойду на художественные курсы, и буду рисовать фантазийные зарисовки, правда, никто не поверит, что я видел эти деревья и срывал золотистую стружку листвы с местных кустов.
Теперь я мог с легким сердцем покинуть эти края, где меня ничто не держало. Ни друзья, коих у меня так и не появилось, ни глупое звание изобретателя-недоучки в местном институте.
Конечная станция: Аль-Симара.
Подумать только: ты стала землевладелицей. Прорастаешь корнями в своих владениях, а я использую все это лишь, как питомник, чтобы сорваться перекати-полем. Но если у меня есть шанс перешагнуть через порог твоего дома... Нет, никаких обещаний на «бумаге», пусть электронной. Я не строчки в послании, я настоящий, от того все планы и чаянья я скажу, глядя в глаза. Вспомнить бы какого они цвета. Зеленые, да?
Прибыв в Аль Симару, немедленно двинулся в заброшенный город, добывать последний ключ, да проверить несколько догадок по работе переходов. Вот заполучу участок в пользование, обязательно постараюсь построить переход. Жаль лишь, что пространственная география еще не понятна мне, не могу рассчитать, куда будут уходить очередные «двери». А местные знают все это, умеют. Справочниками я еще пользуюсь, как дошкольник. Самому смешно. Но времени углубленно изучить предмет, у меня уже не будет, наверное, к счастью. Но не скажу, что не скачал пару экземпляров для теоретического изучения в дальнейшем. Сгорая от нетерпения, я шел к цели, добывая хитрые пространственные ключи, и, конечно, последнюю реликвию.
Я добрался до точки, что указана на карте с переходами, это воистину торжественное место.
Я вышлю зарисовки, но ты не ошибешься, уж я в этом уверен. Осталось добраться до «замочных скважин» и все подготовить к переходу.
В лагере я разыскал женщину, что была связана с купле-продажей местных земельных участков. Комиссионные сборы, надо сказать, чистая обдираловка, но мне более не требовалась местная валюта.
Все свои накопления я отдал за заброшенный и поросший бурьяном участок.
Но мне не хоромы на нем строить. Мне бы стол установить, да воплотить свои изобретения. Чем я незамедлительно и занялся. Так погрузился в работу, что перестал понимать, что за день и время суток. Ел ли я, спал ли я, все это не имело значения.
Зато у меня есть собственноручно построенный переход. Соваться в него я боюсь, экспериментирую на овощах. С отделкой этого ящика я чуть перестарался, но жалко было не использовать, найденные в заброшенном городе, сувениры.
Через каких-то пару минут я брошу эту флэшку в переход и буду ждать от тебя ответа. Теперь я не привязан вообще к переходам, мне больше не нужно налаживать маршрутизацию, «почтовый ящик» всегда у меня под рукой. А пока я собираю вещи и иду на место встречи. Место встречи – Сфинкс.
Кир! Я еду! Скоро мы встретимся. Я так волнуюсь, очень-очень волнуюсь. До вылета в Аль-Симару ещё четырнадцать часов. Эти последние часы тянутся невыносимо долго. Ты, наверное, тоже очень волнуешься? Из-за того, что я несколько дней не отвечала, и это после того, как ты сообщил, что всё получилось и всё готово к созданию перехода. А у меня тут случилось то, чего я больше всего боялась. Флешка попала в чужие руки. Я и знать об этом ничего не знала до вчерашнего дня. Оказывается, мои каждодневные визиты к водопадам не прошли незамеченными для местной ребятни. Они проследили за мной. Всё пытались выяснить, чем меня так привлекает этот Источник. И наступил день, когда они, а не я, нашли флешку. К счастью, дети не поняли, что это такое, думали, что нашли древнюю монету. Самое главное даже не это, а то, при каких обстоятельствах я всё это узнала.
Жизнь удивительна, она преподносит такие сюрпризы, которых совсем не ждёшь, которые совершенно не вписываются в планы, такие, с которыми не знаешь, что делать, что о них думать, как поступить. Даже рассказать об этом не знаю как. Поэтому расскажу сначала о другом, тоже удивительном и неожиданном событии. Мэр города оказался поклонником моего творчества, теперь ратушу украшают мои фотографии. Меня наградили, вручили символический ключ от города Хидден-Спрингс.
Но самое удивительное, что поздравить меня с этим событием решил сам Рено Вандербург и устроил в честь этого у себя дома вечеринку. В купальниках.
Я очень сомневалась, идти ли на эту вечеринку, но отказать было неудобно, этот человек так мне помог в трудной ситуации. Всё, что у меня есть: крыша над головой, земля, заработок — всё это появилось благодаря ему. Больше всего меня смущало то, что вечеринка в купальниках. Но Рено сказал, это традиция таким образом провожать лето. В Хидден Спрингс нечасто бывают жаркие деньки, а тут так повезло с погодой, в конце лета две недели зноя, отличный повод сделать вечеринку у бассейна.
Но по иронии судьбы в тот день как раз похолодало и зарядил дождь.
Я понадеялась, что дресс-код изменят на более закрытую одежду, но Рено заверил, что купаться под дождём даже лучше, чем под солнцем, не страшно промокнуть.
Вообще-то на вечеринке было неплохо, я постепенно привыкла к этому странному дресс-коду, тем более, что все здесь были так одеты... вернее, раздеты.
Но потом среди гостей я заметила Берта. Зачем Рено пригласил и меня, и его одновременно? Он ведь знает, что мы не ладим. Стало неприятно и сразу захотелось уйти. Берт меня тоже заметил, подошёл и начал нести какую-то чушь о том, что такой девушке как я нужен не огород и капуста, а мужчина, который будет дарить розы с шипами.
Я ответила ему, что сама разберусь, что и кто мне нужен. Мне снова показалось, что здесь все слишком голые,
поэтому поблагодарила хозяина за приглашение и ушла. Рено как раз собирался поднимать тост в мою честь... Он сказал, что не приглашал Берта, что никогда и никуда его не приглашает, но тот является везде на правах компаньона. Не знаю, мне всё равно. Пусть разбираются друг с другом сами.
Пока со мной рядом нет мужчины, дарящего мне розы, и нет даже флешки от него, я занималась капустой и прочими овощами.
Правда, доход мне приносят всё равно только фотографии.
Неплохой, кстати, доход. Я даже смогла сделать пристройку, теперь у меня есть кухня, отдельная от сауны. И есть подвал для хранения будущего урожая.
А кроме того, я взялась осваивать ювелирное дело. Это я так сама над собой смеюсь. Конечно, до ювелирной деятельности мне далеко, просто купила себе специальный агрегат для огранки камней. В окрестностях Хидден-Спрингс можно найти немало красивых минералов.
Если их ещё и красиво огранить, то потом вполне можно продать. Тоже источник дохода.
Мне кажется, я становлюсь ужасно расчётливой и мелочной, из всего думаю как извлечь деньги. Раньше всё было по-другому. Красота была просто красивой, и не вызывала мыслей, сколько она может стоить. Так жаль, что я наблюдаю в себе эти изменения.
Работа на огороде меня успокаивает, приносит удовольствие, но и тут я думаю, что будущий урожай, возможно, получится продать. И меня раздражает и огорчает, что есть те, кто приходят и просто воруют результаты моих каждодневных трудов.
Да, Кир, и тут снова мне ломают и вытаптывают мои посадки. Не так явно целенаправленно, как в прошлый раз, тут единично и понятно, что из-за неаккуратности, но всё равно неприятно. Сначала я снова думала, что это дикие лошади. Решила огородик забором обнести, но не успела ещё этого сделать. А потом поняла, кто у меня хозяйничает. Местная ребятня. От них забор не спасёт. Помнишь, я как-то писала тебе, что столкнулась однажды с детишками беспризорниками, которые кушать выпрашивали. Майя сказала тогда, что здесь есть несколько неблагополучных семей. И вот эти детишки прибегают и воруют мой урожай. Заметят меня и сразу убегают.
Я долго их караулила и позавчера поймала таки одного пацана лет восьми. Грязный, замызганный, в какой-то видавшей виды кофте и шортиках не по погоде, он не успел убежать, потому что рваные сланцы с ног слетели. Тут я его за руку и поймала. Хотела быть очень злой и строгой, чтобы проучить и остальным неповадно стало урожай у меня воровать. Спрашиваю: - Родители знают, чем ты тут занимаешься? Он сначала вырывался, а потом, когда понял, что не отпущу, выдал: - Они и велели! - Что велели? - спрашиваю, - воровать у меня овощи? - Им всё равно, что воровать, лишь бы пожрать принесено было. Я ему не поверила, хотя, сомнение закралось. Спрашиваю дальше: - Тебя как зовут? - Кори. - Где ты живёшь, Кори? - В доме, которого нет, - отвечает и снова пытается вырваться, - пусти, мне холодно! Если тебе есть до меня дело, накорми лучше, чем вопросы задавать. Чувствую, он и правда дрожит всем своим худеньким тельцем. Да и дождь на улице льёт, холодно, а он практически босой. Жалко его стало. Ребёнок всё-таки, хоть и наглый, а я с ним так... Завела в дом, умыла, накормила.
Он поел, подобрел, стал домом моим восхищаться: - Хороший дом. Странный, но хороший. Зимой тепло тут будет. - Надеюсь. Поел, согрелся? Поехали, домой тебя отвезу.
Чтобы не сбежал, всю дорогу держала его за руку. Приехали мы к тому адресу, что он назвал. И там я такое увидела, что не помню как отпустила мальчишку.
Я ожидала, что увижу не слишком благополучную семью, может быть даже совсем неблагополучную, если Кори всё-таки не соврал, но такого не ожидала совсем. Полуразрушенный забор, полуразрушенный дом. Под покосившейся крышей, в окружении двух целых и одной полуразвалившейся стены сидели люди и пили спирт. Кир, некоторые из них были зелёные. Я не вру! С зелёной кожей! Там темно было, а люди эти такие грязные и замызганные сидели, что сначала я не поверила своим глазам. - А! Кори! - воскликнул один из этих людей, по-моему, мужчина, хотя наверняка сказать не возьмусь. - Кого это ты привела? - спросил он заплетающимся языком. - Где шлялась целый день? Пожрать принесла? - подключился второй собутыльник, по-моему, женщина. Всего их было трое. Я даже не сразу сообразила, что к мальчику моему, как к девочке обращаются. Стояла потрясённая и не знала, что сказать. - Где мать? - деловито по-взрослому осведомилась Кори, прошла, собрала пустые бутылки и составила их в сумку. - Сдам, - пояснила она мне свои действия. - К Кэссиди пошла, - ответил зеленокожий и вернулся к своему занятию, продолжил что-то рассказывать собутыльникам. - Понятно. Мать ушла за новой порцией спирта, - объяснила мне Кори, - не получится тебе посмотреть, как меня сегодня выпорют. Не останешься же ты здесь ждать её возвращения. Она может под забором где уснёт и вовсе не придёт. - Ты здесь живёшь? - поразилась я. - Поехали отсюда. - Куда? - удивилась девочка. Куда, я и сама не знала. Понятно было только, что ребёнка, девочку, в таких условиях я не оставлю. - Где эта Кэссиди живёт? - Живёт или где сейчас находится? - уточнила девчонка. - Где сейчас находится. Поехали к ней.
По дороге Кори рассказала, что не всегда так было. Она помнит, когда мама была нормальной. С зелёной кожей, но в остальном нормальной. А потом мама заболела, и после этого сильно изменилась, начала пить. И всё в их жизни стало другим. Эти люди не родственники, а просто собутыльники. Кэссиди мы нашли в местной таверне.
Сначала я хотела разобраться с ней, почему она продаёт спирт этим алкоголикам, которым надо не пьянствовать, а детей своих воспитывать. Но когда вызвала её на разговор, поняла, что не знаю, в чём её обвинить. Это взрослые люди, они сами своей жизнью распоряжаются. Мать Кори, вероятно, придётся лишить родительских прав, но переделать её уже не получится. И всё же, я должна была что-то сказать. - Где её мать? - спросила я.
- Была. Но ушла уже, - ответила тоже зеленокожая, теперь у меня не было в том сомнений, женщина. - Вы продали ей спирт? - А какое ваше дело, - вмешался было мужчина, но Кэссиди остановила его, и отвела меня в сторону. Она поняла, что я беспокоюсь о девочке и рассказала очень странную историю. Оказывается, сама Кэссиди, мать Кори и еще несколько человек в Хидден-Спрингс имеют зелёный цвет кожи. Несколько десятков лет назад местный НИИ проводил эксперимент, пытался создать человека, способного дышать лёгкими как все люди, но при этом кожей выделять кислород так, как это делают растения. Эксперимент не удался, но у людей, участвовавших в нём, в последствии дети родились с зелёной кожей. Дышат они как обычные люди, никакого фотосинтеза, но есть особенность. Люди с зелёной кожей совершенно не стойки к алкоголю. Их организм прекращает выработку собственного алкоголя сразу же, стоит только попасть хотя бы двум граммам спиртосодержащего вещества извне. То есть, от обычных лекарств эти люди сразу становятся алкоголиками и очень быстро сгорают, потому что остановить процесс уже невозможно. Им приходится пить спиртное, чтобы продлить жизнь. Так случилось с матерью Кори. Тогда ещё об этой проблеме не знали, и когда женщина заболела, её лечили спиртосодержащими препаратами. И теперь она обречена. Это неофициальная информация, Кэссиди сказала, что сама это поняла, когда исследовала собственный организм. Она сама работает в больнице и воспользовалась своим служебным положением, чтобы провести это исследование. Но ни официальная медицина, ни наука этого не подтверждают. Не знаю, верить ли Кэссиди. Не верить ей у меня нет причин. Да это и не важно. Важно то, что судьба девочки Кори оказалась в моих руках. Бабушек-дедушек у неё нет, отца она не знает. Есть тётка, двоюродная сестра матери, которая приезжала к ним однажды, пока мать ещё была здорова. Но где эта тётка живёт, Кори не знает или просто мне не говорит. В тот день, позавчера, я поговорила с Кэссиди и вышла из таверны, не зная, что делать. Кори прыгала по лужам. - Дождь ведь идёт, зачем ты на улицу вышла? - спросила я её. - Мне не привыкать, - огрызнулась она.
«Не убежала, - подумала я, - дождалась меня. Что мне с тобой делать?».
Я отвезла её к себе. Помыла, переодела в свою футболку, которая на ней смотрелась как широкое платье. А на утро она сбежала. Я очень переживала. Думала, мы вместе поедем в магазин, я куплю ей нормальную одежду. А она сбежала в своих лохмотьях. Я искала её. Поехала к ней домой. Там мать взялась предъявлять мне претензии, обвинять, что я украла у неё ребёнка. А потом выдала мне, мол, если хочешь её себе забрать, то купи, но стоит она дорого. И цену назвала. Немного, кстати. Не знаю, зачем я заплатила. В шоке была. Флешку нашу снова не нашла. Вернулась домой, места себе не находила. А к вечеру пришла Кори и отдала мне флешку. Рассказала, что они с ребятами нашли «эту монетку» в Источнике, хотели продать, но не спешили, решили сначала понять, что за монета и сколько она стоит. О том, что это флешка они даже не догадались. - Это твой талисман, да? - спросила девочка. - Ты бросаешь её в воду, чтобы исполнилось желание, а потом, когда оно исполняется, забираешь? А после, когда становится очень надо, снова бросаешь, да? Я кивала, глотая слёзы. - Можешь загадать, чтобы моя мама стала нормальной? Такой как была? - Загадаю, - пообещала я. Я купила Кори новую одежду. И сказала, что мне срочно нужно уехать. Она ответила: «Понимаю», - и спросила, вернусь ли я до заморозок. Я хотела оставить ей ключ от своего дома, но она не взяла. Сказала, что её друзья или мать всё равно отберут, если узнают, и тогда у меня тоже не станет дома. Вчера она снова ночевала у меня.
А сейчас Кори ушла. Мне остаётся несколько часов до вылета в Аль-Симару. Скоро мы с тобой встретимся. И вместе вернёмся сюда. Я боюсь, что больше не увижу эту девочку, но верю в лучшее.
До встречи, Кир!
Лидия.
– Цветочная сила - Сорвать полевой цветок. Всего значков восемь.
Баллы: 2,5 + 0,25 за волшебного гнома «Скульптор» = 2,75
Переход длится мгновение, но его хватает, чтобы почувствовать, как вся пустота пространств оказывается за спиной. Ощущение мимолетного страха из детства, когда спрыгиваешь с раскачивающихся качелей. Если бы Кир вспоминал все минуты триумфа, все свои победы и удачи, то даже в сумме своей они не значили и сотой доли того, что он испытывал в данный миг, когда понял, что Лидия стоит перед ним – не из прошлого, не из воспоминаний, а настоящая. Та, что заставила забыть о покорении новой вселенной, ради которой стоило вернуться из мира мертвых. Лидия не позволяла себе сомневаться в успехе, но поверила только когда смогла обнять Кира. И как будто не было в ее жизни всего того, что пришлось пережить после его исчезновения. Он снова рядом, словно и не уходил никуда. Только взгляд его теперь стал ласковее и теплее.
Преодолев волнение от встречи и радостные объятия, Лидия и Кир устроились неподалеку от врат, им было что поведать друг другу, даже если они читали о том в строчках писем, почти заученных наизусть. Стены забытых громадин казались вполне гостеприимными для обретших друг друга после долгой разлуки людей. - Я все продумала, - с улыбкой произнесла Лидия, устроив голову на плече Кира, - Скопила денег. Мы наймем частный самолет, чтобы пролететь через границу. А потом что-нибудь придумаем с документами. Тебе придется сменить имя, потому что Кира Гильяма в этом мире официально больше нет.
- Да, за историю люди проворачивали и не такое, - согласился Кир, - но если вернуться мы можем в любую минуту, то и спешить незачем? - А говорил, что исследовательские приключения отныне тебя не привлекают, - пожурила Лидия, но в ее глазах разгорался любопытный интерес. - Я хочу лишь проверить, как действует ключ, - Кир вскочил на ноги, но прочел нерешительность на лице Лидии, и поклялся, - торжественно обещаю держать тебя за руку и никогда не отпускать. - О, не нравится мне это слово, - Лидия поднялась и вложила ладошку в руку Кира.
- Хорошо, пусть будет: не отпускать всегда. Они весело смеялись, и эхо их голосов приветливо отдавалась под мрачными сводами храма. - Не срабатывает, - Лидия еще раз переложила одну из реликвий, понимая, что это не помогает, - но почему? - Были у меня догадки, - Кир внимательно изучал то пространство, где должны открыться врата, - Знаешь, этот переход, он вроде как самый прямой, но с секретом – надо открываться одновременно с двух сторон. - Получается, ключ теперь бесполезен. - Как знать, в Лунаре я понял одно – двери переходов подобны пчелиным сотам – их множество, но часто переходы перекрывают друг друга. Надо либо иметь возможности их вскрывать, либо знать, где есть, что называется, сквозные дыры. - Погоди, карта, что ты прислал! – Лидия обрадовалась догадке, а Кир тем временем вытащил планшет. - Ого, да ты похититель технологий. - Всего лишь маленький сувенир. Они забрали ключ и вышли из храма Сфинкса. Кир, оказавшись на солнце, вскрикнул и отступил в тень.
- Все хорошо? – обеспокоенно спросила Лидия. - Да, просто отвык от яркого света, - он улыбнулся, часто моргая, - все уже в порядке. - Судя по карте, нам в пирамиду, - Лидия махнула в нужном направлении, и Кир залюбовался уверенностью спутницы, которая так легко освоила пустыню, - а между делом, мы можем заглянуть в одну закусочную, там готовят чудесную домашнюю еду. - Ты же понимаешь, что тебе придется меня угощать? - Да, но ты же понимаешь, что тебе придется за это спеть и станцевать, - не удержалась и хихикнула Лидия. - Ой, не напоминай.
II. Вдвоем.
В пирамиде у точки портала, что была указана на карте, Лидия коснулась плеча Кира. - А если он тоже сработает в одну сторону? - Но сейчас мы пойдем вместе. Погоди-ка, - Кир вставил ключ, и легкий ветерок обозначил, что портал открыт, тогда Кир вынул ключ, чтобы удостовериться, что переход не закрылся. - Смотри, работает! Идем?
- Разве тебя сможет что-нибудь остановить, - откликнулась Лидия, и тихо ойкнула, потому что Кир подхватил ее на руки. В сознание иголочкой вонзилась мысль о Кори, но эти объятия заставляли забыть обо всем. - Договорились же – вместе.
По ту сторону перехода, который они закрыли, воспользовавшись ключом, чтобы обезопасить мир от недобросовестных «соседей», оказались каменные стены и высокие потолки, а также, колодцы, каменные статуи, валуны и ловушки точно такие, как в катакомбах Аль-Симары.
- Похоже, это место сделано представителями той же цивилизации, - оглядевшись, предположила Лидия. - Пойдем, посмотрим, что это за мир! - Только осторожней, не хватало, чтобы нас захватили в плен еще и здесь, - шепнула Лидия. Однако, в этом странном месте, которое напоминало лабиринт из лестниц, никого, похоже, больше не было. Как не было и выхода. Только коридоры, площадки и лестницы, ведущие не понятно куда. - Кир, давай вернемся? Как бы нам не заблудиться здесь. - Погоди-ка, я там что-то вижу. Посмотри!
- Мы не знаем, что это такое... - По-моему, это древняя секира, только очень странной формы, - заключил Кир, и прежде чем Лидия успела его остановить, уверенно зашагал в сторону артефакта. - Кир, - опасливо прошептала Лидия, но он без сомнений взял в руки загадочную секиру. - Гораздо легче, чем я думал! - сообщил он. - Интересно, что это такое?
