Три года назад...
- Ну девочки, сколько можно! Только я пытаюсь поймать нужный ракурс, как вы разбредаетесь, словно овцы по пастбищу. Это же общий снимок, понимаете, общий! И на нем должны быть все... о нет, Мэри, будь добра - перестать тянуть в рот всякую гадость!
Голос сестры Мадлен эхом отдается в ушах. Я пытаюсь сосредоточиться - и окружившие меня детали постепенно складываются в цельную картину.

Сестра Мадлен пыхтит, настраивая старый фотоаппарат, переживший, должно быть, еще немое кино. Азалия, как обычно, притаилась где-то возле клумбы с маргаритками, вдыхая аромат и надеясь, что ее там никто не найдет - она не слишком-то любит фотографироваться. Прим, похоже, вообще еще не вышла - эта девочка слишком своенравна, чтобы просто выполнять все то, что велят ей окружающие. Пенни и Лор послушно встали по обеим сторонам скамейки - исполнительны и неразлучны, как всегда. Я устало зеваю и закидывая ногу на ногу, хотя сестра Мадлен и запрещает мне сидеть подобным образом. Если все пойдет так, как я думаю, то снимок будет сделан не раньше, чем через три часа. Минут 30 уйдет на то, чтобы собрать всех воспитанниц в саду в одном месте, а потом, скорее всего, придется сделать перерыв, потому что пришедшие вовремя успеют проголодаться. Все-таки, странная она, эта Мадлен. Вбила себе в голову, что снимать нужно на фоне старой стены в саду, слева от парадных ворот, хотя намного проще было бы просто щелкнуть девочек там, где они соберутся и без принуждения - например, в столовой за обедом.
- Так, неплохо... О нет, туча! Так фото будет слишком темным...

Зевнув, я встаю со своего места и покидаю эту обитель фотографирующих и разбредающихся в разные стороны. Все равно я не опоздаю к началу, а впустую просиживать это время на скамейке у меня нет никакого желания.

Характер.
Итак, мой характер. Годы, проведенные в обществе множества женщин и книг приучили меня к порядку и аккуратности, а также худо-бедно ладить с людьми, ибо не запомнить хоть что-то из уроков хороших манер сестры Мадлен мог только глухой. Эта женщина обладала поистине громовым голосом, что вдалбливал вежливость и такт в головы девочек подобно кузнечному молоту. А обаяние во многом и состоит из того, чтобы внимательно слушать и не рыгать, когда собеседник рассказывает о себе. Ну, плюс еще немного природной харизмы, грамотная речь и внешние данные. С этим у меня полный порядок - еще в очень юном возрасте стало ясно, что я вырасту хорошенькой. Кожа у меня светлая, волосы скорее орехового оттенка, выгоревшие на кончиках. Впрочем, кокетничать с мужчинами я все равно никогда не умела, а потому вряд ли смогла бы обратить это себе на пользу. Обожаю поспать - везде и всегда, лишь только выпадет свободная минутка, а еще привыкла восторгаться окружающим миром. По-моему, он того стоит. Ну, а по гороскопу я овен, Если это, конечно, о чем-то говорит.

Вкусы.

Мечта.
Гениальный сыщик. - Раскрыть преступления (не менее 35), работая частным сыщиком.

Ограничения
- Писатель
- Свободные призраки
- Только вперед
- Семейная черта - внимательный
- Серьезный подход к браку

Дополнения
-Мир приключений
-Карьера
- Все возрасты

Итак, с отличием окончив наше приходское училище и приобретя там множество навыков, полезных и не очень, я вступила в самостоятельную жизнь, направив стопы в Твинбрук,. Почему именно этот Твинбрук? Просто, если верить сводкам, быстро развивающийся промышленный город мог предоставить мне много шансов устроить свою жизнь. Итак, как говорили у нас в приюте, первое, что должна сделать молоденькая девушка, вступающая во взрослую пору, это обеспечить себе три "М": маленькую, но собственную квартирку, минимальную оплату труда и мужа. Решив справляться с проблемами по одной, я начала с квартиры. То есть, с дома - ненавижу ютиться в мышиной норке, со всех сторон окруженная соседями, да и в Твинбруке многоквартирные дома как-то не в чести.


После долгих споров с моим агентом по недвижимости - на редкость настырная девица, я наконец нашла этот дом. По правде говоря, я бы о нем и не узнала, если бы не затеяла поездку по городу на такси с целью осмотреть окрестности. Так вот, по словам моего агента, дом был слишком велик для меня, и предназначен скорее для супружеской пары. Ха! Эта особа просто не умеет смотреть на перспективу - я и не собираюсь всю жизнь прожить там одна. Истратив все деньги на покупку дома, я, увы, оказалась практически без средств к существованию - не хватало даже на краску, чтобы привести жилище в пристойный вид снаружи, и на самые необходимые предметы мебели внутри. Но я не унывала. Тем более, что уже приступила ко второй части плана: поиск работы.
Трезво оценив свои силы, я поняла, что единственное, на что я пока смогу рассчитывать в этом городе это низкооплачиваемый неквалифицированный труд в роли подавальщицы кофе или разносчицы газет. При должном усердии, примерно через две-три недели упорного труда я смогу получить повышение и начну получать суммы, достаточные, чтобы оплачивать счета и купить машину. Но при этом - работа с 9 до 5 и необходимость много учиться в оставшееся время. Ах, да, и все это при том, что я планировала выйти замуж и родить детей до наступления зрелости. Как-то трудновато выходит. Да и работать в коллективе и подчиняться начальству я не любила никогда, поэтому решение назрело само собой - мне нужно начать собственное дело и стать самой себе хозяйкой. Составив список того, чем я могла бы заниматься в Твинбруке, я села у окна с чашечкой кофе и принялась думать. Ответ пришел быстро.