- Кир, ты не меняешься, - то ли с осуждением, то ли с восхищением сказала девушка и подошла к своему любимому. - Удивительная вещь. Когда я держу ее в руках, появляется чувство, будто она является продолжением меня. - Давай положим эту штуку на место и пойдём обратно. Пожалуйста. - Да, конечно. Сейчас, погоди-ка... Кир, повинуясь непонятному чутью, подошёл к одному из валунов, направил на него острие секиры и... валун исчез. Там, где только что был камень, открылся новый коридор.
- Ого! Интересно, получается, это так любую стенку можно разобрать? - пошутил Кир, процитировав фразу из одной известной комедии, которую они когда-то смотрели с Лидией вдвоем. - Пойдем посмотрим, что там? Быстренько. Туда и обратно. Я буду держать тебя за руку. - Конечно, пойдем, - улыбнулась Лидия. Этот коридор довольно скоро вывел искателей приключений на свет, под открытое небо. - Вроде бы безопасно. Воздух обычный, довольно чистый, температура воздуха нормальная. - Кир, ты так и пойдёшь с этой секирой? - Думаешь, отберут? - Думаю, где бы мы сейчас ни были, она сильно привлечет к нам внимание. Сомневаюсь, что тут все с такими секирами ходят.
- О, смотри, при свете солнца здесь виден узор, - Кир провёл пальцами по рукоятке секиры, где был выбит какой-то орнамент, и в тот же миг секира исчезла, как до этого исчез валун. Глядя на озадаченное лицо Лидии, Кир сказал, - я уже решил было, что это аннигилятор, но теперь сомневаюсь. Надо выяснить, что это такое. - Как ты это выяснишь? Артефакта больше нет. - Не знаю... Я до сих пор чувствую, будто он все еще в моих руках, но руки при этом свободны. Он постоял в задумчивости, прислушиваясь к себе, потом вдруг вскинул руку и второй рукой подхватил появившуюся снова секиру. - Какая занятная штуковина, - Кир снова провел пальцами по орнаменту, секира исчезла. Давай осмотримся здесь немного? Вдруг еще что-нибудь этакое найдем. Девушка вздохнула, но улыбнулась и согласилась. Ей тоже было любопытно взглянуть на параллельный мир. Местные пейзажи впечатляли великолепием.
- Деревья как будто земные, - Лидия достала фотоаппарат. - Правда, в родных краях такие не растут. - Погоди! - воскликнула Лидия, - телефон поймал связь! Мы в Китае?! Лидия обрадовалась, когда поняла, что это родной мир. Кир был, скорее, обескуражен, но улыбнулся тоже: - China? Кажется, мы действительно на Земле. - Да, совсем рядом с домом, если сравнивать в масштабах космических, - Лидия улыбалась, - но это значит, что мы нашли переход для путешествия между земными городами. - Да, запатентуем и разорим авиакомпании. - Простой путь к богатству? Только вот с нашим правительством и влиятельными личностями, я не буду называть фамилию… - К тому же хранить совместные секреты куда приятнее, а из-за этих телепортов, того и гляди в будущее - рассорятся наши наследники, устроят кровавую войну за наследство, - весело заметил Кир. Вскоре путешественники вышли к городу, окруженному рекой.
- Какая красота, ты только посмотри! – они шли по большой яркой площади. - На большой туристический город не похоже, здесь почти безлюдно. В лавке сувениров Лидия поинтересовалась местными достопримечательностями и спросила, про экскурсии.
- Места у нас не туристические, - ответила девушка, запаковывая выбранный сувенир. - К нам в основном приезжают любители рукопашных единоборств. Местная школа считается лучшей. Женщина протянула рекламную яркую брошюрку. - Уроки каллиграфии посетите, да чаепитие не забудьте, вам обязательно понравится, - китаянка разговаривала с почтительностью, что присуща сему народу. - Спасибо, мы обязательно везде побываем, - ответила Лидия, сдерживая улыбку, которая возникала, стоило представить, как Кир постигает азы восточных единоборств, требующих спокойствия, терпения и концентрации внимания.
Следующая дверь перехода отворилась прямиком во Францию. Это был провинциальный городок, но здесь царила особая атмосфера очарования. Мостовые улочки, аккуратные домики, и льющиеся игривые национальные мелодии.
- Бонжур прекрасной леди, завтрак за счет заведения, мсье вам придется заплатить больше чаевых, - колоритный владелец кофейни сразу завоевывал доверие. У него и поинтересовались, какие любопытные места можно посетить иностранным гостям. - О, я посоветовал бы навестить местную винодельню. Там хозяйствует очень гостеприимная мадам. Узнаете все о винодельном искусстве и попробуете лучшее вино. Уж там знают в нем вкус. Небольшой фургон привез Кира и Лидию на винодельню, где гостей с удовольствием посвящали в секреты изготовления виноградного напитка. Праздничная атмосфера и легкий летний ветер без того кружили голову, а когда гостям предложили испробовать терпкий напиток, Кир предложил Лидии переехать в этот райский уголок и тоже делать других счастливыми. - А как же операция – огненный фрукт? – спросила Лидия, кружась с Киром, под музыку живого оркестра, по дощатой веранде.
- У нас будет вино с огоньком, - Кир подмигнул искусной партнерше по танцу и неожиданно пошатнулся, наступив Лидии на ногу. - У тебя все хорошо? – Кир прижимал ладонь к лицу, пятясь в тень. - Сосуды, видимо, слабые, - он хоть и улыбался, Лидия заметила, как с ладони капают алые капли, оставляя темные следы на деревянном полу. – Отдохну, и все пройдет. Кир подрядился работать на винодельне, нехитрая работа физическим трудом, но за нее платили деньги и не требовали документы на устройство.
Лидия высылала фотографии почтой в Хиден Спрингс, ожидая ответа денежными чеками. Пару раз звонила Майе спросить, не знает ли та что-нибудь о Кори. Но Майе не было дела до девочки. «Всех не пожалеешь и не приютишь», - говорила она. А у самой Кори не было телефона, чтобы Лидия могла связаться с ней. Хотя номер Лидии у Кори был, но пока она ни разу не позвонила. А значит, можно было пока немного побыть счастливыми в этом чудесном французском городке.
Они взяли в аренду автомобиль с откидным верхом и колесили по вечерним улицам, посещали кафе и обменивались шутками с продавцами цветов, учились выпекать настоящие французские круасаны и пробовали впервые местные деликатесы. Все было слишком хорошо, до того момента, как однажды Лидия проснулась и поняла, что Кира рядом нет.
Он нашелся в ванной, и выглядел не лучшим образом. - Я немного простыл, - Кир стоял, вцепившись в края раковины, прижимал полотенце к лицу. - Да у тебя жар! - Лидия прижала ладонь к пылающему лбу. - К утру пройдет, - Кир слабо улыбнулся. - Откуда такая уверенность? - Всегда проходит. То есть… Обычно у меня так протекают болезни. С детства. – Кир улыбнулся, и Лидия невольно отшатнулась, кровь стекала с его губ. - Надо срочно вызвать врача, тебе нужно в больницу! - У меня нет документов и страховки, меня не примут, - Кир покачал головой. - Заплатим наличными. - Просто, давай подождем до утра. Утром действительно стало лучше, но так продолжалось недолго, однажды Лидия нашла Кира без сознания.
III. Прощание.
- Как давно у тебя это продолжается? – Лидия держала Кира за холодную руку, тот лежал в постели уже третий день.
- Не знаю, я думал, это пустяки. Акклиматизация или что-то вроде, - Кир сморщился от вспышки боли, что разрывала изнутри. - Нам надо вернуться в Аль-Симару, там есть знакомые, они помогут найти врача. Задача была не из легких, улучшения в состоянии Кира случались все реже. Подниматься он мог только в темное время суток, ночное недомогание сменилось приступами лихорадки днем. В глубоких катакомбах, под пирамидой Аль Симары, Кир почувствовал себя заметно лучше. - Кажется, болезнь отступает, - он слабо улыбнулся и сжал пальцы Лидии.
- И все же, я найду какого-нибудь доктора. Пусть он меня в этом убедит. Женщины из «Сопротивления», с которыми девушка раньше сотрудничала, сказали, что ближайшая больница далеко, а здесь есть один лекарь, тот самый, у которого дома частная библиотека - Фахад Мабдули. Лидия пошла к нему. - Сядь, девочка, - ответил египтянин, - прорвался твой Кир, значит. - Что? Откуда? – Лидия с удивлением смотрела на мужчину. А бывают ли такие совпадения, ей вдруг вспомнилась их с Киром переписка, где упоминался этот мужчина, - То есть вы? Вы тот самый… - Рассказывал он обо мне? – Мабдули усмехнулся, - Да, я живу на два мира, чего скрывать. Но речь не обо мне, речь о Кире. Умрет он. Лидия вскрикнула, но решительно сказала, что не верит.
- Солнце в Лунаре отравленное, про пораженных поди слышала от друга своего? Чтобы избежать инфицирования, в Лунаре прививают новичков. Местные-то с иммунитетом рождаются. А вот в этом мире вирус привитый мутирует и пожирает изнутри человека, солнце лучший фактор для размножения вируса. Болезнь уже ничто не остановит. В этом мире нет противоядия. - Но, вы же не болеете, хотя и там и тут живете. - А я урожденный Лунаром. - Ведь можно что-то сделать? – Лидия не заметила, как из глаз брызнули слезы. - В Лунар ему надо, но портал вы открыли бездумно, ключик то на той стороне не оставили. - Помогите нам, вы же можете, я знаю. Без ключей до этого переправлялись как-то. - Я скажу, как отправить Кира, но я не гуманитарная помощь. Отдашь мне ключ-реликвию. - Вы хотели сказать, отправить меня с Киром? – возразила Лидия. Она помнила о Кори, но потерять Кира было выше её сил. - Незачем тебе туда. Вам не дадут быть вместе. Ему мозги промоют, коли спасти смогут, все равно ничего не запомнит, а жизнь там новую умеют придумывать. Удивляюсь, что после первого побега с ним этого не сделали. Тебя же отвезут на другой конец света, а то и в иной дружественный мир депортируют. Хоронятся они землян, не позволяют быть группами даже по двое. И верно делают. Нет вам покоя. - Я отдам ключ. Спасите его, - Лидия оставила на столе реликвию и покинула лунарца.
Когда Лидия вернулась под своды пирамиды, Кир стоял на ногах. Даже весело помахал Лидии. - Зачем ты встал? – испуганно ахнула она и подхватила Кира. - Скоро я поправлюсь, и полетим мы на частном самолете, - улыбнулся Кир, чувствуя металлический привкус на языке. В глазах его потемнело, а пол резко качнулся. Улучшение оказалось временным.
- Ты обещал не отпускать меня. Поэтому я сделаю это. Отпущу, - прошептала Лидия. Она чувствовала, как дыхание Кира становится редким и поверхностным. Пришел Мабдули, помог положить Кира на носилки. Переходом оказался колодец. Как сказал лунарец: «Не я выбираю переходы, а они выбирают, когда быть открытыми. Этот ближайший». - А он точно спасется? – едва слышно спросила Лидия, - не захлебнется? - На все воля небес, - ответил Мабдули, - если суждено ему – спасется. Я подам знак тревоги о вторжении, глядишь, вовремя поспеют. Тело Кира погрузилось в холодную воду, и Лидия в последний раз смотрела на любимого, уносимого течением нездешнего мира.
Мабдули давно ушел, а она продолжала сидеть на краю колодца. На поверхность всплыл деревянный небольшой коробок. Внутри оказался проволочный каркас в виде колечка и камешек, укрепленный хитрым узелком. Лидия помнила, как Кир с гордостью демонстрировал очередной «сувенир» - кристалл, что светился мягким светом в темноте. От этих кристаллов питаются энергией города в том далеком мире. Со дна перестали подниматься пузырьки воздуха, поверхность воды вновь стала безмятежной. Вода манила спокойствием, отсутствием боли и проблем.
Зазвонил телефон и заплаканный голос Кори вернул мысли Лидии к этому миру: - Меня хотят увезти в детский дом. Я не хочу. Я убежала. Ты скоро приедешь? - Скоро, девочка моя. Дождись меня. Уже еду.
Не знаю, имею ли право вот так запросто врываться в твою жизнь спустя столько лет. Найдешь ли ты этот привет из прошлого? Столько времени прошло, никто бы уже не ждал. Да и зачем ждать то, с чем навсегда распрощался? Когда я угасал на твоих руках, ты убеждала меня жить, и я должен тебе эту весть - я жив, Лидия. Сейчас это письмо необходимо мне, чтобы разобраться и осознать все произошедшее, ведь я теперь не понимаю, кто я есть. Ты - мой якорь памяти. Может это длинное послание сбросит какой-то груз с твоих плеч: незнания и неопределенности, пусть так и будет. Все это время я ничего не помнил: тебя, свое прошлое. Жил в неведении, пока, наконец, ко мне не вернулась память. Но это конец истории, а принято начинать сначала.
Я очнулся в больнице. Помню, как яркий свет ослепил, и я поспешил зажмуриться. Я не помнил, как меня зовут, не понимал, где нахожусь, хотелось обратно впасть в спасительное забытье, но аппаратура предательски запищала, и меня окружил персонал. Посыпались вопросы: что я помню, как себя чувствую - стандартные, в общем-то, для подобной ситуации. С этого и начались воспоминания о моей новой жизни, ведь старой для меня в тот момент не существовало. В моей больничной карте написали длинный и сложный диагноз, основанный на амнезии. Три месяца я кроме этого пролежал в лечебно-реабилитационном центре: внутренние повреждения сказались на двигательной функции и рефлексах. Тогда меня не удивляло отсутствие рядом родственников. Я полностью утратил социальные связи. Во мне не было чьего-то тоскующего сына, брата, мужа. Для меня не существовало внешнего мира за стенами больницы. Самыми близкими людьми стал медицинский персонал. Им нравилось мое послушание, мне нравилось радовать их.
Это были первые попытки построить сеть отношений, я ведь и не подозревал о более сложных формах связи. Слышать и не узнавать собственное имя, для обычного человека странно, для человека без прошлого - нет. Я долго привыкал к звучанию "Кир", часто отзывался на чужие имена, когда звали других пациентов. В своем роде я был счастлив не знать и не иметь, ведь в том мире не существовало потерь в принципе. Вскоре меня навестили коллеги, так их представили. Мои посетители прятали неловкость во взгляде и старались по-доброму улыбаться. - Нам сказали, ты ничего не помнишь, - как будто, на них лежала за мою амнезию вина. Сейчас я могу отличить ложь от правды, но это переносит меня вновь в сегодняшний день, а я хочу все разложить по полочкам. Ты уж прости, Лидия, что я буду порой сбиваться в этом повествовании. Эти люди с работы часто приходили в больницу и рассказывали о моей жизни. - Ты помнишь, как здесь очутился, Кир? - например, спрашивали они. Под "здесь" имелась в виду больница. - К сожалению, ты не сможешь вернуться к своей прошлой работе, - и я неожиданно чувствовал какую-то тоску, даже не представляя, чем занимался прежде. Но верил каждому их слову, так мне было интересно собирать себя по кусочкам. Ведь я вдруг оказался не просто человеком в палате, и эта жажда узнавания себя влекла. Я был податливым материалам в этих профессиональных руках, и это я понимаю тоже лишь сейчас. Как я мог не верить людям, которые так складно, так уверенно и с подробностями рассказывали о прошлом. Моем несуществующем прошлом. - Ты нарушил устав, Кир. Но в связи с обстоятельствами, на тебя не стали заводить дело. Ты будешь переведен в действующее отделение научного института. Ты ведь всегда хотел выделить время для науки, - если бы мне рассказывали, как я убиваю китов и продаю их на межгалактическом рынке, я бы тоже поверил без тени сомнения. Я, опустив голову, слушал подробный отчет о событиях, которых не было, но с которыми мне предстояло прожить еще шесть лет. "Исследование миров, межпространственный исследователь" - я с гордостью слушал звания, которые мне приписывали. И о том, как без напарника в период карантинной паузы вывел свой корабль на грань чуждого и опасного мира, где и потерпел крушение, заработав повреждение не только внутренних органов, но и хроническую лихорадку.
Отныне любое путешествие может тебя убить, - от таких известий, я даже радовался своей потере памяти: не горько терять то, о чем не помнишь, разве нет? Я проникся симпатией к моим рассказчикам, с удовольствием смотрел фотографии с миссий, слушал о том, как переехал из маленького городка, как меня спасали. В то время я так дивился окружающему меня миру, словно ребенок, который познает тайны мироздания. Любая незначительная мелочь радовала меня, словно это космический корабль. Я был уверен, что межзвездный транспорт – это главная страсть в моей жизни. Порою, мы бываем так внушаемы.
Я не понимал, как быть ученым, но меня убеждали врачи, что память вернется. Может, не вся, главное, работать. Я был таким неловким, со мной занимался инструктор, разрабатывая рефлексы, я учился держать равновесие. Вначале я падал раз за разом. Но среди утомительных упражнений, я находил то, что меня радовало.
Память если и возвращалась ко мне, то некими смутными обрывками тумана. Я не помнил людей, но представлял незнакомые края. Однажды, я проснулся с жуткой тоскою, вспоминая нарядную площадь и золотую листву деревьев. Это были мои первые воспоминания, в которых не было ни одной подробности. И все же это меня столь потрясло, что я не мог сдержать слез.
Или песни, которые внезапно я начинал напевать. Таких по радио не крутили, но я вспоминал слово за словом.
И тогда, я начинал еще упорнее работать над собственным телом. Если я не мог владеть сознанием, то тело должно мне подчиняться. Иногда меня насильно укладывали в постель, так я увлекался. Когда инструктор остался довольным нашими с ним результатами, я погрузился в учебники.
Мне приносили школьные и для университетов. Что-то я слету вспоминал, что-то приходилось изучать с нуля.
Физическое состояние становилось стабильнее, меня выписали домой. Мне сказали, что я должен быть рад этой новости, и я радовался, не имея понятия о том, где мой дом. Я так усиленно пытался что-нибудь вспомнить, что порой у меня раскалывалась голова. Я слушал истории о том, как открывал далекие, редкие и неизвестные звезды, что в музее института хранятся осколки этих неизученных миров, которые принесли мне состояние.
Но все эти слова оставались пустым звуком, абсолютно бессмысленными. Образы, которые бередили мое сознание, оставляя лишь больше вопросов. Мне не хватало какого-то ключевого воспоминания, но стоило мне попытаться подобраться к нему ближе, как у меня начинались приступы паники. За эти шесть лет я испробовал столько методик, но ничего не помогало. Даже профессионалы с громкими именами и высокими гонорарами.
Потихоньку я начинал ходить в институт, вспоминать, а то и постигать науку. Вокруг были добрые коллеги, которые всегда охотно приходили на помощь, мне нечем их попрекнуть. Я даже в приказе о повышении расписался, хотя после исследователя пространств, воспринимал это, как неумолимое поражение.
О родных и близких я по-прежнему не получал вестей. Коллеги с деликатностью молчали. Я ютился на каком-то странном участке, где даже дома не было, а был плохо устроенный подвал. Но мне и не нужно было многого. «Неужели, это и есть мой дом?» - думал я. А потом получил сообщение: «Я только что узнала о катастрофе. Немедленно выезжаю. Бритни». - Кто это? – спросил я у курьера, но тот лишь пожал плечами. На работе мне сказали, что это моя жена. - Разве у меня есть жена? – я невольно посмотрел на руку без кольца. - Да, незадолго до случившегося вы сильно поссорились, она уехала в длительную командировку по работе. Кажется, из-за ее работы вы и расстались. От таких известий у кого угодно закружится голова. - Я ничего, абсолютно ничего не помню, - сокрушался я. И мне подробно рассказали, что мы с ней познакомились на одной межмирной конференции. Она работала журналисткой, а я представлял научный институт. Мы быстро отпраздновали свадьбу, и даже купили участок для дома. Только я не успел построить дом – мы поссорились. Я силился представить ее образ.
- У нее длинные светлые волосы? - Да, ты вспоминаешь? - Возможно, - я не мог вспомнить лица той девушки, лишь мелькали видения, то светлая прядь у меня на плече, то улыбка, то эхо голоса. И этот образ вызывал во мне волнение. Я надеялся, что увидев жену, сразу вспомню. Но не вспомнил. - Кир! Ты жив, я так испугалась! – она бросила свои чемоданы и кинулась ко мне, - я была неправа, тысячу раз неправа. Я уволилась с работы, обещаю, что больше никогда карьера не встанет между нами.
«Видно, она и, правда, моя любимая», - думалось мне. Такая искренняя была: ее объятия, слова, взгляды и поцелуи. Все это представлялось таким настоящим, что было стыдно и неловко от того, что я не помню нашего романа. Бритни была красивой и пробуждала любопытство, наверное, я завоевывал когда-то эту женщину.
- Я знаю, ты ничего не помнишь, я связывалась с твоими врачами, но это не страшно. Ты вновь полюбишь меня, вот увидишь. Эта была неплохая идея. Ведь еще недавно у меня не было ничего и никого. Мы собрали средства, которые нашлись на моем счете, продали какие-то вещи и купили новый участок с домом.
Однажды я познал ужас потери. В доме случился пожар, когда я примчался на звук сигнализации из лаборатории, Бритни лежала на полу без сознания.
В тот раз все обошлось, но несчастье сблизило нас. Теперь я был не просто наблюдателем в отношениях, я, наконец, принял в них участие.
Со временем я привык жить с черной дырой моего прошлого. У меня было на самом деле все, к чему можно стремиться. Бритни нашла место в офисе недалеко от дома. Все было так складно, что порой вызывали недоумения наши ссоры в прошлом, пусть я их и не помнил. Весть о беременности Бритни окончательно сплотила нашу пару.