На самом деле, многие мои учителя в церковном приюте замечали, что я вообще отличалась редкой пронырливость и въедливостью, особенно в том, что касалось чужих ошибок и тайн, поэтому сейчас настало время обратить на пользу мою наблюдательность вкупе с тоннами прочитанных под подушкой детективов. Я решила стать сыщиком. Не скажу, что я была так уж в себе уверена, однако это не стоило бы мне ни гроша даже в том случае, если я вдруг потерплю неудачу. Утешая себя тем, что такая сообразительная девушка как я отлично со всем справится, я поднималась по ступенькам полицейского управления, медленно и глубоко дыша. Итак, требовалось заполнить кой-какие бумаги для получения лицензии, а также выучить наизусть свод законов, которые я не должна буду нарушать в ходе работы.



- Ну поздравляю, маленькая мисс, - сказал Дадли Рэкет, протягивая мне значок и лицензию. - Знаете, если бы не жуткая текучка да приказ сверху, я ни за что бы не укомплектовал свой штат девчонкой.
Я хмыкнула. Всевозможные подколы в мужском коллективе - обычное дело, так что будет лучше мне на это не реагировать. К тому же, местный шериф - мистер Рэкет, похоже, не воспринимает меня всерьез, хотя сложно его за это винить. Нескладная, словно подросток девчонка в твидовой юбке и старомодной блузке, я бы и сама не принимала себя всерьез, если бы не знала, на что способна. И к тому же, мне очень идет шляпа и форма. Коричневый это вообще мой цвет.

Рэкет, Рэкет... кажется, я слышала что-то такое, связанное с их семейкой. А их дом - один из самых шикарных, что я видела в Твинбруке. Неужели зарплата в полиции так высока, или наш милый шериф - потомок нефтяных магнатов? Думаю, мне стоит применить навыки добычи информации и разузнать побольше о тех, с кем предстоит работать. Ах, да, есть же еще третье "М"... но с этим я бы не стала торопиться. В конце концов, чтобы собрать досье на всех мало-мальски приличных холостяков в городе мне понадобится время.

Все началось с того, что мне позвонил некто Брайант Корнелиус, и попросил помощи в одном деликатном деле. Похоже, я пока не в том положении, чтобы отказывать кому-либо из клиентов, поэтому возьмусь за работу, какой бы она не была. Даже если он попросит меня найти потерявшееся при уборке кольцо или пропавшие тапочки.
Встреча была назначена у него дома, так что ровно в положенный срок такси доставило меня к симпатичному беленькому особняку вполне традиционного вида. Дом мне понравился. Ненавижу колонный и всяческие извращения вроде прозрачных крыш и стеклянных стен. Не успели мы и с Брайантом двух слов друг другу сказать, как мимо, смеясь и улюлюкая, пронеслись трое молодых мужчин, один из которых, о ужас, щеголял обнаженным торсом.

А другой, проходя совсем рядом с нами, как бы невзначай задел меня плечом. Любопытный тип...

Краснее, Брайант пояснил, что, вообще-то, он вовсе не живет в этом доме в столь странной компании, а просто назначил встречу в доме своего коллеги, дабы не раскрывать инкогнито. Нахмурившись, я поинтересовалась, настоящее ли имя он назвал мне по телефону и что еще он намерен утаить.
Покраснев еще больше, что придавало ему сходство с томатом, Брайант поведал, что уже несколько лет подряд является председателем библиотечного фонда, а также составителем электронного каталога всех имеющих в наличии книг. И так вот: ему кажется, что последнее время кто-то упорно пытается взломать защиту на их сайте уж непонятно с каким целями. Да уж. Книжный воришка. Не слишком впечатляюще для великого сыщика, однако сгодиться для меня. Брайнт посетовал, что в полиции никто не отнесся всерьез к его жалобам, однако в итоге мистер Рэкет дал ему мой номер и посоветовал обратиться за помощью к их внештатному сотруднику. Просто восторг! Надеюсь только, что Дадли теперь не будет отправлять ко всем всех помешанных, умалишенных или просто странных типов, на которых не нашлось времени у полиции. Однако, прежде чем приступить к расследованию, я не отказала себе в удовольствии зайти в дом и познакомиться с жильцами.

Особенно меня интересовал тот, что так ненавязчиво коснулся меня плечом, проходя мимо. Пусть не думает, что может заигрывать с Джессикой Примроуз и остаться при этом безнаказанным! Дверь мне открыл именно он, а после пропустил внутрь, придерживая ее рукой. Он даже предложил чаю, хотя добавил, что за неделю до зарплаты у них дома шаром покати. Через пару минут я выяснила, что его зовут Уэй Кин и что мы отлично подходим друг другу с зодиакальной точки зрения. Хотя я бы не стала делать столь поспешных выводов, потому что мужчина, живущий в одном доме с типом, что любит расхаживать без рубашки, требует настороженного к себе отношения.


Итак, найти первую подозреваемую было делом нескольких часов. Взяв у Брайанта пароль от сайта библиотеки, я тщательно отследила имена всех пользователей, выписав в колонку те, что показались подозрительными. И лидировала в списке некто Ева Работягус - что по-своему меня слегка удивило. Работягусы переехали в Твинбрук не так давно, муж Евы работал в городской больнице санитаром, а сама Ева посещала кабинет акушера в той же больнице. Даже не спрашивайте меня, откуда я это знаю, ибо только плохой детектив выдает свои источники. Но неужели вором окажется беременная молодая женщина? Не пойман - не вор, и мне в любом случае потребуются доказательства. Такси подъехало к дому Работягусов с потушенными фарами, и я велела водителю ждать меня здесь. Черт, и когда я уже куплю собственный автомобиль и перестану брать случайных водил в напарники?


Обыскав почтовый ящик, пересмотрев гору неоплаченных счетов и писем от "тетушки Бони" я отложила квитанции на покупку компьютерного оборудования и руководство по компьютерному взлому, а проверив мусорку, нашла еще пару улик среди картофельных очисток. Просто удивительно, чем может занять себя домохозяйка в отсутствии мужа. Или это беременность так влияет на сознание? Наскоро запихав улики в сумку, я бегом двинулась к машине, на ходу звоня Брайану.
Мой первый клиент назначил мне встречу возле бистро. Заведение это славилось своей кухней и качеством обслуживания, и я было размечталась о том, как буду докладывать ему о результатах расследования за бокалом белого вина. Укрывшись в тени деревьев и стараясь привлекать к себе поменьше внимания, я высматривала моего клиента и мысленно перебирала меню - кажется, мясные блюда здесь особенно хороши. Вылезший из такси лысоватый мужчина в потертом пиджаке и с маленьким ребенком на руках поначалу показался мне каким-то нелепым видением, мороком, однако приглядевшись я узнала в нем Брайанта. Похоже, с нашей последней встречи он даже костюм не сменил.

- Э... рада встрече. Симпатичный ребенок, - только и смогла выдавать из себя я, подкравшись к Брайанту сзади. Никогда не умела ладить с детьми. По правде говоря я вообще не знаю, как на них реагировать - во время моей жизни в приюте там не было малышей, не считая двух девочек младше меня на пару лет, но это не совсем то. Брайант поставил ребенка на землю и протянул мне ладонь для приветствия. Пожимая его вялую на о щуп кисть я с горечью подумала о том, что, не будь я столь стеснена в средствах, ни за что бы не стала брать деньги у человека, способного заявиться в самый шикарный ресторан города на встречу с нанятым детективом в компании ребенка. Он бы еще свою старую бабулю притащил! А если бы за мной был хвост? Хотя... домохозяйки, пытающиеся ограбить библиотеку, обычно не отличаются столь релятивистскими наклонностями. Но никакого вина я в тот вечер, кончено, так и не попробовала.

Кстати, через пару дней, во время чтения еженедельной газеты мне на глаза попалась заметка о том, что Брайант Корнелиус недавно женился на некой Присцилле Рентерии. Что ж, рада за них, хотя и не представляю, что за девушка могла связать свою судьбу со столь странным типом. Хотя он просто обязан был жениться с учетом того, что их малыш уже носит памперсы с героями Диснея и чуть не побывал в самом шикарном ресторане города.


Баллы - без изменений

Увы, но на этом мое общение с детьми не закончилось, и через пару дней мне позволил некто Паркер Пруденс и попросил встретится с ним на перекрестке в паре кварталов от моего дома. Пруденс, Пруденс... фамилия казалась знакомой, однако я не стала гадать, а решила просто переговорить с клиентом. И каково же было мое удивление, когда я обнаружила, что нанять меня для расследования дела собирается двенадцатилетний пацан!
- У тебя хоть деньги есть, чудо-ребенок? - со вздохом спросила я, сверху вниз разглядывая бледное личико с сурово нахмуренными бровями и линией подбородка, которая в недалеком будущем будет придавать ему очень даже мужественный вид.
- Есть. Сэкономил на школьных завтраках, - в тон ответило мне ходячее недоразумение.

Итак, суть дела была проста: у малыша есть зубная щетка, и ее с завидной регулярностью использует кто-то другой. Малыш, конечно, всякий раз покупает себе новую, однако средства его не безграничны, и он решил, что проще будет один раз заплатить частному детективу, чем бесконечно покупать себе новые зубные щетки. Что ж, надо признать, определенная логика в его словах все же присутствовала. Но все равно - взяться за это дело без согласия его родителей или опекунов я не могла.
Назначать встречу его отцу мне пришлось также на улице, недалеко от местной школы, где тот работал учителем. Сославшись на занятость, он посетовал, что, увы, будет вынужден всю ночь провести за подготовкой к школьной олимпиаде, а потому просто не может надолго отлучаться. Только до ближайшего перекрестка, а заодно купить сигарет по дороге. Стоит ли упоминать, что на встречу и этот мужчина тоже заявился с маленьким кричащим свертком на руках, только на сей раз это была девочка.
- Не с кем оставить ее дома... Паркер и сам еще так мал, - смущенно пояснил он.