После родов дочери, Бритни словно помолодела, конечно, тут не обошлось без препаратного вмешательства. Я как раз работал над медикаментами, интересуясь генетикой. Изучал материал в основном на растениях, но и без мелких млекопитающих не обходилось. Я совру, если скажу, что мне не хотелось вспомнить. От того я и углубился в изучение и разработку препаратов, улучшающих память, воздействующих на работу мозга.
Вокруг нашей идиллии собиралось много людей. Они приходили к нам на праздники и приглашали ответно на вечеринки. Все это заполняло меня без остатка. От того сейчас я чувствую, как меня опустошает награможденная ложь, длинною в шесть долгих лет.
Даже, когда в доме происходило что-то ужасное, как например, второй пожар, спаливший дотла всю кухню. Вместо праздника в честь дня рождения Эмбер, мы сидели на пепелище с пожарными и ели вместе торт. Даже тогда, я чувствовал себя счастливым, ведь никто не пострадал.
Понадобилось еще четыре года, чтобы однажды утром, принимая душ, я вдруг вспомнил все. Ирония сознания, успешно закончившийся опыт. Я вдруг вспомнил.
Не описать, что я испытал в тот момент. Словно все, чем я жил, стало картонным. Я зашел в комнату Эмбер, взял ее на руки и ходил из угла в угол, как загнанный зверь.
- Что случилось? – к нам вошла Бритни, вдруг ставшая мне чужой. - Я вспомнил, - к удивлению, мой голос не дрожал. Я был чрезвычайно спокоен. - Вспомнил? – она еще надеялась на что-то, но уже понимала – отступать некуда, - Я знала, что когда-нибудь это должно было случиться. Мне хотелось кричать, топать ногами, вывернуться наизнанку. Хотелось крикнуть ей в лицо: «Нет, этого никогда не должно было случаться, слышишь, никогда!» Но тут в моих руках испуганно пискнула Эмбер, схватив меня за палец руки. Я не мог, понимаешь, Лидия, не мог сказать при дочери, что ее никогда не должно было быть. Моя Эмбер никогда не услышит, что ее жизнь – это ложь.
- Нет, этого никогда не случалось. Я прирожденный лунарец, который совершил ошибку, но получил второй шанс.
Лидия, когда-то ты выбрала для меня жизнь, в тот момент, когда я смирился со смертью, и я не имею права пренебрегать этим ценным подарком.
0.5 - основатель все выученные песни - 1 коллекция виз максимального уровня - 1 Дача в Египте 1 поколение - 0,5 балла Коллекция зелий - 1 Гном Султан Сам - 0,25 друг(1): Миа Джеймс - 0,25 друг(2) Хо Сунг - 0,25 друг(3) Шен Су - 0,25 друг(4) Сима Цзи - 0,25 друг(5) Амелия - 0,25 друг(6) Лиу Рей - 0,25 друг(7) Кристина Ландграаб - 0,25 друг (8) Надин Маршалл - 0,25 друг (9) Деа Дютьель - 0,25 друг (10) Тюссо Жирард - 0,25 друг (11) Патрисия Кросс - 0,25 друг (12) Жан Люк Пиве - 0,25 навык: рыбная ловля - 0,25 навык: садоводство - 0,25 навык: обаяние - 0,25 навык: Кулинария - 0,25 навык: спорт - 0,25 навык: Фотография - 0,25 навык: Механика - 0,25 навык: Логика - 0,25 Итого: 9,25 Штраф: 1 (переезд первым поколением на участок меньшего размера)
Сообщение отредактировал byakko - Вторник, 28.05.2013, 21:27
Здравствуй, Кир. Я знаю, что ты никогда этого не прочитаешь. Фахад Мабдули, я звонила ему несколько раз, заверил, что тебя спасли, но ты никогда не вспомнишь своё прошлое. В твоей жизни меня больше никогда... не было. Пусть так. Мне бы только знать, что ты жив. Лунарцы удивительно гуманны. И хоть Фахад давно уже заразился нашим земным образом мыслей, он мог обмануть меня из гуманности, из жалости. Я очень этого боюсь. И очень хочу верить, что ты жив. Если бы не Кори, я бы сделала всё, чтобы проверить... Вернувшись, я искала её по всему городу, пока её друзья мне не сказали, что Кори увезли в приют. Как всё сложно в нашем мире. Девочка осталась без родителей, без родственников, есть взрослый человек, которых хочет о ней позаботиться, но нельзя. Во-первых, по здешним законам у нас недостаточная разница в возрасте для усыновления. К счастью, разница в возрасте больше шестнадцати лет, поэтому вопрос решаемый, но не без дополнительных трудностей. Во-вторых, моё жильё было оценено органами опеки как непригодное для проживания ребёнка. Мой доход признан не стабильным. Хотя я хорошо зарабатываю фотографией, а с продуктами питания и вовсе проблем нет, овощи и фрукты выращиваю сама.
А главное, на усыновление имеют право только полные семьи. Мне надо выйти замуж для того, чтобы удочерить Кори. Ты не представляешь, сколько инстанций я обзвонила, по скольким кабинетам бегала.
Даже Рено Вандербург оказался бессилен помочь. Я надеялась, что с его помощью как-то удастся обойти условие о замужестве. Не понимаю, почему я одна не могу усыновить ребёнка. Матерью-одиночкой ведь не возбраняется быть. Почему усыновить нельзя?
Но тут Рено только руками развёл. - Я бы себя предложил в мужья, но, боюсь, это не понравится Катарине, - отшутился он. Рено дал мне хорошую характеристику. У него есть связи. Но и у Берта Альто тоже есть связи. А помимо того у чиновников из службы опеки есть куча правил и инструкций, которыми они руководствуются. Кори не жаловалась, говорила, что в детском доме ей нравится, тепло, кормят неплохо, только она очень скучает по друзьям и по своим любимым местам в городе. Самое ужасное было то, что она вслух не спрашивала о матери, но в глазах мне всё время мерещился этот вопрос. И однажды мне пришлось сообщить ей, что мама умерла. Удочерить Кори оказалось делом практически невозможным. Даже опеку установить удалось с трудом. Я прошла несколько психологических тестов, мы общались с Кори в приюте под надзором инспектора. Потом мне, наконец-то разрешили увозить её из приюта домой на день, но в первое время и тут только под надзором полиции. К счастью, к нам приставили спокойного уравновешенного человека, который не мешал нашему общению, всегда стоял в стороне. Мы его почти не замечали. И одевался он в гражданское. Мы с Кори даже привыкли к нему. Приглашали в дом, когда на улице шёл проливной дождь, а то бы он так и стоял чинно в стороне. Не дай бог простудился бы, и к нам приставили другого надзирателя.
Когда я заводила анкету на сайте знакомств и просматривала профили в надежде найти будущего мужа в сети, мне пришла в голову шальная мысль, что этот полицейский вполне мог бы им стать.
Кир, я снова пишу тебе письмо, которое никогда не отправлю. Просто так мне легче, легче верить, что ты жив. Представляешь, я узнала фамилию того полицейского, который присматривает за нами с Кори, - Вандербург. Если бы ты только знал, как я удивилась. Себастьян - сын Катарины Вандербург от первого брака. Причём узнала я об этом от Майи. Ни сам Себастьян, ни Рено мне почему-то не сказали. Хотя... что в этом такого. Не знаю, почему меня это так удивило. Майя пытается отговорить меня от удочерения. Говорит, что я сломаю себе жизнь. Если бы она знала, через что я уже прошла. Но никто не знает. Многие знают по чуть-чуть, но всего не знает никто. Кори любит слушать истории о моих путешествиях в Египет. Я рассказала ей немного и о Китае, и о Франции. Она очень хочет съездить со мной в путешествие. Но пока она не удочерена, в путешествие можно будет взять её только при условии, что у опекуна в стране пребывания хорошие рекомендации. На вопрос, кто должен дать мне эти рекомендации и что для этого надо сделать, мне выдали список с названиями департаментов и служб соответствующей страны и названиями документов, которые надо собрать. Ужас. Проще замуж выйти. Хотя, как сказать. Встречаться хотят многие, отзывов в сети предостаточно,
а вот жениться, да ещё и фиктивно, с целью ребёнка удочерить... пока таких безумцев не нашлось. Так ведь безумец ещё и не подойдёт. Нужен человек, который тоже пройдёт проверку, которую проходила я. Проблему с недостаточной разницей в возрасте я решила, моё психическое здоровье (как я тут волновалась, что всплывёт информация о моём увольнении из НИИ) тоже вопросов не вызывает. Мне для получения разрешения на постоянную опеку теперь надо только дом обустроить. Требуется, чтобы у ребёнка была отдельная комната, игрушки, рабочее место... много всего. Много всего такого, чего в приюте у девочки, кстати, нет. По поводу дохода, на мои заверения, что он хоть и не стабильный, но достаточный, поскольку я предприниматель и у меня нет постоянного оклада, зато бывает хорошая прибыль, мне ответили, что если я расширю дом, пристрою комнату для ребёнка, то это будет достаточным доказательством моего финансового благополучия. И вот тут надо признать, что денег то у меня не так и много, на перестройку дома не хватает. Лучше всего продаются фотографии, сделанные за границей. Местные достопримечательности и портретные снимки покупают не так охотно. Я попросила Кори подождать меня ещё немного, зато потом у неё будет не только своя комната, у неё будет всё, что она захочет, в том числе путешествие в жаркие страны. А ещё я очень надеюсь узнать хоть что-то о тебе.
Увидев пейзажи Шанг-Симлы, у меня сердце защемило. Сразу вспомнилось, как мы с тобой выбрались из катакомб, думая, что очутились в параллельном мире, а это оказался наш родной Китай.
Поначалу я думала, что переоценила свои силы, зря приехала, ведь здесь всё напоминало о тебе, о том времени, когда ещё казалось, что всё будет хорошо... И мысли все были только о том, как найти кого-нибудь, кто знает о Лунаре. Я старалась не думать об этом, понимая, что навряд ли здесь есть кто-то с Лунара, а если и есть, то пока он не захочет сам, я его не найду. А зачем ему этого хотеть? Я постаралась сосредоточиться на делах, собрать необходимые для путешествия Кори рекомендации.
Но пока занималась этими делами, случилось невероятное. На рыночной площади ко мне подошёл пожилой человек и сказал: - Я помогу вам в ваших делах. Идите за мной, у меня есть для вас выгодное предложение.
Разумеется я не пошла. Предложение показалось мне более чем сомнительным, хоть и озвучено оно было почтенным с виду человеком. Тогда он обернулся и сказал: "С Киром Гильямом всё хорошо. Он не помнит своего прошлого, но счастлив в Лунаре. Проблема с вашим миром". После этих слов я пошла за ним. Его земное имя Ай Рей. В стороне от посторонних глаз и ушей он продолжил: "Вы своим необдуманным переходом нарушили линии пространства. Стали открываться давно закрытые переходы. Их надо найти, чтобы мы смогли закрыть их снова. Нам нужна ваша помощь. Вы можете отказаться, но мы обещаем щедро платить за информацию. Мы вынуждены обратиться к вам потому, что своих людей у нас не хватает. А кроме того, вы уже знаете о нашем существовании и мы убедились, что вам можно доверять. А Кира вам надо забыть. У него другая жизнь, совсем другая. Вы никогда больше не узнаете ничего друг о друге. Не ищите способов. Ведь главеное, что он жив, не так ли? Он жив и счастлив. И вы тоже живите и постарайтесь стать счастливой". После этих слов Ай Рей перешёл к делу, рассказал, что на Земле есть три базы, построенные лунарцами для наблюдения за нашим миром: в Аль-Симаре, Шанг-Симле и Шам ле Сим. Об этом мы с тобой уже раньше сами догадались. Аль-Симара - основная база, там больше всего переходов. Шанг-Симлу и Шам ле Сим давно уже не тревожили несанкционированные вторжения, но после нашего с тобой путешествия было зарегистрировано два случая в Шам ле Сим и три случая в Шанг-Симле. Эти переходы были найдены и закрыты, но не исключено, что есть другие. Указать на них могут предметы внеземного происхождения. Но узнать их очень сложно, потому что они часто не отличаются от земных. Многие миры развиваются почти одинаково. Но есть несколько лунарских изобретений, которые могут помочь. Самое ценное называется "Слеза Гора" оно безошибочно определяет местоположение предметов внеземного происхождения, определяет даже какому миру принадлежит предмет, но оно редко бывает в наличии в этом мире и Ай Рей не смог мне его предложить. Есть похожее, но менее точное.
Ещё он предложил мне другое - предмет, который снимает печати возле переходов. Визуально они выглядят как огромные валуны, и перекрывают входы и выходы к известным лунарцам порталам. Сейчас эти порталы надо проверить, а для этого печати придётся снять. Когда я увидела этот предмет, сразу узнала его.
Тот самый "аннигилятор", который мы с тобой случайно нашли. Теперь у меня есть такой же. Интересно, а тот, который был при тебе, сейчас всё ещё с тобой? Или отобрали? Он же невидимый. Нашли его у тебя или нет?
По поручению наблюдателя, так я решила называть старца из Лунара, я проверила один переход, но он, к счастью, оказался закрытым.
Но Ай Рей всё равно шорошо заплатил мне за работу. Очень щедро заплатил.
И как и обещал, решил все вопросы с документами. Мне даже позволили приобрести земельный участок в Шанг-Симле под строительство дома.
Единственное, он попросил меня срочно отправиться в Шам ле Сим, где меня, по его словам, уже ждут. Но прямым переходом мы решили не пользоваться, потому что в Шам ле Сим мне тоже хотелось получить рекомендации для путешествий Кори, а значит, я должна находиться там не инкогнито, а официально.
Во Франции оказалось ещё тяжелее, чем в Китае. Хотя теперь у меня было больше оснований верить, что ты жив. Но мысль о том, что я тебя больше никогда-никогда не увижу мешала думать о чём-то другом. Хотя я пыталась сосредоточиться на том, что совершаю важную миссию, делаю то, о чём не знает больше никто из землян. "Я избранная", - внушала себе и пыталась почувствовать радость от собственной значимости. Получалось плохо. Во-первых, я думаю, что далеко не единственная, посвящённая в тайну. Нас таких много, просто мы не знаем о существовании друг друга и думаем, что единственные. Во-вторых... просто не радует меня это при существующих обстоятельствах. Поэтому я сосредоточилась на корыстном. Мне нужны деньги. Лунарцы платят за каждое исследование столько, сколько фотографиями я за всю жизнь не заработаю. Один переход оказался запечатанным. Снова ложная тревога, и слава богу. Я там нашла только именной бейсбольный мяч. Вполне земной, обычный, но для хозяина, должно быть, очень ценный. На мяче было несколько подписей и одно имя с фамилией. Я отыскала человека с этим именем, и мяч, действительно оказался его. Он был так рад возвращению своего талисмана, что у меня тоже улучшилось настроение.
А вот вторая наводка оказалась точная. Переход, да ещё и открытый, обнаружился в подвале одного из жилых домов.
Этот дом, как мне объяснили, долгое время был нежилым помещением и должен был оставаться таким всегда. Лунарцы не учли силу человеческой коррупции. Человеку, который ухитрился приобрести этот дом себе для жилья, объяснили, будто бы под домом есть тайный вход в подвал, который использовался контрабандистами для хранения нелегального товара. Тайный вход в подвал в это доме, действительно был, поэтому хозяин поверил, и позволил мне - инспектору - проверить.
А потом, когда "спецслужбы" подвал вычистили (я сама ведь не умею переходы закрывать, моё дело их просто найти) и позволили хозяину этим подвалом свободно пользоваться, даже благодарил меня за то, что мы нашли ему дополнительные помещения, о которых он и не догадывался.
За работу мне заплатили здесь даже больше, чем в Шанг-Симле. Но здесь я и сделала больше, нашла открытый портал.
Лунарский наблюдатель и здесь помог мне с документами. Теперь мы с моей девочкой сможем получить разрешение в органах опеки на путешествие. Чтобы нам было удобно здесь жить, я купила в Шам ле Сим чудесный домик, недалеко от центра.
Теперь я могу себе это позволить. И в своём доме в Хидден-Спрингс я смогу не просто пристроить комнату для ребёнка, я смогу пристроить столько комнат, что в службе опеки сотрудники будут проситься, чтобы я их сами удочерила, не смотря на недостаточную разницу в возрасте и то, что я не замужем. А замуж мне может быть и вовсе не придётся выходить. Буду для Кори опекуном, а не приёмкой матерью, какая разница. Жить под одной крышей это нам не помешает, заботиться о ней я смогу, путешествовать нам разрешат. В Египте мне добрые лунарцы также собрали необходимые рекомендации и пообещали выслать почтой. Так что, Кир, у меня всё хорошо. Жаль только, что ты никогда этого не узнаешь.
баллы: 2,75 + 1 за дачу в Китае, приобретённую в первую поезду в эту страну + 1 за дачу во Франции, приобретённую в первую поездку в эту страну = 4,75
Оказывается, чтобы открыть твое письмо, нужно обладать смелостью. Твои послания – единственное, что связывает меня с реальностью. Мне понадобилось время, чтобы понять – отношение к выдумкам у лунарцев совершенно иное. Я даже не могу назвать это ложью, хотя значение этого слово подходит, но подтекст другой. Как для нас естественно приветствовать друг друга при встрече, так в этом мире люди легко меняют факты под реальность. Для их повседневности должно быть объяснение и они запросто придумывают свои уравнения. От того весьма болезненно переносят встречу с иными. Сложно ужиться с тем, кто не принимает твою правду. Так сложно живется Бритни в этом доме. Она знает, что я отрицаю наше с ней прошлое, то, которого не было до болезни, но продолжает с ним жить. Бритни показывает Эмбер фальшивые фотографии и рассказывает истории, которых не случалось. Я так не могу. Болезнь и лекарства оказали свое влияние. Мне порой сложно разъединить картинки прошлого, что было на самом деле, чего не было. Твое лицо, лицо Бритни – их не всегда удается разделить, и вот я думаю, что именно с ней обсуждал, как мы полетим домой.
Но это не могла быть она, ведь в рассказе присутствовала твоя девочка, Кори. Тогда я думал, как пройдет наша встреча, сможем ли мы подружиться. Так странно, я, кажется, близко знаю эту девочку, но она так нереальна в моей жизни. Я никогда не знакомился со своей женой, но она есть. И Эмбер есть. И я чувствую за собой постоянную вину. Вину перед ревностью жены. Она понимает, что трудно соперничать с далеким образом, который принадлежит лишь моей памяти.
Оказывается, сбежать из этого мира куда проще, чем здесь оставаться. Я было подумал, что безумен из-за опытов над собой, но твое письмо доказывает обратное. Но сейчас у меня есть Эмбер, и я понимаю, что тебе дает силы в далеком от меня мире. На ночь я рассказываю дочке истории о Земле вместо сказок. О загадочном Китае, или солнечной франции. Вспоминаю школу единоборств и придумываю историю об отважном воине. Чтобы моя история была похожа на сказку, я пририсовываю воину рыбий хвост.
Придумываю для него приключения, где он опускается в пещеру с драконом, где происходят удивительные события.
Когда-то я думал написать книгу о Лунаре, а теперь сажусь, чтобы писать о Земле. Чтобы не дать себе забыть. На работе я возглавил отдел, изучающий растения. Я выбрал изучение хищных растений, мне кажется, что в них есть ярковыраженный животный инстинкт. Пишу работу на тему: "Растения и разум". Правда, на работе меня не очень поддерживают, и относятся к проекту с опаской.
Но я не сдаюсь - устроил дома целую садовую лабораторию, где бы для растений был идеальный климат. Может ли измениться человек? Даже в иной вселенной я приношу работу домой.
Бритни проявляет свою деловую хватку, на выплаченное когда-то пособие, купила салон красоты. Кажется, ей нравится работать в индустрии красоты.
Кроме того, разговоры о новом приобретении прекрасно заполняют неловкие паузы. Очень легко отвлекаться, обсуждая за ужином, как и что изменилось в салоне с приходом Бритни. Мне хочется сделать для нее действительно что-то хорошее, поэтому полностью поддерживаю ее стремление заниматься живописью…
Важно ли все это, что я пишу? Я читаю твое письмо, и вижу, как ты стараешься изо всех сил. И это вдохновляет.
Кир.