- Хм, я, конечно, не против, но в чем дело? Зачем моему сыну понадобились ваши услуги?
- Зубная щетка, - с таинственным видом сообщила я. - Мальчик просто хочет оградить свою зубную щетку от посягательств.
Не без некоторого удовольствия я наблюдала, как хмурился лоб моего собеседника в безуспешных попытках что-то вспомнить.
- Кажется, это вам больше не нужно, - наконец выдал мне Паркер Пруденс. Восторг! Похоже, подозреваемый не только сразу признал себя виновным, но еще и собирается пояснить свой мотив. Жаль только, что речь идет не о потерянных бриллиантах, а всего лишь о зубной щетке.
- Я так не высыпаюсь в последнее время, а еще к тому же вынужден уходить на работу на два часа раньше. Я почти ничего не замечаю по утрам и, стыдно признаться, чищу зубы первой же щеткой, что попадется под руку. Но больше я постараюсь этого не делать, раз моего сына так заботят вопросы гигиены, что, безусловно, весьма похвально...
Он говорил еще что-то, а я мысленно сделала пометку о закрытии дела. Конечно, личность преступника стала ясна мне сразу - раз в доме, помимо Паркера, живут его отец и малолетняя сестра, а сестра еще слишком мала, чтобы самостоятельно чистить зубы, то, вопрос на миллион, кто берет щетку Паркера? Вот и я подумала так же. Вариант с проникновением извне исключался, тем более что посторонних в доме Пруденсов почти не бывает. Конечно, у мистера Пруденса-старшего, как я слышала, есть подружка, но их отношения еще не настолько близки, чтобы он знакомил ее с детьми. Хм, значит, у меня есть шанс, хотя наличие у него сразу двоих детей как-то пугает...


Вернувшись к Паркеру, я доложила ему о результатах расследования. Мальчик отчего-то казался подавленным, особенно когда я попросила разрешения описать этот случай в своем отчете.
- В полицейском участке должны знать, что я работаю по схеме и всегда добиваюсь результата, - не без гордости сообщила я.
- А, так вы это ради повышения... - неожиданно горьким голосом пробормотал этот невыносимый ребенок.

В следующую неделю дети просто завалили меня предложениями о работе! Я искала плюшевых медведей, школьные фотоснимки, пропавших щенят и зубные щетки, целые тучи зубных щеток! Неужели в этом городе какая-то эпидемия, и преступления теперь случаются только с теми, кто еще не получил паспорт?

Жизнь шла своим чередом. Я по-прежнему жила в доме, который со временем должен был стать моим уютным семейным гнездышком, готовила на завтрак вафли и просматривала утренние газеты в поисках интересных дел. Но пока состоятельные клиенты не выстраивались в очередь возле моего дома. В отчаянии, я даже позвонила шерифу и спросила, не найдется ли у него для меня какого-нибудь поручения, потому что счета за дом и электричество никак не желаеют смириться с вынужденным простоем. Лукаво усмехнувшись - я поняла это даже через телеофн, он предложил мне подъехать в участок в половине девятого утра.
- Отчеты, отчеты, отчеты, - торжествующе начал он, всучив мне в руки увесистую папку. - Необходимо разобрать и подшить их по годам и датам. А потом проверить кучку протоколов, написанных нашими новыми сотрудниками. Они, конечно, бравые ребята, однако с грамотностью у них проблемы, а мне не хочется, чтобы их рапорты пестрили кучей ошибок. Привыкайте, маленькая мисс, и не думайте, что работа полицейского состоит только из погонь, риска и поедания пончиков во время слежки.
Я уже почти смирилась с тем, что завтра мне снова придется приехать в участок и все утро разбирать бумаги, как мой телефон наконец зазвонил. Впервые в жизни этот звук казался мне просто музыкой небесной! Я с таким пылом поприветствовала своего спасителя, что девушка на другом конце провода даже смутилась.

А еще я даже не стала задавать слишком много вопросов, сразу предложив встретиться. Да, и не могу не похвастать - впревые в жизни я ехала на встречу не на такси, а на собственном, пусть и недорогом авто! Неважно, что мой "малыш" потребляет слишком много бензина и цветом похож на игрушечный автомобильчик, зато он мой и только мой.

Встреча была назначена возле салона красоты, достаточно фешенебельного и дорогостоящего, чтобы я не захотела заходить внутрь. Я предположила, что моя новая клиентка либо работает там, либо проводит внутри достаточно много времени и следит за собой. Впрочем, "следит за собой" отпало сразу же, чтоило мне увидеть ее воочию. Да ни одна девушки, что беспокоиться о своему внешнем виде, не накрасит глаза зелеными тенями и не сделает прическу в стиле Пеппи Длинный чулок! То есть, прошу прощения, какой-то готической Пеппи.

​"Ты же профессионал" - напомнила себя я, прежде чем деловые навыки взяли верх над предубеждениями и я не обратилась к этой девушке с вежливой улыбкой и непроницаемым выражением лица.
Ее звали Эми Булл, и она действительно работала парикмахером в этом салоне. Странно, а клиенты не боятся доверять своуи волосы девушке, которая выглядит как дальтоник? Конечно же, вслух я этого спросить не могла. Зато выяснила, что причиной ее звонка стали финансовые трудности.
- Я заплачу вам, как только вы мне поможете, и у меня снова появятся деньги, - с обезоруживающей простотой добавила она. Просто класс. Теперь мне предстоит поработать бесплатно. Однако, с другой стороны - это отличный стимул довести дело до конца. К тому же, мисс Булл обладала неким природным обаянием, что делало почти невозможной вероятность отказа.

Итак, как я поняла, доверчивая Эми одолжила некую сумму для покупки новых туфель у одной из своих коллег, но невнимательно выслушала условия, на которых ей предоставили заем, и теперь вынуждена отдавать деньги под огромные проценты, вторе превышающие сумму. Просто восторгаюсь пронырливости некоторых людей! От меня же требовалось взломать систему защиты на сайте этого нечестного кредитора, удалив оттуда всю информацию о сделке. Пара пустяков, если вдуматься.
- Я буду очень, очень благодарна, - горячо уверила меня Эмми. - Не думайте, я ведь могу оказаться полезна вам в будущем. За стрижкой клиенты порой много болтают, забыв про осторожность, а еще салон красоты - это место, где обожают посплетничать! Если захотите, я стану вашим информатором...
Заметано. Вот только, одна проблема - у меня дома не то, что не проведен интернет, но даже компьютера нет! Зато я знала место, где все это в наличии...