Баллы: 0,5 (1 поколение стало партнером предприятия) + 9,25 = 9,75 Штраф: 1 (переезд первым поколением на участок меньшего размера)
Прежде всего хочу извиниться за предыдущее моё письмо. Я писала все те строки, обращаясь к тебе, но будучи уверенной в том, что ты никогда их не прочитаешь. Я мечтала, но не надеялась, что судьба подарит мне новую весть от тебя. А когда Кори принесла мне флешку (это она нашла твоё послание в Источнике после шести лет молчания), и я поняла, что у меня в руках их стало две, и что только ты мог отправить мне твою, ты или человек, знающий тебя, когда я взяла её, а потом прочитала, я была счастлива, безумно счастлива, ничего большего мне не нужно было от жизни, и я не собиралась писать тебе ответ, напоминать о себе снова. Но Кори... несколько лет назад она любила слушать мою сказку про Солнце и Луну, которые нужны друг другу, но всегда должны быть порознь, Кори тайком стащила мою флешку и отправила тебе, а мне объяснила, что они как Солнце и Луна. Ещё она сказала, что очень эгоистично с моей стороны молчать, ведь не только я волнуюсь о тебе, но и ты волнуешься обо мне тоже. Да, она давно уже поняла, что эти "монетки" не просто монетки, и убедилась в этом, прочитала мои письма тебе, те, которые отправила в прошлый раз. У нас с ней по этому поводу был серьёзный разговор. Кори была трудным ребёнком, а стала трудным подростком. Трудным в том плане, что не слушается взрослых. А кого ей слушаться? Я ей не мать. Мы с ней друзья. И вот в этом я уверена. Она хороший друг, не подведёт. Так что могу поручиться, она никому не разболтает о том, что узнала. Когда я рассказала ей нашу историю, её это ничуть не шокировало, не удивило. Подумаешь, параллельный мир, такая же реальность, как магазин на соседней улице. Видимо, для подростков верить в параллельные миры более естественно, чем не верить в них. Кир, прочитав твоё последнее письмо, мне захотелось написать тебе снова. Раз ты пишешь мне, значит, тебе это нужно. Здесь, наверное, вместо точки следует поставить знак вопроса. Я читаю про Бритни и у меня сердце сжимается. Очень-очень жаль её. Да, она выдаёт желаемое за действительное, я представляю как для тебя это тяжело, но для неё это естественно, раз культура и мышление такие у лунарцев. Она делает это, потому что любит тебя. Ты её муж. Какая ирония, до всей этой истории, когда мы с тобой только мечтали об открытии, ты не замечал меня, все говорили, что ты женат на своей работе. И вот судьба сложилась так, что теперь ты и правда женат на своей работе. Ведь именно работа привела тебя в параллельный мир, и всё там так устроилось, что ты женился по воле этого иного мира. Если бы мы не открыли портал... ты до сих пор не замечал бы меня. Всё было бы также, ты был бы женат на своей работе. Но теперь у тебя есть ребёнок, Бритни подарила тебе дочку. Это так прекрасно. Благодаря случившемуся у тебя есть семья, а у меня есть сказочные воспоминании о нашей с тобой Франции, о нашем Китае и нашем Египте. Мы получили больше, чем имели. И выбора у нас нет. Переиграть не получится, мы пытались и уже знаем, к чему это приведёт. Нам придётся стать счастливыми с тем, что мы имеем.
Забегая вперёд, скажу, что я теперь тоже замужем. Кори живёт со мной, мне удалось её удочерить. Конечно, она не зовёт меня мамой. Она уже большая девочка. Девушка.
Мы с ней стали очень близкими подругами. И муж у меня хороший, понимающий.
Но обо всём по порядку. Рассказывать много, боюсь утомить тебя слишком долгим письмом, поэтому опишу сначала только часть. Я тогда ещё не была замужем, а Кори ещё не исполнилось и десяти лет.
Как ты уже знаешь, твои лунарцы заняли меня работой. Работа несложная, а платят более чем хорошо. Вернувшись из Шам ле Сим я очень быстро смогла превратить свой маленький домик в задуманное. Зачем строить по периметру забор, защищающий сад от вредителей в лице лошадей, детей и прочих, если с ролью забора могут прекрасно справиться стены дома. Обычно дом строят в середине участка. Я решила поступить наоборот - построила дом вокруг участка. Как приятно было после утомительной дороги, в ненастье, холодным дождливым осенним вечером оказаться под его крышей.
Теперь у меня появилась не только отдельная комната для ребёнка, но и гостиная, ещё одна кухня, кабинет, комната для гостей и даже спортивный зал с бассейном. Конечно, оборудовала я всё это не сразу, но самое необходимое было.
Инспекция из службы опеки осталась довольна, мне позволили оформить постоянную опеку, Кори наконец-то стала жить со мной. Государство даже освободило меня от налога на имущество в связи с установлением опеки над ребёнком. Я этого не просила, но и отказываться от положенной льготы не стала.
В первое время Кори поверить не могла, что всё это теперь её. - Здесь столько места! - восклицала она. - Это правда-правда моя комната? Здесь у меня будут лежать книжки, здесь альбомы, здесь будет жить хомячок, здесь... - Хомячок? Какой хомячок? - удивляюсь я. От питомцев дома столько грязи, я не планировала заводить хомячка. - Беленький, - уверенно отвечает девочка. - Или рыженький. Или шиншилла. А может быть лучше уж? Лидия, ты любишь змей? Я обожаю! Можно ведь мы заведём мне зверушку?
- Мы непременно подумаем об этом. Если бы я только знала, сколько зверушек окажется у нас в доме в ближайшем будущем...
Я была счастлива. Не смотря на то, что Кори оказалась страшно неряшливой, мне приходилось всё время подбирать за ней вещи, напоминать, чтобы мыла руки после улицы и перед едой. Впрочем, почему приходилось, и сейчас приходится. Но я всё равно счастлива, что мы с ней появились друг у друга. Я рассказывала ей сказки на ночь, в том числе про Солнце и Луну.
Утром мы завтракали вместе.
Потом я отправляла её в школу. Кори училась слабовато. Раньше, до переезда ко мне, ей было не до оценок, да и теперь учёба не особенно её привлекала. С учителями она не ладила, друзей у неё было немного.
Но самое печальное, что она стала часто болеть. Приходилось пропускать школу. К нам сразу приезжали из органов опеки, проверяли, давали бесполезные рекомендации. А в больнице лечить нас отказались. Когда в первый раз у девочки поднялась высокая температура, я очень беспокоилась.
Позвонила в больницу, хотела вызвать врача на дом. Но когда назвала своё имя и имя Кори, женщина на том конце провода ответила, что у Кори нет медицинской страховки, поэтому врач не приедет. Как так нет страховки? Страховка была. Все документы были в порядке. Но по телефону со мной общаться отказались. Я поехала в больницу, повезла документы, оставив дома ребёнка с высокой температурой одного. Что я чувствовала в тот момент, я даже описывать не стану. В регистратуре страховку Кори не приняли, сказали, что в базе нет такого регистрационного номера. Какой номер, какая база, когда ребёнок болен! Я готова была устроить скандал, хотя очень не люблю, да и не умею этого делать. "Это всё из-за Берта Альто, - стучало молоточком у меня в голове. - Надо позвонить Рене Вандербургу, он мне поможет". Была ночь, но я уже собралась звонить, как вдруг меня в сторонку отвела зеленокожая девушка в белом халате. - Послушайте, - сказала она. - Мать вашей девочки умерла в этой больнице, потому что её организм получив безвредную для обычного человека дозу спирта с лекарством, перестал вырабатывать собственный алкоголь. У Кори обычный цвет кожи, но кто знает, что передалось ей по наследству от матери. Проблема эта ещё не изучена. Если вы будете настаивать, мы примем ребёнка, установим диагноз и будем лечить обычными методами, но неизвестно к чему они приведут в вашем случае. - И что же мне делать? Не лечить совсем? - В Хидден Спрингс есть одна знахарка, живёт на окраине города, кстати, как раз рядом с вами. Зовут её Эммалина Рен. Она немного не в себе, но это удивительный человек. В последнее время она перестала лечить людей, но возможно для вас сделает исключение. У этой женщины тоже зелёный цвет кожи, она знает вашу проблему. Только ночью к ней идти бесполезно, она считает, что благие дела нужно делать только при свете дня, а ночь для тёмных дел.
Я никогда не доверяла всяким знахаркам, травницам и прочим колдуньям, привыкла доверять людям, получившим образование в соответствующей сфере, специалистам. Но что мне оставалось делать в этой ситуации? Я вернулась домой и до утра просидела у постели больного ребёнка. Кори спала беспокойно, но похоже не заметила, что я уходила. Утром я пошла по адресу, который мне дала девушка из больницы. В этот день над городом раскинулась необычайно яркая радуга.
Эммалина ждала меня на пороге.
Впрочем, возможно, она не меня ждала, а просто вышла подышать воздухом. Но она встретила меня так, как будто ждала. Я принялась объяснять ей для чего пришла, в ответ она поморщилась и стала говорить что-то, что я не могу процитировать, в её словах я не могла уловить смысла. И мне стало страшно доверять здоровье девочки этой безумной женщине. После своей странной речи она сказала: - Я помогу. Но за это ты должна будешь тоже помогать людям. У тебя доброе сердце, я научу тебя. Подожди здесь.
Я осталась на крыльце, Эммалина скрылась в доме, но скоро вышла и передала мне коробочку.
- Чтобы ребёнок не болел, надо иммунитет укреплять, - сказала она, и я сразу прониклась доверием к ней. - Лучше предотвращать болезнь, чем лечить её. У каждой болезни есть причины, чтобы не болеть, надо не допускать причин. Если лечишь, то мешаешь человеку услышать сигнал о том, что он делает что-то неправильное. К сожалению, иногда причины болезней детей кроются в поведении родителей. Бывает, что вмешательство всё же необходимо, человеку надо помочь справиться с болезнью. В этом случае помни, что ответственность за причину болезни ты берёшь на себя. Здесь, - она стукнула крючковатым пальцем по коробочке, - книга и лекарство, которое снимет боль. Но если не устранить причину, болезнь вернётся. Тебе придётся самой разобраться с этим. Ты сможешь, я это вижу. Но никому, никогда не показывай эту книгу, иначе сила уйдёт. Когда время твоё закончится, передай эту книгу следующей, как я передаю её тебе сейчас. Всё. Иди.
У меня голова пошла кругом от всех этих слов. Какая сила, какая книга? Ох, бабушка, не ошиблась ли ты с выбором? Но мне главное было вылечить Кори.
Лекарство помогло.
Но как и сказала бабушка, помогло ненадолго. Через месяц Кори снова заболела, снова пропускала школу, а нового лекарства Эммалина не дала, сказала, что теперь всё в моих руках. Пришлось читать загадочную книгу.
А начав её читать, я поняла, что читать её надо в уединении. Не спрашивай меня, как я это поняла. Одно могу сказать, либо я тоже стала безумной, либо слова Эммалины о передаче с этой книгой силы были не лишены смысла.
За кабинетом я оборудовала тайную комнату, вход в неё замаскирован под книжный стеллаж. Книга, эта и ещё несколько, которые я раздобыла по списку из первой книги, теперь хранятся там.
Но на изучение всего этого материала необходимо время, а с болезнями надо было что-то делать прямо сейчас. Иммунитет укреплять, отличный совет! Я знаю один верный способ - съездить к морю. Заполнила кучу бумажек и заявлений, перевела ребёнка на экстернат, чтобы получить разрешение в органах опеки и в школе на поездку. Пригодились все собранные мною ранее документы. И вот, из заснеженного хмурого Хидден Спрингс мы летим в жаркую Аль-Симару.
О том путешествии мне есть, что рассказать. Я там чуть не погибла удивительной смертью, но всё закончилось хорошо, даже более чем. Я в следующий раз тебе об этом напишу. Надеюсь, мои письма не ранят Бритни. Если ранят, напиши мне и мы прекратим эту переписку. Но мне хотелось бы узнать побольше о Лунаре, о твоей семье, особенно о дочке. Напиши мне об Эмбер, пожалуйста. Будь счастлив, Кир. Нам с тобой очень повезло, что ты остался жив. Ты правильно написал, что не имеешь права пренебрегать этим драгоценным подарком. У тебя есть всё, чтобы стать счастливым.
Жду ответное письмо. Лидия.
баллы: 4,75 + 0,25 за подругу Эммалину Рен (всего друзей 5) = 5,0
Время все расставляет по своим местам, не правда ли? Порой мне кажется, что ты мой талисман, мудрая книга, в которой найдутся ответы на вопросы. Ты вела меня к успеху в институте, и сейчас продолжаешь направлять. Кори превратилась в настоящую красавицу, не могу представить, что и Эмбер когда-нибудь вырастет и станет своевольным подростком. Характер она уже показывает, бурно реагирует на все, что происходит вокруг. Бритни не каждый раз справляется, особенно в людных местах, благо, дочь легко отвлекается. У тебя теперь есть собственная башня с крепкими стенами, надеюсь, этот дом защитит тебя от невзгод. Мы недавно полностью восстановили дом после пожара. Горело так, что я боялся остаться без всего. В доме много стекол, почти все полопались. Пригласили специально консультанта от пожарной части, чтобы обработали дом антипожарной пропиткой и проверили проводку. Но если у нас случится еще пожар, я подумаю о переезде, очень уж не веселые эти шутки с огнем.
Все чаще перед сном мы с Бритни подолгу беседуем. Мне было весьма интересно, как девушки соглашаются на замужество вслепую. - Это престижно. В уме не укладывается, но я многое разузнал. Это целая программа, в которую не так просто попасть. Девушки не просто добровольно подают свои анкеты на подобные сделки, они проходят жесткую конкурсную систему.
- Это как… как…Вот чего хотят больше всего ваши земные девушки? – во время объяснения спросила Бритни. - Не знаю, может, стать принцессами, - вот над чем никогда не задумывался. И мне пришлось объяснять, кто такие принцессы и почему они ждут своих принцев. - Я изучала иные миры, о Земле у нас мало сведений в свободной доступе, но мне всегда нравился этот мир. Поэтому, когда появился ты, я пристально наблюдала. И когда ты попал в программу, я первая заявилась. - Но ты меня даже не знала. - Не знал себя и ты. На Лунаре браки заключаются по договору, к этому приходится привыкать. Но я заметил, что Бритни с удовольствием слушает мои земные сказки, когда я рассказываю их Эмбер. Когда дочь засыпает, Бритни просит продолжения историй.
- Наши сказки совершенно не похожи на эти, которые ты рассказываешь. И тогда я подумал, что должен пригласить жену на свидание, первое в нашей жизни. Заказал столик в ресторане и договорился, что мы с Бритни встретимся после моего рабочего дня. Когда я пришел, Бритни уже ждала, заинтригованная.
Честно говоря, я не был искушенным в подобных мероприятиях, но я помнил, что цветы обязательны для подобных случаев. Однако, это было не все. Наш столик был на открытой террасе, и все было припорошено снегом. Горячие блюда и свечи в снегу, специфическая атмосфера, но весьма романтичная. - Знаешь, когда наши мужчины делают предложения девушкам, которых любят, они присаживаются на одно колено, - начал я, - а потом просят руки. Я протянул Бритни коробочку с кольцом, она немного оторопела. На нас уже оглядывались за соседними столиками, и внутри помещения – люди подходили к окнам, для них это все было в новинку.
- У нас не было настоящей свадьбы, с торжеством и гостями. Поэтому, я хочу официально, в здравом уме и памяти просить: Бритни, ты выйдешь за меня?
Ты права, Лидия. Мы должны разменять свои билеты счастья без сожалений. Ты удивительная и я всегда буду рад считаться твоим другом, а ты навсегда останешься для меня особенной.
Глядя на Эмбер, я думаю, как в детстве родители представляли наше будущее? Вот думаешь, она сейчас подрастет, сделает свои первые шаги. Эмбер, кстати, сделала. Только чудо удержало меня не бежать с этим известием в городскую газету.
Бритни всегда веселит моя реакция на достижения дочери. Это так удивительно смотреть на кого-то и находить в нем свои черты. Что ж, мне остается лишь ждать от тебя вестей. Твои письма часть меня, надеюсь, что ты в безопасности.
Из далекого Лунара Кир.
Баллы: 9,75 Штраф: 1 (переезд первым поколением на участок меньшего размера)
Поздравляю вас с Бритни с бракосочетанием. Странное немного поздравление, вы ведь давно женаты по обычаям Лунара. Но теперь... теперь ты женат уже не на своей работе, а на красивой женщине. Рада за вас обоих и особенно за Эмбер. Лунарцы, конечно, отличаются от нас, но думаю, в любом мире ребёнку счастливее будет жить в семье, где мама и папа любят друг друга. Твоё письмо воодушевило меня на один важный шаг... Но об этом я напишу тогда, когда сделаю этот шаг. Если решусь. А пока, я обещала рассказать тебе о наших с Кори приключениях в Египте. Сейчас, по прошествии лет, забавно всё это вспоминать. Мы никому об этом не можем рассказать, только друг другу. И вот теперь ещё тебе.
Началось всё с того, что приехали мы с ней на пустой участок. Как я, обычно внимательная до скрупулёзности, могла забыть о такой мелочи, как дом, ума не приложу. В последнее время в моей жизни было столько строительства - во Франции, в Хидден Спрингс, столько хлопот и затрат с этим связанных, что мне казалось, будто дома у меня построены везде, где я оформляла документы на выезд Кори, то есть, в Шанг-Симле, в Шам ле Сим и в Аль-Симаре. А самое печальное, что у меня было недостаточно денег для строительства дома. И что делать? Гостиницы нормальной здесь нет. Жить в палатке можно разве что пару дней. А мы ведь приехали сюда с намерением остаться надолго, по меньшей мере на год. Я не написала тебе в предыдущем письме, у меня была ещё одна причина для этой поездки, не только морской климат, который, как мы надеялись, укрепит здоровье Кори, но и работа. Меня настойчиво попросили приехать в Аль-Симару твои лунарцы. Вот на них я теперь и надеялась. Как оказалось не зря. Я позвонила Фахаду и сообщила, что приехала, с ребёнком. Он назвал адрес, куда подойти. Через полчаса мы были на месте. Фахад познакомил нас с семьёй Рашид, представил, как своих дорогих друзей. Глава семьи оказался хозяином местной строительной компании. Мне дали каталоги, я выбрала проект, сразу здесь же выбрала мебель. Проблема была в том, что у меня оказалось недостаточно денег для аванса, но к моему удивлению подрядчик согласился на двадцать процентов вместо обычных пятидесяти и сделку заключили. Дом пообещали построить в течение недели и сдать под ключ. Мне предстояло за неделю найти деньги. Шади - хозяйка дома - предложила пока пожить у них. Я удивилась, но когда мужчины увлеклись беседой друг с другом, она отвела меня в сторону и сообщила, что она уроженка Лунара и один из моих работодателей. Именно поэтому Фахад привёл нас сюда. С домом получилось просто удачное совпадение. Так я познакомилась с ещё одним наблюдателем и узнала, что Аль-Симаре досталось больше всего пространственных искажений после нашего с тобой удачного эксперимента с ключом из реликвий. Здесь стало открываться много ранее закрытых переходов. Мне предстояло проверить часть объектов, где могли быть эти переходы.
Занималась я этим ночью, пока Кори спала. Я сама могу долго обходиться без сна благодаря всё тем же лунарским технологиям. В первом же объекте мне посчастливилось (или не посчастливилось) найти открытый переход. Мало того, как раз в тот момент, когда я стала его проверять, из него вышел поражённый, а следом за ним ещё один. Как я испугалась, не передать. Теперь я знаю, что значит выражение "сердце в пятки ушло".
К счастью, я успела сообщить о найденном переходе и мне быстро пришли на помощь Фахад и ещё одна женщина, Фатима, с которой я познакомилась позже. Я ушла цела и невредима, а что стало с этими несчастными, не знаю. Но говорят, что спасти их невозможно, они могут жить только между мирами, вне времени, вне пространства. Радиация любого мира для них смертельна, но и то существование без мира, которое для них возможно, трудно назвать жизнью. Им можно только посочувствовать. Они как безумцы цепляются за любой мир, в котором оказываются, в надежде обрести пространство для жизни. За работу меня очень хорошо вознаградили, теперь было чем платить подрядчику.
Пару дней мы с Кори всё же прожили на нашем участке в палатке. Ей хотелось походных приключений, а мне не хотелось стеснять людей. Утром и вечером, когда было не жарко, я заставляла Кори заниматься. По возвращению домой ей придётся сдавать экзамены по всем предметам программы. А она и раньше училась не особенно хорошо. Я подавала ей пример и тоже читала книжки, изучала с ней литературу и математику. Я должна вспомнить всё это, чтобы суметь помочь ей с уроками. Правда, чаще всего моими учебниками оказывались рецепты новых блюд. После всего, что пережила Кори, мне хотелось баловать мою девочку вкусной домашней едой.
Днём мы с ней гуляли, осматривали местные достопримечательности. Но местная живность привлекала Кори куда больше, чем пирамиды и вся остальная архитектура и растительность вместе взятые. Детишки все любят животных, но для неё это оказалась настоящая страсть. Она выискивала и ловила грызунов, ящериц, черепах и даже птиц с удивительным азартом. - Я буду как Алиса из мультика, только она искала редких животных для своего зоопарка на других планетах, а я найду на нашей, - вдохновенно произносила она, прижимая к груди очередную зверушку.
Большинство животных мы просто отпускали на волю. Но некоторые оказывались явно домашними, тогда приходилось искать их хозяев. За возврат одной птицы хозяин нам даже заплатил.
Дом нам построили быстро, как и обещали. Небольшой, простой как большинство местных домов.
Но как же уютно было в жару прийти под его крышу, переодеться, принять душ, приготовить обед, отдохнуть, почитать книжку. Кори не пугала жара, она готова была круглые сутки проводить на улице. - Надень шляпку! - приходилось напоминать, - а то голову напечёт.
Наденет, будто одолжение мне сделает, и бежит играть со своими питомцами.
Нам пришлось купить террариумы, потому что некоторых зверушек Кори наотрез отказалась выпускать. Как я не убеждала её, что на воле им будет лучше, она прижимала их к себе, гладила и со слезами на глазах умоляла меня позволить их оставить. Вот как можно было отказать? Меня больше всего беспокоило, как мы их в Хидден Спрингс повезём. Но я надеялась, что к тому времени Кори с ними уже наиграется, и мы их выпустим здесь. Мне удавалось уговорить её не неволить только птиц. Птиц мы всегда отпускали или возвращали хозяевам, если было понятно, что птица ручная.
Но с одной птицей девочка моя никак не пожелала расстаться. Маленькая лазурная птичка. У неё было повреждено крыло и она не могла летать. Кори легко поймала её. Пришлось купить для птички клетку и лечить пернатого друга. Мне жалко видеть зверей в клетках. Но счастливые глаза ребёнка, слова: "Сбылась моя мечта, которая, я думала, никогда не сбудется", - наверное, стоят того. Я надеюсь, Кори перерастёт этот период, когда кажется, что если тебе хорошо с кем-то, то и ему хорошо с тобой. Я думаю, позже, когда повзрослеет, она сама выпустит своих зверушек. Но пока она уверена, что лучшей жизни, чем в её руках, они не найдут нигде. Пока она счастлива, да и о зверушках заботится хорошо.