Городская библиотека встретила меня гулом и шепотом переговаривающихся между собой посетителей. И зачем только придумали правило, что нужно соблюдать тишину, если этого все равно никто не делает? Проследив, чтобы никто не стоял у меня за спиной, я присела за один из компьютеров в зале. Что ж, приступим. Пора показать, что я почерпнула из руководства по компьютерному взлому, взятому в качестве улики в предыдущем деле.

Спустя два часа я встала из-за стола с гудящей от напряжения головой и чувством гордости на лице. Готово! Теперь Эми Булл чиста, как слеза ребенка, и не имеет никаких финансовых обязательств. Надо только предупредить ее, чтобы была осторожнее, хотя что-то мне подсказывало, что она не из тех, кто слушает предупреждения.

Кстати, разгадка множества детей, звонивших мне с просьбами о помощи, нашлась неожиданно. Когда я выходила из салона, в котором только что получила отличный маникюр в благодарность за проделанную работу, мне неожиданно позвонил мистер Пруденс.

"Паркер был так поражен вашей работой, что написал об этом в своем школьном сочинении. Знаете, его работу признали одной из лучших в классе и даже зачитывали вслух..." - услышав это, я подавила в себе порыв высказать этому типу, все, что думаю о нем и его семейке. Вот только рекламы среди младших школьников мне и не хватало!

- Паркер скучает, - чуть виновато добавил он после традиционного "еще увидимся". - Может, заглянете к нам как-нибудь, поищете спрятанное печенье или пиратские сокровища? Мы всегда играем в "сокровища капитана Паркера" по пятницам...
Я даже не нашлась, что ответить. Просто восторгаюсь этой детской непосредственностью! Как будто у меня мало работы...
Ах, да, и похоже, что мои методы наконец начали приносить плоды, потому что мне позвонил шериф и сообщил, что с этой минуты мой ранг в иерархии стал чуть выше. Хотя это все равно не означает, что мне будет позволено отлынивать от бумажной работы.

Баллы:
0.25 за друга (Эми Булл)
Итого = 0,75

Итак, последние несколько дней мой вид по утрам являет собой весьма прискорбное зрелище - выражение лица как у новобранца, вышедшего на внеплановую утреннюю тренировку, сведенные в одну линию брови и неподкупная решимость в глазах - решимость есть все, что выходит из моей духовки, пусть даже полученная субстанция больше напоминает кашу или пюре, чем вафли и оладьи. Но я не сдамся. Во-первых потому, что это не достойно отважного сыщика, а во-вторых - выбора у меня все равно нет. Пицца, личный повар и питание в кафе мне все равно не по карману, однако пока мой желудок не падет в неравной борьбе с моим кулинарным талантом, все преступники Твинбрука могут заранее трепетать.



Очередное мое утро началось со звонка одной особы, обладавшей неприятным визгливым голосом и полным отсутствием манер.
- Вы нужны мне! - безапелляционно заявила она, не утруждая себя приветствием. - В восемь у моего дома.
Коротко вздохнув, я дожевала пюре, которое должно было стать чудными бельгийскими вафлями по рецепту из журнала, и вышла из дома. Мой миниатюрный "жучок" требовал срочного ремонта, а потому я в очередной раз решила не пользоваться своим правом отказать любому клиенту без объяснения причин. Да, у меня было такое право! В отличии от доблестных служителей закона я не давала клятвы "всегда защищать", а всего лишь обещала не нарушать закон. Ну, или не попадаться на этом.
Кэт Хантер - женщина, что звонила мне утром, оказалась неприятной сильной молодящейся особой лет 30-ти, одетой в леопардовую юбку и коротенький свитерок. А еще, как сообщила мне Эми - я позвонила ей по дороге чтобы добыть кой-какую информацию о клиентке - на самом деле мисс Хантер была брюнеткой и постоянно забывала подкрашивать темные корни. Хм, это видно.
- Мне нужна информация о женщине по имени Хлоя Гринвуд, - заявила мне она без всяческих предисловий. - И нужна быстро. Нет, никаких "рост, цвет глаз, оценки в колледже". Мне нужны ее грязные, по-настоящему грязные секреты!

Я вздохнула. Я уже говорила, что на этот раз не могу отказаться?
Гринвуды жили в большом доме в одном из самых экологически чистых районов города, и, как я слышала, были буквальнопомешаны на спасении природы и здоровом образе жизни. У богатых свои причуды, однако стоя возле их дома и тщательно сортируя содержимое их почтового ящика на "подозрительное" и "не очень подозрительное", я почувствовала легкий укол зависти - чтобы купить такой домик, мне придется вкалывать на работе еще много лет, но даже тогда мне едва ли хватит на первый этаж и мини-парковку.
Проверка почтового ящика ничего не дала - Хлоя Гринвуд была либо чиста, как белый лист, либо просто не вела порочащую репутацию переписку. Черт, мне все же придется это сделать. Я говорю об их мусорном баке. Картофельные очистки и использованные тампоны... хотя, может быть, мусор ярых защитников природы будет чуть менее противным?