Мы прожили этот год в Египте очень славно и интересно. Гуляли, купались в море, рыбачили. Кори увлеклась рыбалкой. Вставала чуть свет и бежала на речку, на берегу которой стоит наш дом.
Я иногда составляла ей компанию, но чаще занималась домашними делами: готовила, прибиралась, чистила террариумы и клетки с животными. Читала книги по садоводству,
и книги рецептов.
Мне нравился наш домик, нравилось наслаждаться спокойствием и прохладой, обитавшими здесь. Казалось, ничего плохого случиться не может, пока вокруг меня эти стены. Но приходилось их покидать. Работала я не так уж часто. После того происшествия почти все объекты, которые я проверяла были чистыми, в смысле, переходы там были закрыты, тревога оказывалась ложной. Кори пару раз просыпалась и не обнаруживала меня дома. Я объясняла, что ходила на рынок что-то купить или продать. Иногда это было правдой. Помощь моя лунарцам требовалась нечасто. Обычно они успевали сами за всем следить. В Аль-Симаре живёт несколько наблюдателей. Но иногда им не хватало рук. Кори долго не знала, чем я занимаюсь, до того самого происшествия, о котором я обещаю рассказать уже второе письмо. Так вот, однажды меня попросили проверить один объект. Мне это было уже не впервой, поэтому я особо не волновалась. Сначала всё шло прекрасно. Место было великолепным. Я ходила по залам, любовалась их красотой.
Сняла печать, замаскированную под валун, с коридора, ведущего к переходу. Подошла, стала проверять, переход оказался открытым. Я нажала кнопку вызова на приборе, которую нажимала всегда в таких случаях, и собиралась уходить, но в этот момент из перехода вышел поражённый. Второй раз я видела это и испугалась снова не на шутку. Они медленно двигаются, плохо ориентируются в пространстве, я была уверена, что уйду... но он вцепился в меня своими руками. Он что-то говорил, я не понимала его речи. Дрожа кажой клеточкой тела, я отцепляла от себя его пальцы, но он не хотел отпускать, словно я была спасательным кругом, последней соломинкой, за которую можно ухватиться, чтобы остаться в живых. Для него, наверное, так и было на самом деле. Но он слабел. И вскоре сам отпустил. Мне в тот момент даже жалко его не было, так было страшно за себя.
Я вырвалась и побежала оттуда. На выходе из катакомб встретилась с Фахадом, который спешил по моему вызову закрыть переход. - Ты в порядке? - остановил он меня, схватив за руку. От его прикосновения я вздрогнула и меня стало тошнить. От пережитого ужаса, как я решила в тот момент. Ответить я не смогла, только руку отдёрнула. - Иди домой, сегодня тебя навестит кто-нибудь из наших, - сказал он и пошёл дальше. Я даже не смогла предупредить, что там поражённый. Но с Фахадом ничего плохого не случилось, с Фахадом мы видись после. А что стало с тем несчастным, я так и не знаю. Я не знаю, что с ними делают, обрекают на мучительную смерть, оставляя в этом мире, убивают быстро или отправляют обратно, в пространство между мирами, чтобы они могли продолжить своё странное существование без жизни и без смерти. Не знаю, что гуманные лунарцы выбирают в этом случае. Я спрашивала, но мне ответили, что лучше мне не знать того, что знать не надо.
Вечером меня навестила Фатима. Именно она оправляла меня на этот объект. Она сочувственно выслушала мой рассказ, вздохнула, улыбнулась, пожелала здоровья и удачи, сказала, что всё будет хорошо и ушла. Меня насторожило тогда это "всё будет хорошо", потому что до того я не сомневалась, что всё будет хорошо, меня пугало то, что было. Но после её слов у меня появилось беспокойство. На работу меня больше не отправляли. Я занималась с Кори, ухаживала за домом и садом. Но с каждым днём мне становилось всё хуже. Стала часто кружиться голова, глаза не могли терпеть дневное солнце. Я вспомнила тебя. Со мной стало происходить то же самое, что было с тобой в нашем мире после Лунара. Кори начала беспокоиться. - Лидия, ты не заболела? - волновалась она. - Пожалуйста, не болей. Я очень боюсь, что ты можешь заболеть. Пожалуйста. Представляю как ей было страшно остаться без поддержки единственного взрослого в её жизни. Я пообещала, что ничего со мной не случится, что я всегда буду с ней рядом, всегда буду помогать.
Но мне становилось всё хуже. Лунарцы знали об этом, поэтому я не видела смысла спрашивать их, что со мной и что делать. Но больше идти было всё равно некуда. О больнице я думала, но... во-первых, в Аль-Симаре нет больницы, а функции фельдшера выполняет Фахад, во-вторых, что бы я сказала в той больнице? Могла, конечно, сказать, будто не знаю, что со мной, но боялась, что обнаружив нечто новое и неизвестное меня или на опыты разберут, или начнётся ненужная шумиха. Я не хочу выдавать лунарцев, раз они сами этого не хотят. Фахад сам пришёл ко мне. - Мы надеялись, что твой организм справится, - сказал он. - Но дальше ждать уже опасно. Мы не можем позволить, чтобы по нашей вине пострадал земной человек, тем более молодая женщина, которая отвечает за жизнь ребёнка. Я не буду объяснять тебе всего. То, что тебе предстоит и так за пределами дозволенного. Но это единственный способ, поэтому мы приняли решение позволить тебе перешагнуть за грань, чтобы спасти жизнь. Он дал мне инструкции, куда пойти, что сделать. Пойти я должна была к Сфинксу. Там, внутри находится основной стержень, на котором держится жизнь лунарцев в нашем мире. Мне предстояло пройти внутрь к центральному порталу, по лабиринту. Одна ошибка могла стоить жизни, но Фахад дал мне подробную инструкцию. Внутри мне предстояло взять драгоценный камень внеземного происхождения и активировать портал, но не переходить, а остаться на месте так долго, пока не почувствую, что здорова и можно уходить. - За Кори присмотрит Фатима, не волнуйся, - добавил мужчина. - Мы скажем ей, что ты поехала в соседний город, в больницу.
Ночью, потому что дневной свет меня убивал, я пошла к Сфинксу. Возле Сфинкса мне сделалось плохо, я села на песок и тут произошло нечто, что добавило мне сил.
Небо стало красным, а Сфинкс окутался золотым туманом. Скорее всего это были галлюцинации, моя болезнь так прогрессировала, но вдохнув этого тумана мне стало легче, я встала на ноги и пошла внутрь. До сих пор не знаю, привиделось мне это и было на самом деле. Я шла чётко следуя инструкции, долго, наверное, всю ночь, а может быть и половину дня.
И вдруг услышала за собой шаги, за мной бежала Кори. Сомнений быть не могло, её шаги я узнаю из тысячи. Но как это возможно? Как она догадалась, что я здесь? - Подожди, Лидия! - кричала она, - подожди меня! Не оставляй! Ты же обещала! Я развернулась и пошла ей навстречу. Она подбежала ко мне и обняла. - Я не брошу тебя, - сказали мы хором и засмеялись. Как она поняла, что я здесь, как нашла меня, она мне так и не сказала. Но на все мои заверения, что я скоро вернусь, и просьбы идти домой, мотала головой и говорила, что пойдёт со мной куда угодно. А впереди ждал тот самый смертельно-опасный лабиринт. Но Кори очень упряма. Пришлось дальше идти вместе.
И внутри, возле центрального портала, мы тоже оказались вместе. Кир, я не могу описать того, что там было. Это было... чудесно.
Я чувствовала как каждая клеточка моего тела наливается живительной силой. С силой приходит лёгкость, и здоровье. С лёгкостью приходит умиротворение и удивительное ощущение чистоты. Не знаю, сколько времени это длилось. Наступил момент, когда я почувствовала, что всё, пора вставать на ноги и идти жить дальше. Я как будто помолодела лет на десять. - Кори, как ты, девочка моя? - подошла я к ней. - Фантастически, - выдохнула она. - Никогда не прощу тебе, что ты не хотела меня сюда брать.
Я потом ещё долго оправдывалась перед ней. Она догадалась, что всё это связано с параллельным миром. Впрочем, она себе это придумала и просто угадала. Я не стала отрицать, как не отрицаю существование Деда Мороза. Сразу после нашего возвращения Фатима предложила мне встретиться. Она поздравила меня с выздоровлением, напомнила, что никому нельзя рассказывать о произошедшем, особенно о том, что было в Сфинксе. Про Кори сказала, что знание её не страшно, даже если разболтает, ребёнку всё равно никто не поверит. Ещё она сказала, что после такого очищения мои клетки прошли регенерацию, исчезли все возрастные изменения. Так что я, оказывается, на самом деле помолодела. И после всего Фатима преподнесла мне ценнейший подарок. - За всё то, что тебе пришлось пережить и то, что поможет тебе в будущем прими этот дар, - сказала она и протянула мне Слезу Гора, а также передала деньги за работу.
После этого мы с Кори стали жить спокойной жизнью. Ходили по достопримечательностям. Я делала интересные фотографии. Надо держать марку. Я не говорила тебе, что стала признанным фотографом в Хидден Спрингс?
Рисовали.
Учили уроки.
Купались в море.
Я даже работала иногда, но ничего особенного больше не было. Хотя... нет, кое-то что было. Очень особенное, но я не знаю, стоит ли рассказывать об этом. Да и наверное я уже утомила тебя историями о своих приключениях.
Мои ожидания, что девочка охладеет к зверушкам, не оправдались. Всех своих питомцев Кори собралась взять с собой в Хидден Спрингс. Птичка к тому времени уже выздоровела, и мне было больно видеть её в клетке. Тогда я рассказала Кори сказку о маленькой синей птичке, у которой есть птенчик. Однажды эта птичка полетела добывать пропитание для малыша, но её поймал дикий кот. Птичка вырвалась, но повредила крыло. А потом добрая девочка подобрала её и вылечила. Но всё это время птенец ждал возвращения птички и очень волновался. Он был совсем один и не мог понять, почему птичка, которая всегда кормила его и защищала, вдруг оставила его одного. Он не знал, что птичка не может вырваться из клетки.
- Давай отпустим её, - сказала Кори. - Давай. Она открыла дверцу, достала птичку, что-то долго шептала ей, а потом отпустила в небо.
Птичка улетела - Мам, как думаешь, она полетела к своему малышу? - вдруг спросила Кори. Я растерялась, не зная, что ответить, а она спохватилась. - Ой, прости. Лидия. - Ну что ты, всё хорошо.
Так закончился наш год проживания в солнечной Аль-Симаре.
Жду твоего письма. Лидия.
баллы: 5 + 1 за исполнение мечты жизни Кори (зоолог) + 0,5 за достижение Лидией вершины предпринимательства (фотограф) = 6,5
Лидия на самом деле сбросила возраст, но, конечно, не благодаря Умиротворяющей статуе, а из-за глюка с уголком стилиста.
При чтении твоих писем, одно меня утешает – твое замечание про "прошествии лет", значит, уже в безопасности. С другой стороны, где мои гарантии, что в это время ты не спешишь навстречу новым приключениям? Есть ли хоть какая-то надежда, что тот человек, что сейчас с тобой рядом, хоть немного сдерживает тебя от твоей же храбрости? Мне бы хотелось в это верить. Моя встреча с пораженными, кажется, была две жизни назад, но даже сейчас помню тот ужас, который охватил меня в тот момент. И эта болезнь. Словно, идем по следам друг друга. Но я рад, что лунарцы нашли исцеление, что не выжгли из тебя земного. Сейчас-то я больше в вопросе разбираюсь, работа обязывает. Да и чтобы могло заинтересовать меня больше при моих обстоятельствах? В институте и не подозревают, что я капаю глубже, чем написано в моих отчетах. Домашняя лаборатория – благо. А теперь мне дали доступ к генетическим разработкам. Слышала бы ты их семинары – просто иная вселенная! Хотя, тебе, наверное, это уже не столь увлекательно. И правильно.
Бритни как-то получила заказ на картину. Что примечательно – за деньги. Хотя, заказ делала Амелия, моя первая местная соседка. Я не умаляю возможностей моей супруги-невесты, пишет картины она здорово. Но вдруг, лунарцы привыкли во всем поддерживать друг друга? Я, честно говоря, порой путаюсь во всех этих кругах взаимодействия. Здесь сложно отклонить приглашению на вечеринку и не прийти без причины. После обязательно пришлют уведомление, а то и позвонят узнать, все ли живы-здоровы. Возвращаюсь к мысли: получив заказ, Бритни решила, что может заниматься живописью профессионально.
Дождалась понедельника, график работы государственных служащих в Лунаре не менее запутан, чем их связи, и оформила бумаги. Отчего-то в Лунаре очень не любят считаться любителями, стараются получить свидетельства профессиональности.
К счастью, меня сия доля миновала, спасибо месту рождения. Я с удовольствием, как профан делаю любительское вино. Опыт Франции пригодился. А самое интересное, что вина в Лунаре не знают. Иные напитки – пожалуйста. Так что у меня есть мысль, сделать хороший запас вина, провести презентацию и стать в этом деле королем.
Твой рассказ про Кори, такой пронзительный. Сейчас-то я многое понимаю. Эти минуты, когда играешь со своей дочерью. Я порой думаю, что моя мама была бы счастлива знать про Эмбер. Я так привык чувствовать себя независимым, что позабыл о том, что когда-то был таким же, как моя дочь. Зависел от своих родителей. Ждал по вечерам, когда они вернутся со своей работы. Вот вырастет Эмбер, исчезнет, что со мной будет? Такое и представить невозможно.
Особенно, когда она хвостиком бежит следом по всему дому. И начинает плакать, стоит уйти из дома. Встают-то дети рано. Вот и приходится Бритни отвлекать дочь всячески, чтобы не заметила ухода.
Зато нет шансов проспать, даже если никуда не надо. У Эмбер любимое занятие будить по утрам маму.
Ты так славно рассказываешь про отдых, хочется взять и махнуть с семьей куда-нибудь. Далеко не получится, правда. За пределы измерения, боюсь, меня не отпустят. В черном списке я. А было бы интересно посмотреть, даже в качестве туриста. Ничего, когда-нибудь Эмбер полетит в путешествие за меня. Мне же остается смотреть видеосюжеты и каналы по ТВ из далеких уголков вселенных. А пока обходимся городскими праздниками. Они веселые, людей собирается много, но все друг друга знают, словно, одна большая семья собирается по случаю. Мы с удовольствием выбрались с Эмбер на весенний фестиваль. Кажется, я понял откуда в нашей реальности взялся пасхальный кролик, который так противоречит всем канонам религии. Всей семьей искали красочные яйца, правда, «того самого» - по словам Бритни, так и не нашли.
Ну и, конечно, невозможно пропустить танцевальную площадку. Ее, по-моему, никому не удалось проигнорировать. Что ж, танец с красивой девушкой – тоже бонус.
Ты так насмешил меня про мою храбрость. Кир, я никогда в жизни не была храброй. Я ужасно боюсь, боюсь всех этих авантюр. Но какой у меня был выбор? Вернуться домой к маме, сесть ей на шею я не могла. Фотографиями много не заработаешь, а я ведь отвечала теперь не только за себя, но и за ребёнка. Но ты прав, всё это в прошлом. После тех приключений в Египте лунарцы больше не связывались со мной. Но если они попросят меня о помощи, я соглашусь. Они меня ни разу не подвели, не подведу и я. Знаешь, я сначала была очень зла на Фахада, когда поняла, что вылечить тебя можно было здесь, на Земле. Но оказалось, что нет, не было возможности. По крайней мере он так сказал. Если бы мы обратились к нему раньше, у него возникла бы моральная дилемма, вылечить тебя и оставить здесь или вернуть в Лунар. Но болезнь оказалась уже так запущена, что здесь шансов не было. Я не знаю, правда ли это, мне проще верить ему. Однако теперь... впрочем. Это уже не важно.
У тебя очаровательная дочь, я представляю как она хвостиком бегает за тобой. Так завидую тебе. Мне тоже хочется маленькую девочку. Моя то уже большая. Представляю, как это удивительно, держать на руках, видеть глаза ребёнка и узнавать в этом малыше свои черты...
Мне, конечно, интересно всё, что ты пишешь. И мне очень интересно читать о Лунаре и твоих достижениях, о том, что ты узнал об ином мире. Но это, действительно, не тот интерес, что был раньше. Раньше меня манила тайна. Возможность прикоснуться к непознанному, рассчитать, доказать теоретически существование того, о чём неведомо, это захватывало. А теперь, когда то, что мы искали, стало частью обычной моей жизни, загадок осталось много, но они больше не манят и не очаровывают. Вопросы есть, но на них не хочется искать ответы. Тут дело, наверное, в общем разочаровании, в болезненных воспоминаниях, связанных с этим открытием. В научный институт я больше не пойду, даже если меня туда позовут и предложат хорошую должность. Я теперь хожу туда разве что затем, чтобы бабочек отнести.
Исследование какое-то проводят, изучают миграцию бабочек определённых видов, для этой цели принимают у населения этих бабочек с пометкой, в каком месте она была поймана. Ещё и платят за это. Впрочем, это навряд ли тебе интересно. Не знаю, зачем пишу о такой ерунде. О Лунаре ты мне пиши. Мне интересно всё, какого цвета небо, какие закаты и рассветы, какое солнце, какие листочки на деревьях. Не потому что это часть нашего прошлого исследования, а потому, что это теперь твоё настоящее, твоя жизнь.
Кстати, про лунарскую растительность, огненные фрукты! Представляешь, мне удалось их вырастить. И даже удалось кое-кого ими удивить. Не без помощи Рено, конечно. Теперь у меня появился ещё один источник дохода.
Это сразу привлекло внимание бизнесменов к остальному моему урожаю. Мне стали поступать заказы из местных закусочных.
О чём бы ещё тебе написать?.. Наверное, я должна рассказать о том "человеке, который сейчас рядом со мной". Моя свадьба это такая ирония, удивительная игра судьбы. Впрочем, начиналось всё даже весело. Как ты помнишь, я искала себе мужа не с целью создания семьи, а с целью удочерения Кори. Задачка была та ещё. Кстати, о Кори, представляешь, когда мы вернулись в Хидден-Спрингс, она в тот же день подобрала птичку, точно такую какую мы в Египте выпустили.
- Лидия, она прилетела за мной! - кричала Кори, неся в руках перепуганную пичужку. - Она хочет жить с нами! Пожалуйста, можно мы её оставим? Я глазам своим поверить не могла. Удивительное совпадение. Конечно эта птичка теперь так и живёт с нами, у нас дома вообще целый зоопарк, кого только нет.
Так вот о поисках мужа. На мою анкету в сети ответил один парень, предложил встретиться. Нет, на самом деле отвечали многие, но как только узнавали, что мне надо не просто встречаться, а жениться, да ещё и только с целью удочерения ребёнка, как-то сразу шли на попятную. Я и в этот раз ожидала того же самого. Но Эммит оказался большим оригиналом. Он отозвался на моё письмо, предложил встретиться, причём сразу у него, да ещё и на вечеринке. Костюмированной. По случаю Хэллоуина. И представляешь, я пошла. До сих пор улыбаюсь, как вспомню нашу первую встречу. Он в костюме хот-дога, я в обычном лыжном, выдаваемом за скафандр космонавта.
- Эммит, давай сразу к делу, - сказала я после первых приветственных речей. - Мне не нужны серьёзные отношения, мне вообще никакие отношения не нужны, но мне надо замуж, чтобы ребёнка удочерить. Поэтому, если что, лучше не трать со мной время. Да, я знаю, не лучший способ найти себе мужа, но я к тому времени уже что-то так устала от всего этого. Да и начала сомневаться нужно ли мне вообще это удочерение, нам и с опекой неплохо. Ответ Эммита меня удивил: - Ух ты! Такого приключения у меня ещё не было. Можно попробовать. - В смысле? - В смысле, я согласен. Только надо решить как мы будем жить, вернее, где. Мне дорог мой дом. Тебе, насколько я знаю, дорог твой. Я не хочу переезжать к тебе. Ты ко мне переедешь? Пойдём, я покажу тебе дом. Дом у Эммита хороший. Я ходила за ним по комнатам, осматривала их и думала, что делать дальше. Я оказалась не готова к такому повороту событий.
После мы с Эммитом ещё встречались, обговаривали всё. Он познакомился с Кори, они понравились друг другу. Казалось, нет никаких препятствий, свадьбе быть, я выйду замуж. Мы пошли в органы опеки, на всякий случай проконсультироваться. И там разрушились все наши планы. Эммит младше меня, ему всего двадцать один год. У них с Кори слишком маленькая разница в возрасте, чтобы он мог стать её приёмным отцом. Расстроилась ли я? Не знаю. Всё было слишком странно, может быть и к лучшему, что не сложилось. - Давай всё равно поженимся, - предложил Эммит. - Зачем? - Просто так. - Нет. Прости. Это для меня уже как-то слишком.
Он потом ещё приходил к нам. Мы с ним лепили снеговиков, он обещался приглядывать за нами, от него я узнала, что Берт Альто расстался с Анной, потому что она стала слишком старой. Сам-то, можно подумать, молодой.
С Эммитом мы до сих пор дружим.
А потом меня вызвали в службу опеки. И предупредили, что если я не собираюсь удочерять девочку, то её могут удочерить другие люди. "Или вы ждёте, когда она станет совершеннолетней и ей выдадут квартиру в собственность?" - спросили меня. Господи, зачем мне это? Меня это ужасно задело. Да и напугало, я испугалась, что Кори могут удочерить другие люди, хотя, понимаю, что вероятность была ничтожно мала. В общем, я чувствовала себя очень подавленной, когда к нам в очередной раз приехал Себастьян с проверкой.
Инспекция приезжала к нам теперь раз в три месяца. Я совсем забыла об очередном визите. И была рада гостю. Себастьян за это время уже стал таким своим. Предложила ему чаю и за чаем рассказала всё. Просто так, потому что мне надо было кому-то рассказать, а Майя не одобряла моей идеи с удочерением и с ней говорить об этом не хотелось. Пожаловалась ему на глупость этого закона, который обязывает меня выйти замуж, при этом не мешает развестись сразу после удочерения. - Намерение у законодателей было благое, - объяснял мне Себастьян, - чтобы у ребёнка появилась полная семья. Но практике, действительно, вышло как-то глупо. Мы тепло поговорили в тот вечер. А потом через несколько дней он пришёл и сделал мне предложение. То самое, руки и сердца. Вернее, в нашем случае, получается, только руки. - У тебя же девушка есть, - удивилась я. Хотя, Юнис сложно было назвать девушкой, ей давно за сорок. Тем не менее, они уже несколько лет встречались. - Хотя, - стушевалась я, анализируя ситуацию, - я ведь не собираюсь отбивать тебя у неё. Встречайтесь и дальше. Но она же наверняка ждала, что ты позовёшь её замуж, а не кого-то другого. Боюсь, она не оценит. - Мы расстались. Не переживай об этом. - Надеюсь, не из-за меня? - Конечно, нет.
Но Сама Юнис, похоже, думала иначе. У меня появилось одним врагом больше.
Про нашу предстоящую свадьбу, подозреваю стараниями Юнис, начал шушукаться весь город. Я не думала, что это вызовет такой резонанс. Ведь сама не придавала этому событию особого значения. Мне же просто для галочки нужен был этот брак. Мне не нужен был Себастьян, мне нужна была Кори. И Себастьян это понимал. Почему этого не захотели понять остальные: Юнис, Катарина и Рено? Мой лучший друг, Рено Вандербург, он не осуждал меня прямо, но я видела, что его отношение ко мне изменилось. Не потому, что он не хотел такую невестку, а потому, что понимал, невесткой ему я становиться не собираюсь, как и не собираюсь становиться женой его пасынку. Себастьян не родной его сын, он сын Катарины от первого брака. Но Рено относится к детям Катарины как к родным, хотя и без взаимности. Они с Катариной мечтают о внуках, поэтому и не рады нашей предстоящей свадьбе, понимают, что брак по сути фиктивный. Но я не понимаю в чём проблема. Не навсегда же я за него замуж выхожу. Будут у них ещё внуки. Пусть я не понимала причину переживаний старших Вандербургов, мне было очень больно от того, что из-за меня страдает Рено. Человек, который так меня выручил, столько раз помогал, теперь несчастен по моей вине. Я чувствовала себя неблагодарной. Хотела из-за этого всё отменить. Но Себастьян настоял на женитьбе. - Я хорошо обдумал это решение, - сказал он. - Мне самому это надо. И тебе надо. И Кори. А остальных это всё вообще не касается.
Себастьян подарил Кори коня. Она, как и большинство девочек, мечтала о лошадке, но не думала об этом всерьёз. А мы с Себастьяном решили, почему бы и нет. Тем более, у них в отделении конной полиции как раз списали пару лошадей, правда, не понятно по какой причине По крайней мере этот конь, Ребус, молодой и здоровый, не знаю, чем он не подошёл. А может это просто Себастьян так сказал, чтобы я думала, будто конь ему достался за бесценок.
Себастьян рассказал по какой причине у него и Франчески сложные отношения с матерью и с Рено. Всё просто. Их родной отец еле сводил концы с концами. Потом появился Рено, который уже к тому времени был баснословно богат. И Катарина предпочла его. Из-за денег. После оказалось, что Рено замечательный человек, Катарина полюбила его. Но дети, особенно Франческа, долго не могли простить, тем более, что их отец после этого совсем сломался, запил и закончил свою жизнь довольно рано. - Моя мать выходила замуж за Рено по расчёту. А от меня ждёт, что я женюсь по большой любви, - говорил с усмешкой мой жених. - Я давно простил маму. Понимаю, что мой отец, действительно, был человеком слабым, не мог удержать такую сильную женщину. Но деньгами отчима я не воспользуюсь никогда. Многие удивляются, что я, самый богатый жених в городе, работаю в полиции. А я вовсе не богат. Богаты мои родители, точнее, отчим и мама. Но мне не верят, думают, что это просто блажь. Я, честно говоря устал доказывать, что сам чего-то стою. Если меня повышают в должности, коллеги шепчутся, мол, ещё бы, странно, что с такими родителями он не сразу стал начальником полиции. Во всём, что бы я ни делал, ищут подвох. Я давно уже думаю уволиться, потому что устал от всего этого, разочаровался, но не знаю, чем займусь. Не бойся, за твой счёт жить я тоже не буду. Придумаю что-нибудь.
Мы хотели тихо расписаться, но тут уступили Катарине. Она настаивала хотя бы на небольшом торжестве. Уговаривала нас подождать до лета, снять красивый парк, всё организовать и устроить скромную свадьбу персон этак на пятьсот. В итоге, на свадебный торт, праздничный ужин и платье почти белое я согласилась.
Праздничный ужин, кстати, готовила сама. Майя и Франческа мне помогали.
На свадьбе нашей было весело, как на похоронах.
Гости разбрелись по углам.
Но праздничный тортик всем понравился. Особенно Кори.
А после торта все подобрели, повеселели. Вспомнили, что у Себастьяна недавно был день рождения, который он не отмечал, стали заодно его и с днём рождения поздравлять.
В итоге разошлись в хорошем настроении. Мы дружно с моим новоявленным мужем и Кори разобрали свадебные подарки.
Только тогда, когда мы остались втроём, рассматривали подарки, я поняла, что Себастьян больше не уйдёт. По крайней мере сегодня. Как Кори воспримет нового человека в доме? У меня была цель формально выйти замуж, а о том, что это влечёт за собой переезд постороннего мужчины к нам я знала, но не обдумывала. Хотя мы заранее это обговорили, специально оборудовали для него комнату для гостей. Он спросил разрешения, установить в неё верстак.
С работы он вскоре уволился, мол, менять жизнь, так всё сразу. - Не волнуйся, у меня есть сбережения на первое время, - заверил он. Можно подумать, я волновалась. Да я готова была ему зарплату платить просто за то, что согласился стать моим мужем на таких условиях, - в крайнем случае можно будет продать машину. Но я надеюсь, что раньше придумаю как зарабатывать.
После свадьбы мы наконец-то удочерили Кори!
Самое смешное, что почти сразу после этого отменили требование, что усыновлять ребёнка может только полная семья. Теперь одинокий человек тоже имеет право на усыновление. Вот ведь. Думаю, совпадение или у Вандербурга оказалось всё же большее влияние, чем он говорил сначала? Почему же он тогда не убедил меня подождать?
Как бы там ни было, а своё четырнадцатилетие девочка отметила уже в семье.
Это был замечательный праздник. Пришли подружки Кори и наши с Себастьяном друзья. Пришла даже Эммалина, та самая странная бабулька, которая передала мне книгу... О, это отдельная история, я напишу об этом в следующий раз. Пришла Анна Менон, хотя её никто не звал. Но она, видимо, считает, что раз рассталась с Бертом, то все его недруги теперь её друзья.
Майя наконец-то порадовалась за меня, за нас с Кори.
А ещё в тот вечер мы очень тепло пообщались с Рено. Мы, это я и Себастьян.
Мы не обсуждали нашу семью, обходили скользкие темы, но в целом разговор был приятный. И с тех пор наши отношения с Рено, кажется, стали прежними. Я очень благодарна ему за понимание. А с Себастьяном... Я думала, что мы разведёмся сразу после того, как удочерим Кори. Не знаю, что его держит рядом со мной. Думаю, ему просто удобно здесь жить. И мне он тоже не мешает. Я его почти не замечаю в нашем огромном доме. Хотя его присутствие ощущается. Сантехника всегда в порядке.
Он что-то изобретает иногда у верстака. Но чаще химичит за лабораторным столом, подрабатывает криминалистом всё в той же полиции, но теперь внештатно.
Вот такой он, "тот человек, что сейчас со мной рядом".
Не знаю, сколько он ещё будет рядом, но пока у нас всё хорошо. О тебе и Лунаре он не знает. Мы храним эту тайну с Кори вдвоём.
Я часто думаю о твоей маме. Может быть сказать ей, что ты жив? Что у тебя есть семья. Просто в другом мире. Не знаю. Не представляю, как она это воспримет, поверит ли. Будет ли ей легче? Или лучше не бередить старые раны?
Жду твоего письма. Лидия.
баллы: 6,5 + 1 за 5 новых видов птиц, пойманных Кори (кардинал, каталина ара, ворон, лазурная птица, пятнистый сикам (13-е письмо)) + 0,25 за друга Эммит Престон (всего друзей 6) + 0,25 за гнома с-ГНОМО-вик Бриттертоттер = 8,0
Читаю твои письма и ощущение, словно ты притягиваешь к себе абсолютно всех: людей, животных, детей. С трудом представляю, как мы могли бы завести лошадь, а стоит вообразить, так смех разбирает. Да и края у нас – пустынная равнина, не то, что зеленый Хиден Спрингс. Надо бы поздравить тебя со значимым событием. Всегда думал, что уж я-то окажусь на твоей свадьбе, неважно в какой роли. А вон как оно выходит. В Лунаре жители не избалованы свадебными торжествами. Регистрируются либо в интернете, либо по телефону, даже официальные здания не посещают, где можно оставить свои подписи согласия. Хотя, здесь же все чипировано, попробуй, выдай себя за кого-нибудь другого. Для нас землян это кажется дикостью, а здесь традиция. Так лунарцы чувствуют себя защищенными. Стабильность – залог их успешности. Это я все к тому, что новость о нашей с Бритни свадьбы облетела городок мгновенно. Каждый с нетерпением ждал приглашения. Я объяснил Бритни про приглашения и предсвадебные традиции, и она занялась оформлением. Через институт я даже фильм о свадьбе заказал, чтобы просветить местное население.
Тут возникли свои трудности. Стало трудно скрывать, что я все вспомнил, на меня вновь обратили пристальное внимание, а я доказывал, что не опасный рецидивист. Что семья и собственное здравие – это достаточный якорь, чтобы полюбить Лунар пуще родной стороны. Я ведь и правда благодарен этой вселенной. Где бы еще заблудившийся путник нашел такую поддержку. Я написал на досуге кое-чего, отправлю тебе экземпляр. Смешно было, когда со мной связалось издательство и назначило гонорар. Труд не может остаться незамеченным. Мы обеспечиваем поддержкой всех авторов. Ей богу, я знаю случай, когда платили даже школьнице за ее сочинения. Главное, чтобы не теряли веры в себя.
В общем, для торжества я снял тот отель, где ютился первое время, как попал сюда. Бритни с упоением занималась оформлением залов, меню и прочими мелочами, о которых мы вспомнили.
Про платье, которое я не должен был видеть, я объяснил, и она отнеслась к сему факту очень серьезно. Как пришла пора для торжественного момента, я стоял и приветствовал гостей, а это практически весь город. Под конец я уже путался в словах, именах и числах.
Сейчас, когда все прошло, я готов писать научную работу, где бы изучал поведение наших гостей. Они реагировали столь эмоционально, что их волнение постепенно передавалось и нам. Гости искренне рыдали, кажется, были случаи обмороков.
Особенно прониклась духом торжественного момента Лилия Январь. Мы вместе работаем, хорошая девушка, всегда меня поддерживает в авторских проектах.
Не смотря на премьеру свадебного события, все прошло хорошо, с танцами, с поздравлениями и всеобщим весельем. Эксперимент оказался успешным. Наш пример многих вдохновил.
Правда, дивана в подарок от правительства города я не ожидал. Но совет города очень серьезно относится к любым событиям.
Недавно Бритни получила официальные бумаги из ратуши с отзывами о ее трудовой деятельности.
Правда, на портрете, который она рисовала мне в подарок на свадьбу, я получился слишком темным, практически тенью. Но с образным видением художника разве ж поспоришь?
Сам я купил видеокамеру, снимаю при возможности все, что происходит вокруг, особенно связанное с Эмбер.
Часто с дочерью ходим гулять в ближайший парк, где я пытаюсь произвести на нее впечатление.
Не думал, что способен на подобные глупости. Но, когда Эмбер кричит от восхищения, меня переполняет невероятная гордость.
Я думаю о новой книге.
Если первый проект не зарезали, надеюсь, мне разрешат мои работы сравнительного анализа. Придется вначале обговорить этот проект с серьезного вида людьми, но я надеюсь на успех.
На счет мамы. Думаю, я наберусь смелости и напишу ей все подробно. Пусть у нее будет утешение.
Баллы:
Баллы: 0,5 за портрет основателя 9,75+0,5= 10,25 Значки: Штраф: 1 (переезд первым поколением на участок меньшего размера)
Поздравляю тебя с успешным завершением эксперимента под названием свадьба! Читала и смеялась. Ты неисправим, ко всему подходишь со своей неистребимой научно-исследовательской позиции.
А насчёт того, что я всех притягиваю, так то не я, а Кори.
А я просто плыву по течению. Уже привыкла и смирилась с нашим зоопарком. Но с лошадью мы точно погорячились. Конь молодой, необъезженный оказался. Что с ним делать, мы понятия не имеем. Немного знает в этом деле толк разве что Себастьян, в детве он посещал уроки верховой езды, но было это давно. Теперь читает книжки, вспоминает, как ухаживать за лошадью.
В общем, коня мы пока только кормим, поим, чистим и выгуливаем на поводке, как собаку, и иногда выпускаем побегать.
Грешным делом думала, сбежит, но нет, всегда возвращается.
Живём мы пока всё также странно, вместе, но раздельно. Мы с Кори вдвоём, Себастьян сам по себе.
Кори ждёт начала садово-огородного сезона, читает книжки, слушает аудио уроки на эту тему даже тогда, когда на коньках катается.
Чувствую, в ней есть та же тяга к земледелию, что и у меня. А может быть просто хочет помочь. В любом случае, я ей очень благодарна за это. Вот бы ещё в школе она училась хорошо, но чего нет, того нет. Хоть на второй год не оставляют, и то мы уже рады. Не всем же быть отличниками, в конце концов. Зато она рисовать любит.
Пусть шедеврами это сложно назвать, но рисует с душой.
А ещё я научила её машину водить. Понятия не имею зачем. Она попросила, и я снова не смогла отказать. Да и пусть умеет, мало ли что может в жизни пригодиться. К тому же зимой на велосипеде, да и на лошади, по городу ездить всё таки очень холодно.
А кроме того, девочка моя, как я уже писала выше, успехами в учёбе похвастаться не может, сомневаюсь, что в ВУЗ поступит, а так хоть права будут. Девушка профессиональный водитель в наши дни не редкость и в случае с Кори я могу легко себе это представить. Характер у неё пацанский. Знал бы ты, чего мне стоит уговаривать её не стричь волосы. У неё такие красивые, хорошие волосы. Но они ей всё время мешают. Боюсь, однажды вернётся домой со стрижкой под мальчика. Но она знает, что я очень расстроюсь из-за этого, только потому, наверное, у неё до сих пор длинные космы. Водительские права Кори получила быстро, сдав экзамен с первого раза.
Помнишь, Кир, я писала тебе про странную бабушку Эммалину, которая дала мне книгу. Я сама про эту книгу в последнее время почти забыла, но забыть мне всё же не дали. Однажды, ко мне пришла женщина и попросила лекарство для её кошки. Принялась описывать, что с кошкой не так, дескать она стала, вялая, грустная, перестала ластиться, хотя видимых причин к тому нет. Я удивилась и спросила: - Но почему вы ко мне пришли? Я же не ветеринар. - Но вы же теперь знахарка, - удивилась женщина. - Постойте, или я ошиблась? Но нет, Эммалина меня точно к вам направила, - растерялась визитёрша. И тут мне стало стыдно. Я вдруг почувствовала, что могу помочь. Не сейчас, конечно, потому что сейчас я ещё не готова из-за собственного пренебрежительного отношения к этому делу, но вообще, в будущем, могу. Хотя, я всегда была сторонницей квалифицированной медицины. Но нам с Кори всё же помогли не врачи, а Эммалина. А на кого теперь рассчитывать людям, оказавшимся в аналогичной ситуации? И кошка такое же живое существо, как любое другое, тоже болеет и нуждается в помощи. Я пригласила женщину в дом, спросила про симптомы, всё записала и пообещала, что попробую подобрать лекарство. О том, что я могу навредить, в тот момент у меня даже мыслей не было. Они появились позже. Позвонила Эммалине, но та сказала, что уже передала мне всё, что должна была и теперь больше не может помочь. - Ты справишься, доверься своим силам, - сказала она напоследок. Я уже писала тебе, что в моём доме есть секретная комната, дверь в которую замаскирована под книжный шкаф? Кори знает об этой комнате, но даже ей туда нельзя заходить. Эммалина наказала, что к книге никто не должен прикасаться, кроме меня. Поэтому комната, в которой хранится эта книга, закрыта на замок сложным паролем. Представляю как ты сейчас смеёшься надо мной. Мне самой не верится, что всё это делаю я. Тем не менее, когда я открыла книгу, сначала не почувствовала ничего, кроме растерянности. Оглавления в ней не было. Как я найду здесь что-то про кошек? И есть ли здесь про кошек? И почему я? Вдруг я не помогу, а хуже сделаю? Все эти мысли вихрем носились в сознании, сокрушая остатки воли к жизни. Да-да, именно воли к жизни, я чувствовала себя так, будто от этого дела зависит моя жизнь, не смогу - жить не за чем. Я понимаю, что это глупо, но то было сильнее моего разума. Так я суетилась, стоя на месте, а потом попыталась успокоиться, переключиться мыслями на что-нибудь другое. И когда это удалось, когда я перестала думать о том, что не знаю, не умею, не смогу и вспомнила про свою гостью и её кошку, почувствовала, как женщина любит своего четвероногого друга, беспокоится, мне представилась эта кошка, и руки вдруг сами открыли книгу на странице, где как раз описывалось в чём может быть причина такого кошачьего недуга и как помочь.
Кошку мы вылечили. И я поняла, что это не последний мой пациент. Сложно передать, что я в тот момент чувствовала, и смятение от мысли, что так не должно быть, и приятное волнение от того, что я могу быть кому-то полезна, что жизнь моя не напрасна. Потому что всё остальное в жизни у меня явно не сложилось. Да, у меня есть Кори, мой смысл жизни, но я понимаю, что не исполнится ничего, о чём я мечтала. Я не продвину человечество на новую ступень развития и не создам семью с любимым человеком, не узнаю счастья материнства, что такое носить под сердцем ребёнка любимого человека. Но я всё равно могу быть счастлива от того, что буду полезна людям. Именно тогда я заметила Себастьяна и снова почувствовала к нему глубокую благодарность и свою вину по отношению к нему.
Он никогда не жаловался, но разве о такой жизни он мечтал? Если бы ему хотелось просто жить там, где тепло, светло и мухи не кусают, не уехал бы он от матери. Мне захотелось встряхнуть его, увидеть его счастливым.
- Ты знаешь, у нас во Франции есть дом, - сказала я. - Хочу съездить туда с Кори. Может быть поедешь с нами? - Зачем? Я буду вам там только мешать, - не отрываясь от книги, равнодушно заметил он. - Ну здесь же не мешаешь, - усмехнулась я и прикусила язык. Вдруг обидится... не знаю на что. - Давай съездим? Я хочу чтобы ты поехал с нами. Соглашайся, пожалуйста.
В общем, Кир, не теряй меня в ближайшее время. В Шам ле Сим порталы есть, но есть ли там такой, через который можно будет переслать тебе флешку, я не знаю. Да и твоё послание я смогу получить только здесь, когда вернусь.
Коня нашего на время поездки мы пристроили в конюшню полицейского управление. Надеюсь, там о нём хорошо позаботятся, и он не будет по нам скучать.
До свидания. Лидия.
баллы: 8,0 + 0,25 х 2 за коллекции редкостей (канопы и золотые фигурки) не добавленные раньше по причине лимита на скрины + 1 балл за 5 новых видов черепах (карликовая, колючая, западная расписная, индийская кровельная, каролинская коробчатая) + 1 балл за 5 новых видов змей (малайский крайт, подвязочный уж, радужный щитохвост, зелёный питон, поперечнополосатая королевская змея) = 10,5
Путешествие во Францию – это здорово, надеюсь лишь, что надолго не пропадешь, и не впутаешься ни во что опасное, но теперь ты не одна, не будете ведь вы с Себастьяном гулять врозь. Хотел бы я писать, что у нас здесь ничего не происходит, но случай на вечеринке на всех очень повлиял. А ведь все так хорошо шло. Я ведь писал, что беседовал на счет моей будущей книги, и мне удалось решить дело с положительным результатом.
Это очень меня порадовало, даже завтрак приготовил. Обычно готовит Лидия, а я, как всегда, вообще об еде забываю. Столько проектов в институте, едва успеваешь справляться с планами. Потерять значимость легко, стоит появиться более талантливому коллеге, а я ученик совсем иной школы, порой это мешает, приходится наверстывать.
Так что одно радует – в доме я всегда на первом месте. По крайне мере, когда в доме ЧП, Бритни первым делом звонит мне. Вот недавно у нас кран прорвало, казалось бы – перекрой воду. Но Бритни трусиха, боится сделать хуже. Как отказать такому доверию и не поспешить домой?
В середине июля выдаются самые жаркие дни, многие предприятия дают сотрудникам дополнительный отпуск. В такую жару все равно работоспособность падает. Я решил, что это хорошее время, чтобы устроить вечеринку. У нас есть бассейн, так что планировалось расставить вокруг шезлонги, сделать легкие коктейли, а вечером запустить фейерверки. Звучит неплохо, как думаешь? Собралась веселая компания, все друг над другом подшучивали.