- Нет. Ничего. Она вполне приличная женщина и мать двоих детей... - устало твердила я Кэт Хантер через каких-то полчаса, задумчиво разглядывая жирные пятна на своем плаще. Интересно, а пятна от соевого бургера отстирываются так же, как от обычного? - Но на всякий случай я захватила вам пару каталогов и газет из их ящика. Может, они скажут вам больше?
Дело было закрыто. По крайней мере, так мне тогда казалось.

****

- Я не стану называть вам своего имени - оно все равно вам ничего не скажет, - сообщил мне по телефону чей-то гнусавый голос. - Однако если вы хотите узнать больше о Хлое Гринвуд, то поговорите с Тэйем Бейлессом. Он один из учеников средней школы Твинбрука.
Не знаю, что именно заставило меня подъехать к воротам школы за 15 минут до окончания уроков. Желание узнать, что у этой богатой счастливой женщины тоже есть "темная сторона"? Любопытство или моя привычка доводить любые дела до конца? Так или иначе, я отловила Тэя неподалеку от ворот, когда он намеревался сесть в школьный автобус. Мальчишка пытался было протестовать, однако я пообещала, что после нашего разговора сама отвезу я домой на настоящей ретро-машине, а еще куплю 4 мороженых и ничего не скажу об этом его родителям.

- Мы с моей сестрой как-то играли возле школьного двора, и тут видим, как миссис Гринвуд крадется на детскую площадку. На ней еще была такая смешная шляпа и темные очки, а в руках какая-то сумка. Смотрелась она со всем этим просто уморительно.
Машина свернула на болота - а именно там, по словам Тэя, обитало его семейство, а я попыталась как-то осмыслить полученные данные. Итак, Хлоя Гринвуд прокрадывается на школьный двор в разгар городского гриль-праздника, когда там никого не должно быть, и зарывает нечто в саду под акацией, после чего стремительно покидает это место, даже не заметив, что свидетелями ее действий становятся двое детишек из местной семейки чудиков. Какой нелепый просчет. Когда я буду закапывать что-то в школьном саду, то прослежу, чтобы поблизости не шастал ни один спиногрыз.
- А вообще-то Ма может рассказать вам больше. Мы с сестренкой показали ей место, где миссис Хлоя зарыла сумку.
Восторг! Теперь мне предстоит еще и побеседовать с его мамашей.
- Пятьдесят долларов, - сразу заявила мне Гвейн Бэйлесс.
- Пятьдесят долларов за что? - не поняла я.

- Пятьдесят долларов. Вы. Заплатите мне. А потом я дам вам бумаги, которые Хлоя Гринвуд пыталась спрятать возле школы, - терпеливо, словно неразумному ребенку, разъяснила мне Гвейн. И из двух моих пороков - жадности и любопытства, любопытство снова успело первым. Скрипя зубами и едва не плача, я дрожащими руками передала этой вымогательнице свои кровью и потом заработанные деньги.

- Отлично. Там какие-то документы - что-то связное с зубами и стоматологической клиникой. Изучите их на досуге. А если вы дадите мне еще двадцатку, то я пообещаю, что не стану пытаться продать эту информацию и журналистам тоже.

Получив документы, я поехала прямиком к Хлое. Кажется, настала пора нам познакомиться лично. Да, и я все же заплатила 20 долларов Гвейн Бэйлесс. Такая женщина, как Хлоя Гринвуд, не заслуживает того, чтобы ее имя порочили в прессе. Хотя, с другой стороны, такая женщина, как Гвейн Бэйлесс, вряд ли сдержит свое слово.
- Здравствуйте. Вы меня, конечно, не знаете, но это сейчас и не важно. Важно то, что я пытаюсь вам помочь, а вы однажды уже совершили ошибку...

Если вкратце, то Хлоя действительно оказалась почти святой. Ну, за исключением одного маленького эпизода, когда она случайно прикарманила некую сумму из фонда "Новейшие методы лазерной стоматологии против зубной боли". А, осознав свою ошибку, не стала сообщать об этом, боясь огласки.
- Я не тратила этих денег! - порывисто заявила мне Хлоя. - Я просто перечислила всю сумму со своего счета на счет благотворительной организации, а все бумаги, что могли служить в качестве улик, решила закопать на школьном дворе. Мне казалось, это идеальное место.

- Надеюсь, вы понимаете, что вам придется признаться во всем руководству компании, - устало спросила я, чувствуя себя самым настоящим "плохим полицейским". - Я-то, конечно, вас не выдам, но о случившемся известно еще кое-кому, и этот кто-то, поверьте мне, вряд ли не станет держать рот на замке...
Хлоя пообещала последовать моему совету, а я на секунду задумалась - а не позвонить ли мне Кэт Хантер? Похоже, она была бы рада услышать, что мироздание наконец ответило на ее запрос по поводу темной стороны Хлои Гринвуд. Однако я решила этого не делать. Не хочу дарить этой вульгарной блондинке с непрокрашенными корнями несколько мгновений злорадного торжества. Хотя я до сих пор не понимаю, в чем причина ее неприязни к Хлои Гринвуд. Может быть, банальная зависть?

Вытаскивая из духовки аппетитно дымящийся рататуй - ради разнообразия он даже не был похож на пюре, я размышляла о предстоящей встрече. Деловой, разумеется. Но весьма волнующей, ибо на этот раз моим клиентом должен был стать молодой и симпатичный мужчина, к тому же весьма популярный у жительниц Твинбрука от 13 до 55.