Эмбер вначале была в центре внимания, но быстро устала. Конечно, когда каждый спросит, как тебя зовут, да сколько тебе лет – утомительные интервью. Обычно-то она с ревом ложиться днем спать, а в тот раз даже не пискнула. Ну а родители с удовольствием отдались веселью.
Бритни заправляла баром и ухаживала за гостями, в такую жару стоит следить, чтобы никого не хватил солнечный удар.
А я старался, чтобы никто не скучал. Что может быть хуже вечеринки, когда гости предоставлены сами себе? Хотя, признаться, и тут без мелких ссор не обошлось, предполагаю, что во всем виноваты коктейли. В такую-то жару.
К концу дня все разомлели. Я уединился с женой, а гости плескались в бассейне. Тогда-то беда и произошла.
Не смотря на то, что вокруг было много людей, все равно никто не заметил, как одна из девушек начала тонуть.
Может, они думали, что она дурачится, трудно сказать. Меня рядом не было, но я все время думаю, а если бы был? Удалось бы мне вовремя увидеть, спасти? Мы с Бритни услышали крики и поспешили к бассейну, кто-то уже вызвал скорую помощь. Все действовали правильно, утопшей оказали первую помощь, но она все равно погибла. Приехала специальная служба. Нам предстояло расследование.
Никто не мог предположить несчастья, и в том нет ничьей намеренной вины, только ведь все равно все будут помнить, что их подруга погибла на той вечеринке, которую устраивал Кир и Бритни Гильям.
Так что, нам всем понадобится время, чтобы прийти в себя и принять случившееся. Ты действительно помогаешь людям, Лидия, а я не смог. Не пропадай, жду твоих историй.
Кир.
Баллы:
10,25 Штраф: 1 (переезд первым поколением на участок меньшего размера)
Здравствуй, Кир. Вернулась из Франции, отыскала в ледяной воде Источника твою флешку... я не знаю, что сказать, представляю каково это, когда в твоём доме, на празднике умирает человек. Но вы с Бритни не виноваты, это несчастный случай, я уверена, что все это понимают. Конечно, земные люди долго бы ещё это обсуждали и вспоминали, но лунарцы ко многому относятся иначе. Правда, из-за того, что они другие, совсем не понятно, какой реакции от них ждать. Надеюсь, у тебя всё хорошо. Кстати, в письме ты назвал Бритни Лидией. Мне приятно, но лучше таких оговорок не допускать. =)
Сижу и полчаса уже смотрю как мигает курсор, не могу собраться с мыслями, не знаю, что писать...
Франция прекрасна, отдохнули мы очень хорошо. Хотя, поначалу мне было тяжело. Себастьян раздражал меня своим присутствием, потому что напоминал о том времени, когда я была здесь с тобой... В общем, я чувствовала, что всё ужасно неправильно и сто раз пожалела, что позвала его. Правда, надо отдать ему должное, он по-прежнему не навязывал мне свою компанию, но здесь, в Шам ле Сим, он вдруг перестал быть незаметным. Мы ходили гулять, вроде как вместе, но занимались каждый своим, например, я читала, а он упражнялся в шахматах.
И повсюду, где бы он ни появлялся, что бы ни делал, его моментально облепляли девушки. Я смотрела и не могла понять, что они все в нём находят. Они засыпали его комплиментами, он улыбался в ответ игриво. Дома кривлялся перед зеркалом, такой весь из себя красавчик, репетировал ответы на призывные улыбки, видимо.
Меня его поведение... не то чтобы бесило, но раздражало. С одной стороны, какое мне дело до всего этого? С другой стороны, он всё-таки мой муж, хотя и только формально. Интересно, а все эти девицы знают, что он женат? Лучше бы не знали, не хотелось стать посмешищем и объектом для шуток и сплетен. Со мной он тоже стал общаться более фривольно, флиртовал, даже на свидания пытался приглашать. Но я ссылалась на страшную занятость и отправляла его гулять одного. Хотя, какая там занятость? Как раз сейчас дел у меня никаких не было, разве что обед приготовить, да огород полить. И то этим обычно Кори занималась.
Кстати, Себастьян и Кори во Франции отлично поладили. Кори проводила с ним времени даже больше, чем со мной. Он приучил её делать зарядку по утрам.
Ходил вместе с ней на рыбалку. Кори мечтает об аквариуме. Мало нам змей, ежей, черепах, хомяков, птиц, ящериц и коня, теперь ей ещё рыбок захотелось. С улитками. Я как увидела ту улитку, представила какой аквариум ей нужен, сказала, что ещё и рыбок уже не переживу.
А потом Себастьян увлёкся изготовлением нектаров. Началось тоже с Кори, она вычитала объявление, что Нектарнику требуются работники и решила подзаработать (как ты когда-то). Но прежде предстояло пройти обучение.
На курсах учили как правильно собирать виноград, как его отжимать, как обращаться с нектарницей, а также, к какому блюду какой напиток лучше подавать, и как успешно продать произведённую продукцию.
Себастьян поначалу только сопровождал девочку, а позже сам увлёкся процессом изготовления нектара. Да так увлёкся, что это дело стало настоящей его страстью.
Эти двое проводили в нектарнике дни напролёт, работали на виноградниках, отжимали фрукты, делали бутылку за бутылкой всё лучшего и лучшего качества, а потом дегустировали и веселились до упаду.
Однажды Кори уснула прямо там, выбился из сил ребёнок с такими развлечениями.
Тогда я вмешалась и запретила девочке заниматься этим делом, по крайней мере на время. Пусть отвлечётся, переключится на что-то другое.
Себастьян из чувства солидарности тоже прекратил работать в нектарнике ("работать", они там в основном веселились, пили нектар и песни пели в дружном коллективе, а не на полях пахали), и это оказалось несколько некстати для меня. Дело в том, что лунарцы как раз попросили меня проверить один объект - музей.
На вопрос мужа, куда я собираюсь, честно ответила, что в картинную галерею. Они с Кори увязались за мной. Ну, Кори то ладно, она в курсе дела, и быстро сообразила что к чему, придумала себе другое занятие и пыталась отвлечь Себастьяна. Но он упёрся, хочу в музей и всё. На моё счастье в музее есть настоящие китайские тренажёры. Оказывается, Себастьян ещё когда работал в полиции, решил обучиться боевому искусству, но всё было не до того. А тут обмолвился, что было бы здорово научиться. И лица, заинтересованные в том, чтобы он не мешал мне делать работу и не лез, куда не просят, организовали ему настоящие уроки сим-фу.
Кир, честное слово, я только один раз связывалась с лунарцами за эту поездку, вернее, не я с ними, а они со мной. И всё закончилось хорошо.
Себастьян, получив несколько уроков сим-фу, чувствовал себя счастливым. Он вообще всё время пребывания во Франции чувствовал себя счастливым, по-моему. Но для полного счастья ему хотелось сделать первосортный нектар. И он снова вернулся в нектарник, и даже работа в полях (всё-таки надо отдать должное, они там не только пьют, поют и веселятся) его не пугала.
- Это очень интересно, - говорил он мне, - и полезно. Ты выращиваешь много фруктов, не все удаётся использовать или продать. Самые спелые фрукты - самые вкусные, но быстро портятся. Чтобы их не выбрасывать, можно делать нектары. - Да. Я сама об этом думала, - соглашалась я с ним. - Можно попробовать сделать нектар из тех особенных, горящих фруктов, которые ты выращиваешь, - предложил он, и у меня сердце защемило. Ведь это была наша с тобой идея. - Об этом я уже тоже думала, - выговорила я через силу. - Что случилось? Ты как будто расстроилась? - Да нет-нет, всё в порядке. Просто переживаю, что много фруктов надо для нектара, хватит ли у нас? - Фруктов достаточно, а вот виноград нужен хороший. Тот, что в нектарнике выращивается, это самый простой сорт, по-настоящему хороший нектар из него не сделаешь. Но мне по секрету сказали, где раздобыть лучший виноград, такой виноград, из которого нектары делают профессионалы. В Шам ле Сим есть тайный сад, он закрыт от туристов, именно там растёт такой виноград. Нас туда, конечно, никто не пустит, но я узнал, что к этому саду есть обходной путь, который не охраняется. Через катакомбы. Правда, там легко заблудиться. Но я хочу рискнуть.
Кир, ты знаешь, он этим меня зацепил. Всё-таки тяга ко всему таинственному во мне, видимо, неистребима. И я попросилась пойти с ним. Он, конечно, с радостью согласился. Мы оба не представляли, что этот обходной путь окажется на самом деле настолько сложным. Думали, уйдём утром, вернёмся вечером с виноградом. Даже Кори не сказали, куда пошли, просто предупредили, чтоб не теряла нас. Она пообещала быть умницей.
Вход в катакомбы мы нашли быстро, а вот дальше... Поначалу казалось, всё просто. Мы шли, переходили из коридора в коридор, спускались по лестницам, поднимались, снова спускались, входили в какие-то двери, а потом поняли, что ходим по кругу. И здесь нет ни тайного сада, ни выхода. Вернее, выход, конечно, был, поскольку был вход, но мы заблудились и не могли найти дорогу назад.
Телефоны не ловили сеть. У нас с собой еды и воды было только на один день, мы рассчитывали один раз перекусить в дороге. Честно скажу, мне стало страшно. Не так, как тогда, когда увидела поражённого, тут был другой страх. Тут нам грозила не внезапная, а долгая и мучительная смерть от голода, если мы не найдём выход. Ведь никто не знал, что мы пошли сюда, а значит, искать нас здесь не будут. Прошли сутки. Себастьян не терял присутствие духа и мне не давал отчаяться. Именно тогда я снова вспомнила, что он очень хороший человек, тот самый человек, который разделил со мной ответственность за Кори, человек, который ни разу не сделал мне ничего плохого. Как жаль, что я не люблю его. Но мне повезло, что рядом со мной здесь именно он. Мы не позволяли себе отчаяться, искали выход. К концу вторых суток уже очень сильно хотелось есть и пить, но хуже всего то, что Себастьян заболел.
Он сначала старался это скрыть, но к ночи у него начался жар. Он не мог идти дальше. Пришлось остановиться. Я села на землю и уложила его голову себе на колени, не зная, чем помочь. И вот тогда я поняла, что всё-таки люблю его. Не той любовью, но люблю, он дорог мне, я не хочу, чтобы с ним что-то случилось. - Не волнуйся, - говорил он, - я никогда не болею долго. Один день высокая температура и всё, завтра буду как огурец. - Угу, лишь бы не такой же зелёный, - я старалась улыбаться и шутить. - Я не могу умереть здесь, я ещё не всё сделал в жизни, - продолжал он тоном, убеждающим меня, что всё будет хорошо. - А что ты хочешь сделать, о чём ты мечтаешь? - решила я поддержать его, отвлечь и отвлечься от мрачных мыслей разговором о мечтах. - Я хочу ребёнка, - вдруг сказал он, улыбнулся, но явно не шутил.
Я не сразу нашлась, что ответить, но собралась с мыслями и смогла подобрать слова: - Да, тогда тебе долго ещё умирать нельзя. Ребёнка ведь мало родить, его ещё вырастить надо, помочь встать на ноги. Ох, кстати, как там наша Кори? Потеряла нас, наверное.
Эта ночь стала одной из самых трудных ночей в моей жизни. Себастьяну было очень тяжело, я боялась за него. За него, за себя, за Кори. Окунала свой носовой платочек в воду колодца, обтирала ему лоб, покрытый испариной. Воду эту пить мы не решались. Пока не решались. Но ещё сутки жажды, и затхлый запах и зелёный цвет перестанут пугать. А на утро меня осенило - колодец! Это ведь может быть система тоннелей. Раз мы не можем найти путь назад, пойдём вперёд! Неприятно было нырять в эту воду, но лучше, чем сидеть и медленно умирать. И я не ошиблась!
Себастьян был ещё слаб, но температура спала. Он рискнул и тоже нырнул в колодец, хотя плыть надо было далеко и быстро, чтобы хватило дыхания. Я очень волновалась за него, но у нас всё получилось. Мы нашли сад! Тот самый сад и тот виноград, ради которого ввязались в эту авантюру.
Сначала наелись фруктов, стараясь не переедать, а потом и с собой прихватили виноградных гроздьев, мы ведь за ними сюда пришли. Из сада выход найти было уже несложно. Даже если вход сюда охраняется, то на выходе, кем бы ни были охранники, выпустить двух заблудившихся и чуть не умерших с голоду туристов должны, мы в этом не сомневались. Охранники, действительно, очень удивились, переполошились, оказали нам первую помощь и виноград собранный разрешили забрать себе. Но попросили не повторять больше таких подвигов.
Кори, кстати, по нам совсем не скучала. Но об этом я тебе в следующий раз напишу.
Читаю твои послания и понимаю, что живу без приключений, но быт захватил в плен, а работа всячески потакает быту. В моей лаборатории скопились образцы редких генетических отклонений, которые привезли исследователи из других вселенных. Я все время думаю о земных болезнях, которые можно было бы излечить, но Лунар и Земля сотрудничают только, когда надо отгородиться. Я рад, твое приключение закончилось благополучно. Даже странно, как схожие события около тебя наматывают круги. Двое мужчин работают в нектарнике, потом едва дышат у тебя на коленях в богом забытых подземельях и все это во Франции. А ты удивляешься, что я имена путаю. Я, на самом, деле не делюсь своими секретами, с Бритни – больной вопрос. Если можно его не касаться, мы не касаемся. Эмбер еще мала, смотря, конечно, с чем сравнивать. Если бы ты только видела, как она выросла.
Смешная очень, всему вокруг радуется, любопытничает, только вещи часто теряет. Однажды потеряла целый пирог. Весь день потом с Бритни искали, оказался в саду стоял – остужался.
Или с игровых площадок без игрушек приходит. Но я бы и внимания не обратил, если бы Бритни не сокрушалась. Я вот думаю, лишь бы в школе у дочери все хорошо было. Учебные занятия начинаются рано по возрасту, но проходят в более свободной форме, нежели у нас на Земле. Эмбер, как учиться начала почувствовала себя взрослой, порой капризничает. То в ванну не загонишь, то недовольна тем, что всю ночь молчала, а теперь ее поторапливают на автобус, а ведь поделиться впечатлениями надо.
Но когда записали Эмбер в кружок балета, стала более ответственной, правда, внимательности ей это не добавило. Побежать на учебный автобус в тапочках или проспать нужную остановку – это обычное дело.
Вместе с Эмбер растет и Бритни. Под конец осени узнали, что Бритни беременна. Это стало большой новостью. Бритни хоть и продолжает заниматься живописью, но быстро устает.
А я с ужасом смотрю, как она туда-сюда по лестнице бегает, вдруг поскользнется. Так что частенько усаживаю и вручаю какую-нибудь книгу. «Просто сядь и прекрати бегать», - говорю ей.
Забавно, раньше-то я детьми абсолютно не интересовался. Для меня это как отдельная форма жизни была. Я знал, что они существуют, но так как мы не пересекались, то и думать о детях и их роли в обществе не приходилось. Бритни кажется счастливой, меня это успокаивает, как будто снимает ответственность вот за эти мои секреты. Правда, и забот у жены вдвое больше. Эмбер тот еще моторчик, поди уследи.
Когда могу, беру досуг дочери на себя. Увлек ее, к примеру, нехитрыми химическими опытами. Научил делать шипучку, не знал, что это настолько заинтересует Эмбер. Она с умным видом стоит, переливает жидкости по колбам и в блокнотик записывает. Я рад только одному, что здесь пробирки из прочного пластика, который не разобьется и не взорвется в руках от нагревания. «Ну все, - говорю, - посвятишь себя науке, как отец».
Она соглашается, а кто б на ее месте отказался, я ведь рассказываю о том, как мы вывели на работе мартышек-хамелеонов. Красивые зверьки – меняют окрас под окружающую среду. Смотрителям, правда, это головная боль, когда звери начинают озорничать и прятаться. С ужасом думаю о детях-хамелеонах. Передавай привет Кори. До следующего письма. Кир.
Баллы:
10,25 Значки: Штраф: 1 (переезд первым поколением на участок меньшего размера)
Твои письма удивительно поднимают мне настроение, хочется каждую строчку цитировать. Говоришь, живёшь без приключений и тут же пишешь, что в лаборатории скопились образцы редких генетических отклонений, которые привезли исследователи из других вселенных. Ничего себе не приключение! Мы тут всего лишь виноград из тайного сада воруем, а у тебя там такое! Да... у каждого своё представление о рутине... А схожесть событий в моей жизни и меня поразила. Дежавю. Мы ведь даже в колодец ныряли, чтобы выжить или утонуть. Только на этот раз вместе... Вот это всё и вскружило мне голову. Я подумала, что не случайно всё так происходит, возможно это знак судьбы, мой шанс на счастье. Может быть я смогу этого человека полюбить, раз всё вот так вот сходится? Мы с ним решили попытаться. То есть, на самом деле мы ничего, конечно, не решали, просто позволили быть тому, что есть... Короче говоря... мне всё-таки тяжело тебе об этом писать... из Франции я вернулась с ребёнком под сердцем. Поняла это не сразу. Ещё когда прошлое письмо тебе писала, не знала. Только заметила, что стала гораздо более рассеянной, сложно было с мыслями собраться. Читаю про твою дочку, как искали пирог, и смеюсь. Со мной сейчас примерно также. Хорошо, что я не работаю в лаборатории, а то страшно представить, чего бы я в таком состоянии наработала. Впрочем, фотографировать это не мешает, скорее, даже наоборот, снимки получаются более вдохновенными. Их охотно покупают. А ещё, во время беременности у меня проснулась тяга к изучению рецептов, причём не только и не столько кулинарных, меня по-настоящему заинтересовала та книга, которую подарила Эммалина. Ведь это на самом деле удивительно! Из трав, корешков и других природных компонентов прямо дома я могу приготовить разные микстуры: поднимающие тонус или наоборот снотворное; микстуру по действию аналогичную нашатырю, которая мёртвого поднимет; микстуру для промывания желудка, и такое бывает нужно; знаю, какие травки помогут мне быстрее восстановить форму после рождения ребёнка. Это очень интересно! И это помогает мне не расстраиваться из-за того, что Лунар не делится с нами своими достижениями в области медицины. Всё-таки у нас разные миры. Земное лучше лечить земным, сейчас мне так думается.
Но я хотела тебе ещё про Кори написать, что было у нас во Франции. Представляешь, когда мы с Себом чуть живые доползли до дома, Кори даже не спросила, где мы были, что с нами случилось. Вернее, она спросила: - С прогулки возвращаетесь? Меня это сразу как-то насторожило. А где она сама была все эти дни, знает ли сколько нас не было? Я задала вопрос на авось и прямо в лоб: - А ты где всё это время гуляла? - Я... со мной всё хорошо. Правда. - Так. - Боже мой, где ночевала эта девочка?! Я старалась говорить спокойно, тем более, что сил на истерику у меня уже просто не было. - Мы с Себастьяном сейчас отдохнём, потом все вместе покушаем, и ты нам всё расскажешь.
Когда мы собирали на стол, раздался звонок в дверь.
- Я открою! - выпалила Кори и побежала встречать гостя. А точнее, не встречать, а выталкивать его. "Кто тебя звал? - слышу я с крыльца, - уходи!"
- Кто там? - спрашиваю. - Ошиблись адресом! - Кори, впусти молодого человека, я хочу с ним побеседовать! - говорю я строго.
Мальчик тоже включил дурачка и сделал вид, что первый раз видит наш дом. - Я живу по соседству, - объяснил он, - увидел, какие у вас в саду прекрасные помидоры, решил спросить, что за сорт. Не подскажете?
В общем, я не буду тебе пересказывать, как мы выводили их на чистую воду, но в итоге узнали, что когда Кори проводила нас с Себом и поняла, что на целый день осталась без присмотра, она пошла погулять. Но просто так гулять ей, оказывается, скучно, поэтому она решила подшутить над соседями и подложила им на крыльцо горящий пакет, чтобы посмотреть, как хозяева пожара испугаются.
Хозяином оказался молодой парень, который быстро сообразил что к чему. А дальше, что называется, они нашли друг друга.
Парень этот первый хулиган Шам ле Сим. Выходка Кори ему страшно понравилась, и он тут же придумал для них другие интересные подросткам приключения - подкинуть кому-нибудь в карман лягушку или тайком пробраться в Замок Ланграаба.
Этот замок напичкан сигнализацией, да непростой сигнализацией, а с ловушками. Паскаль взял Кори на слабо, мол, я могу, а ты не сможешь пробраться внутрь и не попасться. Ключ они стянули вместе. А в за́мок Кори пошла одна.
Ловушки и сигнализации она обошла, не попалась, если ей верить,
но выбраться долго не могла. Там и заночевала.
Говорит, что всё было интересно, совсем не испугалась. Хотя, наверняка обманывает.
А следующую ночь она провела вместе с Паскалем. В подвале. Ждали появления призрака семейства Дютьель, чтобы задобрить его гранатами.
Ох, дети, придумают же такое. Ведь большая девочка уже, невеста практически, скоро школу закончит, а до сих пор в призраков верит. Паскаль сказал, что Кори отличная девчонка, и он всегда будет рад её видеть. Попросил приезжать почаще.
Нас с Себастьяном этот рассказ тоже очень впечатлил, но восторга, как ты понимаешь, не вызвал. - Обещаю искупить вину тяжёлым физическим трудом, - сказала маленькая проказница, глядя на моё шокированное выражение лица. Себастьян решил сам поговорить с ней. Сказал, что я для неё не авторитет, а всего лишь подружка, а он - бывший полицейский, который в прошлом не раз её ловил, и умеет проводить подобные беседы.