Гудвин Гуд ждал меня возле своего дома, будучи одетым в голубую джинсовку и какие-то светлые брюки с потертостями на коленях. И хотя я обычно как-то не очень жалую мужчин вне дресс-кода, на этот раз не смогла не признать, что на подтянутом тренированном теле любая одежда будет смотреться просто замечательно.

- Гудвин Гуд? - на всякий случай уточнила я, неслышно подойдя ближе и коснувшись рукой его плеча.
- Он самый, - парень обернулся и улыбнулся мне так, словно я только что сообщила ему о выигрыше в лотерею. Какая у него, однако, улыбка... Нет, не только белоснежная, и все зубы на месте, но еще и удивительно теплая и искренняя.
В общем, похоже, мне снова придется спасать городскую библиотеку. Черт, да после всего того, что я для них сделала, они просто обязаны выписать мне бесплатный годовой абонемент!
Гудвин Гуд был почетным членом Твинбрукской городкой библиотеки и даже обеспечивал, разумеется, на общественных началах, ее компьютерную составляющую. И кто-то снова пытался проникнуть на их закрытый сервер. В прошлый раз в подобном была замечена одна скучающая домохозяйка, так что я невольно задалась вопросом - сколько же женщин в Твинбруке не могут найти себе занятие по душе? При таком раскладе стоит посоветовать им объединиться в какой-нибудь кулинарный клуб или вроде того, чтобы последствия их скуки перестали отвлекать меня от ожидания "дела всей жизни".

На этот раз в числе подозреваемых оказался некто Клэйтон Ноубл. Кажется, это все же мужчина, хотя я, стыдно признать, на знала о нем абсолютно ничего. Похоже, до этого момента ему удалось успешно миновать мою шпионскую сеть и не попадаться на глаза моему агенту в салоне красоты. Вполне возможно, что он его вообще не посещал. Логично. Парни нечасто делают себе маникюр.
Проделав нехитрую процедуру с осмотром почты и отходов его жизнедеятельности в виде мусорки во дворе дома, я вернулась к Гудвину через пару часов, втайне надеясь удивить его своей скоростью и работоспособностью... Интересно, а такие мужчины, как он, ценят подобные качества в женщинах, или ему больше по душе легкомысленные и беззащитные милашки?

- В общем, вы были правы. Я достала доказательства... - почему-то слова "ты был прав" на сей раз не вызывали у меня отторжения и тошноты, хотя бывали времена, когда я думала, что скорей умру, чем признаю правоту какого-нибудь мужчины. Хорошо все-таки, что время моего воинственного феминизма осталось далеко в прошлом. Не могу представить Гудвина Гуда рядом с такой вот мужененавистницей.

- Вы отличный детектив. Теперь я буду рекомендовать вас всем своим знакомым, - все с той же улыбкой сказал Гудвин, а мне отчего-то стало немного грустно. Может быть потому, что наши знаки зодиака не совпадают? Согласно статистике, опубликованной в "Твинбрук-плэнет", "около 80 % супругов, подавших на развод, не совпадают гороскопически. А может, дело в этом?

Не могу отнимать у бедной девочки ее шанс. Может быть, он даже заставит ее переодеться. Даже его джинсы на Эми Булл смотрелись бы лучше, чем то, что она носит обычно.

​Кстати, Гудвин Гуд - помимо того, что просто душка и без конца занимается всякой общественно-полезной работой, также служит в полиции под началом мистера Рэкета, и как раз пообещал замолвить за меня словечко перед старым ворчуном. По его словам, у него отличные отношения с начальством после той поездки на природу, о деталях которой мистер Рэкет почему-то просил никому не рассказывать. Интересно, и что же такого у них произошло?



Баллы: без изменений (0,75)

Как гром среди ясного неба, среди ночи меня разбудил звонок некого Ленни Смит-Джонса, заявившего, что он меня нанимает и что от моих усилий отныне будет зависит не что-то там, а целая человеческая жизнь. Я была несколько удивлена, а еще жутко хотела спать, так что сразу же согласилась со всеми доводами и сообщила, что приеду утром. А потом долго воображала, как за спасение человека мне, наверное, выдадут особую награду в участке и уж наверняка повысят зарплату. Однако, немного поспав и позавтракав, я поняла, что не стоит так спешить с выводами. Порой люди слишком все преувеличивают, и маленькая (по мнению окружающих) проблема кажется им угрозой, вполне способной уничтожить мир. Так что не удивлюсь, что этот Ленни просто волнуется за близкого человека и безбожно преувеличивает.
- Он настоящий гений, - заявил мне Ленни вместо приветствия. - Он надежда всей нашей науки и единственный шанс Твинбрука прославиться на мировом научном поприще. Да если что-то в этом городе и заинтересует ученый конгресс, то только его работы по ботанике и зоологии, а никак не доклады о летающих рыбах и муравьях. Найдите его. Немедленно.
​- Летающие рыбы? - переспросила я. Вот уж не знала. Теперь мне точно не придет в голову заняться рыбалкой - ненавижу рыб, этих скользких мокрых созданий, покрытых чешуей, с их мутными глазами-бельмами. Ни за что не приближусь к воде, зная, что одно из них может вылететь мне навстречу.
Ленни Смит-Джонс оказался хмурым, усталым мужчиной примерно сорока лет, и, судя по его наряду - джинсам и красной футболке с коротенькими рукавами, я предположила, что он либо поклонник неформального стиля в одежде, либо начинает с нуля свою карьеру на поприще бизнеса, обличившись в униформу всех молодых сотрудников. Я частенько видела одетых в так же молодых парней и девушек с лицами будущих карьеристов и карьеристок. Но нормально ли все это для мужчины, который в своем возрасте уже должен возглавлять компанию, а не подносить кофе и чинить копировальный аппарат? Я не могла отделаться от ощущения, что отчего-то ему не доверяю. К тому же, меня постоянно тянуло проверить содержимое его карманов!