Я сомневалась в успехе, тем более, раз уж сам говорит, что подобные беседы проводил с ней не раз. Но они поговорили, Кори после этого извинилась передо мной за то, что заставила волноваться, и действительно, занялась тяжёлым физическим трудом, если так можно назвать её любимое дело - полив и прополку нашего огорода.
Остаток отпуска жили дружно и без приключений. Хотя, нет... Было одно. Как-то раз Себастьян подошёл ко мне и говорит: - Кто этот парень, что письма тебе пишет?
Я аж похолодела, думаю, откуда он узнал? А когда поняла, что речь не о твоих письмах, рассмеялась. - Что тут смешного? - рассердился Себ. - Прости. Честное слово, эти письма для меня самой полная неожиданность. Я просто однажды завезла ему - Гюставу - бутылку нектара, которую он заказал в нектарнике. Курьер в тот день не вышел на работу, а мне по пути было, я как раз ездила к вам с Кори. Почему он решил мне написать, я не знаю.
Себастьян оказался на удивление ревнивым. Но тот инцидент мы быстро забыли и снова стали жить дружно.
Кори, видимо в качестве извинения за свои шалости, написала мой портрет. Если смотреть издалека, даже похоже.
Во время отпуска я коротала время за компьютером, написала небольшую историю, книжку. Навряд ли я решусь дать её кому-нибудь почитать. Там главная героиня девочка, которая в своём домике на дереве нашла вход в параллельный мир. Таких историй написано уже миллион, но это не важно. В моей истории девочке досталось увлекательное приключение со счастливым концом, она нашла всё, о чём я мечтала.
Моя героиня выиграла там, где я проиграла.
Но что я всё жалуюсь на жизнь? Даже стыдно как-то. Живу в достатке, в тепле, в спокойствии, рядом с мужем и девочкой, о которой забочусь. Причём, уже не только я о ней забочусь, но и она обо мне. Кори радуется моей беременности, общается с малышом, говорит, что Себастьян очень хороший человек и правильно, что я решила создать с ним семью.
А вот я снова стала в этом сомневаться. Хотя, я стараюсь гнать от себя такие мысли, в моём положении они ни к чему. Но Себ раздражает меня, раздражает даже когда играет с ребёнком.
Приходится всё время напоминать себе, что это и его ребёнок тоже. Может быть это у меня сейчас просто период такой, беременные ведь всегда странные. Мне хочется полюбить моего мужа, хотя бы ради ребёнка, чтобы у малыша была нормальная, здоровая атмосфера в семье.
Получается, мы с Бритни одновременно беременны. Меня это почему-то радует, как будто я не одинока в этом странном, хрупком состоянии.
Пиши мне. Твои письма здорово поднимают настроение. Лидия.
баллы: 8,5 + 0,25 за друга Паскаль Морель (всего друзей 7) + 0,5 за портрет Лидии = 9,25
Надеюсь, что не подвергаю твое спокойствие опасности, отвечая на письма. Поздравляю с книжным дебютом и, признаться, думаю, что зря ты так о своем творчестве. Любые строчки находят своего читателя, даже, если он один единственный. Но, конечно, книга это лишь пауза, чтобы глубже вздохнуть. Лидия, я, правда, очень рад, что в твоей жизни наступили такие масштабные перемены. Ты заслужила это счастье, которое уж точно никто не оспорит.
Как тут невольно не сравнишь наши жизненные пути? Я вспоминаю те времена, когда память вернулась ко мне. Стоит ли говорить, что меня распирали самые негативные эмоции? О, я готов был возненавидеть Бритни, ведь она так искусно лгала столько лет, и, конечно, страшным грехом казалось то, что посмела выдавать себя за тебя, Лидия. Лишь Эмбер стала якорем моего благоразумия. Конечно, успокоиться вмиг было сложно, понадобилось время, но однажды я понял, что Бритни мне не враг. Она та, кто защищал меня, находилась рядом и была искусной матерью. Думаю, моя любовь к ней начиналась с ее любви к Эмбер. Я пишу эти строки, обращаясь тебе не как домашнему психологу, надеюсь, ты понимаешь. Я просто искренне желаю тебе счастья. Представь только, как Себастьян выцарапывает себе возможность быть счастливым, просто находясь рядом с тобой. И как это ни удивительно, я испытываю некую солидарность с твоим супругом. У нас обоих беременные жены. Самое смешное в том, что когда Бритни вынашивала Эмбер, она взвалила на себя роль образцовой жены. Я никогда не слышал ни капризов, ни недовольств с ее стороны. Теперь я подозреваю, что всю бурю эмоций она изливала в мое отсутствие. Сейчас, когда наши отношения перешли на качественно иной уровень, и мне удалось убедить ее в том, что искренние чувства и настроения жены важны мне, мне предстояло пережить настоящий сюрприз. Беременные и, правда, не стабильны в своих желаниях. Отсутствие лайма к холодному чаю так просто могли довести Бритни до слез.
Хорошо, что под рукой всегда есть Эмбер. Проблему с напитками для капризной мамы она решала легко и весело.
Нелегко получалась перепланировка дома в это время. Не хотелось, чтобы младенец мешал Эмбер своими криками, поэтому ее комнату перенесли на третий этаж, перепланировав спальню под детскую. Теперь детям есть, где разгуляться. Когда Бритни увезли в больницу, я остался один на один с Эмбер. Клянусь, это самый непоседливый ребенок всех пространств и вселенных. Девочка то и дело испытывает своих преподавателей на прочность, хотя казалось бы на Лунаре все люди обладают сверхтерпением. Но наша Эмбер умудрялась приносить из школы замечания. Никак не угомонить на уроках.
Хотя я считаю, что в ее возрасте абсолютно естественно обладать энергией, что бьет через край, но в пропорциях 1:1, где на одного взрослого приходится одна Эмбер, условия выходят неравными. Последним моим хитрым планом был совместный поход в театр. Как девочка впечатлительная, Эмбер, открыв рот, просидела все представление и ни разу не шелохнулась. Я с удовольствием выспался в эти полтора часа, проснулся от аплодисментов. Как тут было не поощрить тихое поведение дочери походом в кафе-мороженое? И детский мир.
В то время, как Эмбер металась между новой куклой и большим плюшевым медведем, позвонили из больницы. У меня родился сын. На радостях купили и то и другое, и хитрый конструктор.
На двойном имени для сына настаивал собственнолично. Думаю, будет очень внушительно звучать, когда мальчишка подрастет и начнет проказничать, а я уверен, что начнет. Пока ДжеДи ведет себя примерно, правда, не дает никому спать. Просыпается от любого шороха и начинает нервно кричать.
Благо, Эмбер та еще соня, и крик, заставляющий дребезжать в доме стекла, для нее, что мертвому припарка. Заметил, что укачивание сына на протяжении ночи, сформировало неплохую мускулатуру у супруги. Все же Эмбер была много спокойней брата. Не знаю, как находится у Бритни душевные силы отпускать нас с дочерью на прогулки.
Мне пришло в голову, что активность девочки надо использовать в активных видах отдыха. Уроки катания на велосипеде показались отличной идеей. Эмбер захлебывалась восторгом, когда у нее стало получаться, а я умирал от ужаса, глядя на фокусы, которые она вытворяла на велосипеде.
Так что следующей моей идеей была про рыбалку. Риск куда меньший, чем катание по крутым склонам Лунара. Эмбер и тут подошла к делу с энтузиазмом. Всё ее приводит в восторг. Правда, она так кричала, стоило поплавку пошевелиться на глади озера, что распугала всю рыбу.
Но отсутствие улова нисколько дочь не огорчило. Зато Эмбер потребовала рассказать еще и еще сказку о золотой рыбке.
Вернувшись домой, дочь серьезно заявила, что станет драматургом. - Буду писать пьесы. Драматические! О, я знаю, как заставить зрителя умыться слезами. Вы у меня еще поплачете, - на полном серьезе заявила Эмбер, скрываясь в своей комнате. Нам с Бритни весьма непросто было сдержать смех, так это было комично. Слышала бы ты этот тон!
Порой я думаю, что Эмбер не помешала бы старшая сестра. Кори бы была чудесным товарищам в этих играх. Не знаю, странно ли, но я чувствую некоторую привязанность к твоей дочери. Передавай ей привет. В институте все слишком странно. Меня вызвали к начальству, где объявили, что я проявил себя с лучшей стороны и заслужил доверия властей Лунара. - Вы больше не вызываете опасений, - заключение было торжественным, что и говорить, - хотя, признаться, мы в вас не верили, слишком уж несдержанно себя вели, попав в наш мир. В общем, беседа свелась к предложению работы в секретном отделе. Я, честно говоря, был не готов. Опять работать в закрытые архивы, блюсти обет молчания и быть под еще большей опекой. В своей жизни я уже испытал все прелести тайного агента от науки. Но мне предложили работать с земными данными. - Как представитель расы, вы идеальный кандидат, подумайте. Ответ я дал не сразу, но в итоге согласился.
Пока изменений в своей жизни не наблюдаю, и это неимоверно меня радует. С нетерпением жду от тебя вестей.
Кир.
Баллы:
10,25 Значки: Штраф: 1 (переезд первым поколением на участок меньшего размера)
Поймала себя на том, что в письмах всё время жалуюсь тебе. Ты мне пишешь такие позитивные, ободряющие письма, а я всё ною и ною. Прости. Так получается, наверное, потому, что мне больше некому поплакаться. Мама думает, что я счастлива, очень радуется за меня. Я не могу её расстраивать. Даже родители Себастьяна уже поверили в то, что у нас всё хорошо. Хотя, Катарина поначалу и в беременность мою верить отказывалась, но аргумент в виде растущего живота её убедил.
Теперь с Вандербургами старшими у нас снова прекрасные отношения. Во время беременности они частенько заглядывали в гости, справлялись о моём здоровье. Их ожидание внука было для меня очень приятным, надо сказать.
Мы производим впечатление счастливой благополучной семьи. А насчёт твоей солидарности с моим мужем... Ситуации у нас всё же разные. Бритни любит тебя всем сердцем, а Себастьян со мной потому, что так сложилось. Он, конечно, так не говорит, но я чувствую, что ему в общем-то всё равно, кто рядом с ним. Правда, важно, чтобы в обществе с этой дамой не стыдно было показаться. Меня это устраивает. Если бы он горячо любил меня, навряд ли бы у нас что-то получилось. Я бы просто не выдержала чувства вины перед ним. А так, наши отношения построены не на страсти, а, хм, я даже не знаю, на чём они построены, они просто исторически сложились.
Насчёт своих писем не волнуйся, Себастьян хоть и ревнив (что странно при наших отношениях, но факт), мне проще будет указать ему на дверь, чем отказаться от нашей переписки. Меня пугает не его ревность, а то, что он узнает о Лунаре. Но представь себе ситуацию, он узнаёт о нашей переписке, спрашивает меня, кто такой Кир Гильям, а я ему: "Не волнуйся дорогой, между нами ничего нет, потому что это мужчина из параллельного мира". Как думаешь, поверит? В общем, рассудила я так и поняла, что опасаться нечего.
Но вот ребёнка он на самом деле любит...
И вообще, надо признаться самой себе, что если бы не моё сожаление о несбывшемся и досада от того, что всё не так, как хотелось, у меня всё хорошо. Да что там, мне все женщины города завидуют, я замужем за "наследным принцем". Вандербургам принадлежат все важные учреждения Хидден-Спрингс и часть бизнеса, а кроме того, они правят этим городом. Это, конечно, совсем не то, к чему я стремилась, но... Надо уже перестать жить вопреки и научиться радоваться тому, что есть. Ведь мне удивительно повезло, "наследный принц" оказался не избалованным самодуром, а ответственным, благородным человеком, который, правда, надо сказать, совершенно не умеет зарабатывать. Хотя он верит, что нашёл себя. Считает, что наш нектарный погреб вскоре сделает нас миллионерами.
Зарегистрировал предпринимательство.
Но пока даже фамилия Вандербург не внушает ценителям нектаров доверия к продукции Себастьяна. Я переживаю, что он может потерять веру в себя, надеюсь, что у него всё-таки получится, ну или хотя бы он не расстроится, если не получится.
Кори готовится к садовому сезону.
Говорит, что мне с ребёнком будет не до огорода, поэтому всю заботу о растениях она возьмёт на себя.
Ну разве мне не повезло в жизни?
А теперь о самом главном. У меня родилась дочка. Себастьян очень хотел сына, всё представлял, как они вместе будут конструировать всякие разные модельки самолётов и кораблей.
Но судьба распорядилась иначе. Будет он конструировать модельки не с сыном, а с дочкой.
Это случилось дома. Кори как раз собиралась на конную прогулку, а Себастьян уехал по делам, сказал, что готовит мне сюрприз.
Так что дома я была одна.
В больницу решила не ехать, с некоторых пор себе я стала доверять больше, чем лекарственной медицине. Тем более возраст у меня по документам такой, что врачи захотят перестраховаться, а то, что организм лет на десять моложе благодаря влиянию иного мира, этого же не объяснишь. Дома у меня есть все необходимые травы и настойки. Я была спокойна и уверена, что справлюсь.
Кори благополучно покаталась на лошади. Кстати, я не писала тебе, после того как мы вернулись из Франции, коня нашего мы забрали домой из конной полиции "другим человеком", его там объездили. Он и раньше был спокойный, покладистый, а теперь, не конь, а чудо. Я спокойно отпускаю с ним Кори. Вернее, боюсь, конечно, за них, но больше из-за самой Кори, которой неизвестно, что в голову взбредёт.
Так вот, Кори вернулась с конной прогулки, Себастьян уладил свои дела. Оказывается, он оформлял документы на салон красоты. Поскольку во время беременности у меня на последних месяцах сильно болела спина, и я часто прибегала к услугам массажиста,
Вандербурги старшие решили мне чуток помочь и подарили нам с Себастьяном часть семейного бизнеса, тот самый салон, куда я ездила на массаж.
Подарок получился как раз на рождение дочки. Что ж, в восстановительный период после родов массаж тоже полезен, да и ребёнку он не повредит. Если честно, я просто не знала как реагировать на такой подарок, и не до того мне было. В общем, когда семья моя вернулась домой, встретили мы их уже вместе с Эльзой. Моя маленькая девочка была уже сыта, умыта, укутана нежной розовой пелёночкой.
Себастьян обрадовался и сказал, что по такому поводу надо срочно позвать гостей.
Я чуть было не поссорилась с ним. Он может думать о чём-то, кроме вечеринок? Разве он не понимает, что нам с Эльзой не до гостей сейчас? Прежде чем подпустить отца к ребёнку, заставила его переодеться в чистую домашнюю одежду, а то бы он так и ринулся к малышке, в чём на улице ходил.
В общем, Себ и после родов продолжал и продолжает меня раздражать. Однако, я вспоминаю твои слова, о том, что твоя любовь к Бритни началась с её любви к Эмбер. Не знаю, полюблю ли я Себастьяна, но сердце моё тает, от того, что он дежурит рядом с кроваткой дочки, чтобы я могла отдохнуть, покушать или сделать другие необходимые дела,
от того, что мне не страшно оставить с ним ребёнка, и я могу сбегать на массаж.
Чтобы порадовать Себастьяна, когда Эльзе исполнился месяц, мы всё же пригласили гостей. Только самых близких людей, родителей и сестру Себастьяна, а также Эммалину и Майю.
Гостям интереснее было, конечно же не вкусить приготовленный ужин (хотя я так старалась готовила),
а посмотреть на малышку. Волнительный для нас с ней оказался день, зато Себастьян был очень горд, он теперь отец, и люди это видят. И за него я рада.
Кори привет от тебя передала, она тебе тоже передаёт. Говорит, лучше бы я за тебя замуж вышла и вообще, говорит, что я тебя предала. Удивлён? Я тоже. Раньше она совсем другое мне говорила, одобряла мои отношения с Себастьяном. Но после рождения Эльзы Кори словно подменили. Она и раньше хулиганила, но теперь я совсем не знаю, что с ней делать. Не ночует дома и не говорит где, её частенько привозит полиция, иногда за полночь, а то и вообще под утро.
Себастьян уже даже голос на неё несколько раз повышал, мол, как тебе не стыдно, Лидии нельзя волноваться, это всё на ребёнке сказаться может. А после того, как она всю ночь гуляла неизвестно где, он разозлился и посадил её под домашний арест.
А Кори в ответ, мол, вы только Эльзу свою любите, родилась родная дочка, приёмная стала не нужна; и вообще, вы мне никто, чтобы под домашний арест садить. Представляешь как больно это слышать? И я не знаю, как с этим справиться. Как объяснить ей, что я люблю её как и раньше любила, просто Эльза маленькая и нуждается пока в особом внимании. Впрочем, с Эльзой Кори обращается на удивление ласково.
Вот так мы и живём, как все. Со своими радостями, со своими проблемами.
Пиши мне почаще. Лидия.
баллы: 9,25 + 1 за исполнение мечты жизни Себастьяна + 0,5 за поколение, ставшее партнёром предприятия (Салон красоты "Источники") + 1 за полностью выкупленное предприятие (Салон красоты "Источники") = 11,75
Здравствуй, Лидия! А знаешь, ты мне снилась. Только во сне я так и не увидел тебя, лишь знал, что ты где-то недалеко. И если бы окликнул тебя, то ты безусловно меня услышала и распознала бы в толпе. Идти против движения людей было невозможным, и все время меня кто-то хватал за руку и отвлекал. Такой был сон, а все равно чувство, словно повстречались. Но что я о снах, да и интересно ли тебе это? Можно ли считать сновидения очередным параллельным пространством? Я писал уже о том, что наш город – приют для иммигрантов из разных вселенных. Коренных лунарцев здесь немного живет. Так что город можно смело назвать интернациональным. Живет в городе одна семья занимательная, осели в этих краях пару поколений назад от силы и распространили свое влияние, в том числе и в нашем НИИ. В общем, со всех сторон семья предприимчивая и зажиточная. Меня очень заинтересовала их вселенная. Представляешь, в том мире люди сделаны по единому образу и подобию. И длится это уже много веков. Как они мне рассказывали, когда-то их ученный вывел формулу идеальной красоты и каждый начал ею пользоваться*.
И вся семья, ты только представь это, похожи друг на друга, как горошины в стручке. Очень чудно смотрится. История эта меня так заинтересовала, что я сам искал близких встреч. Этой осенью в Лунаре проходят фестивали и ярмарки. Жители наряжаются в маскарадные костюмы и веселятся в парке, где я и познакомился с сестрами-близнецами и их братом.
Надо сказать, что люди эти несколько заносчивы, но возможно их просто развратила власть. В дружбе они даже милы.
А я в очередной раз отхватил кусочек от иных миров, хотя знания мои на чьих-то воспоминаниях и основываются. Не на своем опыте. Но ведь и мои собственные воспоминания могут кому-то показаться занимательными. И кажется, что воспоминаний этих наберется добрая сотня.
В любом случае, воспоминание – это опыт, а уж его можно запросто использовать в жизни, например, в написании книг. У Эмбер опыта не столь много, но она с удовольствием выдумывает.
Скажет порой: «Теперь я тут телевизор» и рассказывает на манер ведущей новостей все, что увидела за день или придумала. Говорит, что готовится к будущей профессии. "Буду самой лучшей ведущей новостей", - заявляет.
Порой даже записывает свои «выпуски» в виде книги. Особенно любит выдать секреты одноклассников и соседей.
- А как же танцы? – спрашиваю. Эмбер застыла, вдруг, расплакалась и убежала. Как оказалось – поставил ее пред сложным выбором. Чтобы утешить дочь и порадовать решил смастерить фонари из тыквы. У нас-то это популярно на Хэллоуин, а здесь диковина.
Вырезал фигур разных, на что фантазии хватило, расставил на крыльце у каждого входа. А как стемнело, показал дело рук своих доче.
Эмбер была в восторге. Даже пообещала, что на следующий день поможет маме прибраться дома до сверкающей чистоты.
Бритни получила не очень лестные отзывы от критиков, даже несколько в саркастической форме, посему находилась в легкой хандре.
С преувеличенным энтузиазмом увлеклась смешиванием коктейлей.
- Да они все равно, что лимонад, - отмахивалась Бритни, но я видел, что это все уязвленное самолюбие. - Критиками стали те, кому не удалось стать хорошими художниками, - утешал ее я. - Что ж, пойду в критики. Эмбер сдержала слово и целую неделю содержала свою комнату в порядке, а потом полностью перетянула внимание на себя.
В танцевальной студии, где она занимается, близилась грандиозная постановка, Эмбер очень хотела получить главную роль. Все дни на пролет только об этом и говорила.
Своим тревожным состоянием зарабатывала лишние поблажки, например, засыпать вместе со взрослыми.
Но Эмбер действительно серьезно относилась к конкурсу. Требовала, чтобы я со всей строгостью оценивал ее выступление. Если что-то не получалось повторяла снова и снова. В какой-то момент мне показалось, что я сам начну танцевать все эти пируэты.
Но усилия не прошли даром. Выступление прошло блестяще и стоя рукоплескали не только мы с Бритни, но и весь зал. Эмбер получила награду и долгое время даже спала с ней в обнимку.
А мы с Бритни меж тем готовимся к вечеринке. Я решил показать нашим друзьям, как празднуют ночь на кануне дня всех святых. Костюмы все равно у всех уже есть, я к этому добавлю пару фонарей из тыкв и пластмассового паука на входной двери. И конечно же закуплю много сладостей для соседских детей.
До скорых встреч. Кир.
Баллы:
0,25 - коллекция джек-фонарей. 0,5 - 100 уникальных воспоминаний Кира. 10,25+0,5+0,25 = 11 Штраф: 1 (переезд первым поколением на участок меньшего размера)
Вход
– Цветочная сила - Сорвать полевой цветок. 