Пообещав себе подумать над этим позже, я решила задать Ленни несколько уточняющих вопросов. Например, когда он в последний раз видел пропавшего, насколько близко они знакомы и кто будет оплачивать мои услуги.

***
Разговор с Ленни только укрепил мои подозрения насчет его возможной причастности к этому делу. Ну, не то, чтобы я бы так уж недоверчива - просто как детектив я обязана рассмотреть все детали и не сбрасывать со счетов ни одну их версий, покуда не найду прямых доказательств обратному. И потом - статистика гласит, что большая часть преступлений совершается людьми, хорошо знакомыми жертве.
Итак, что мы имеем: некто, чье кодовое имя будет... ну, пусть будет "безумный гений", так вот, безумный гений однажды не приходит домой после работы, не отвечает на звонки и электронные письма. На рабочем месте его так же нет, и сторож утверждает, что не встречал безумного гения во время дежурства. Следов взлома дома не обнаружено.
Составим простейшую схему: безумный гений не вернулся домой и не дал о себе знать... о чем это говорит? Одно из трех - либо он похищен, либо сбежал, либо... ну, есть еще вероятность аварии или несчастного случая, при котором пропавший находится в тяжелом состоянии и просто не имеет возможности сообщить о себе друзьям и близким.
Начать я решила с того, чтобы побольше узнать о пропавшем и, заодно, о моем нанимателе Ленни Смит-Джонсе. Не слишком любезная девушка - секретарша в участке, продиктовала мне имеющуюся у них информацию, и я в очередной раз подвилась тому, настолько беспечна полиция в данном вопросе. Помимо даты рождения и места работы, им неизвестно об этих людях ничего! И это вопреки тому, что пропавший однажды попал за решетку за вождение в нетрезвом виде, и отпечатки его пальцев до сих пор хранятся в базе данных. Дата рождения и отпечатки пальцев. Все. Никаких сведений о приятелях, любовницах, имуществе и хронических заболеваниях. Похоже, придется все-таки позвонить Эми. Конечно, сплетни - не всегда надежный источник информации, но все же лучше, чем ничего.
Через десять минту я уже знала, что Ленни Смит-Джонс разведен, а год назад был уволен из кампании за пьяную драку с одним из коллег. Ленни, вроде как, обвинил его в интимной связи со своей женой. Руководство фирмы такого не потерпело, и Ленни лишился места. Избитый коллега подал в суд, и Ленни получил 30 суток, за которые супруга успела оформить развод и отсудить у него дом. Потом он, кажется, начал злоупотреблять алкоголем, и даже проходил курс лечения от алкогольной зависимости в местной клинике, а за это время его единственная дочь успела подарить ему внука, даже не будучи с кем-то в постоянных отношениях. Нет, это все, конечно, ужасно интересно, на я все равно не понимаю - что должно связывать гениального ученого и сорокалетнего неудачника, вынужденного начинать свою карьеру с нуля?
Я решила начать поиски с того места, где пропавший бывал чаще всего - с пляжа. Нет, он вовсе не был фанатом конкурсов бикини или любителем позагорать - наш безумный ученый посещал пляж исключительно по вечерам, когда большая часть купальщиков уде расходилась по домам, и интересовали его рыбы. Пять вечеров в неделю, стоя по колено в морской воде, он измерял дно всевозможными приборами и что-то увлеченно записывал в блокнот.
Эми видела его пару раз, когда шла домой мимо пляжа. Немного странный тип. Ах, да - еще Эми упоминала, что никогда в жизни не видела его с девушкой.

***
На пляже было тихо и пусто... ну, почти пусто. Звуки прибоя и шелест травы, едва различимый за стрекотанием ночных сверчков, успокаивали напряженные подобно струне нервы и создавали вокруг подобие романтической обстановки - настоящего маленького мирка для двоих. Неудивительно, что кто-то решил этим воспользоваться.
Заметив издали знакомую лысину в обрамлении белокурых волос, я чудом избежала искушения стремительно развернуться и броситься вон с пляжа, и только твердая убежденность в том, что настоящий сыщик не должен убегать от бывших клиентов удержала меня от этого шага. В конце концов, я здесь работаю, а никакое недовольство этой парочки не помешает мне обыскать пляж в поисках зацепок. Достав из кармана лупу, я первым делом осмотрела землю возле самой кромки прибоя, постепенно продвигаясь дальше, к той части пляжа, где обычно устанавливали лежаки. И не мое, совершенно не мое дело, что кто-то решил выбраться из дома и слопать пару гамбургеров на природе именно сегодня! У меня, в конце концов, важное дело - не каждый день в Твинбруке люди пропадают.

На самом деле, я никак не могла решить, должна ли я поприветствовать Брайанта Корнелиуса в присутствии его жены, или же стоит сделать вид, что я впервые вижу этого волосатика? На самом деле, Брайант вполне мог скрывать от нее факт того, что нанял сыщика для разоблачения библиотечного вора. Например, чтобы не умалять свою мужественность в ее лучащихся любовью глазах тем фактом, что не стал лично гоняться за нарушителем со вторым томом "Войны и мира" наперевес.
Стараясь делать вид, что меня здесь на самом деле нет, я на цыпочках прокралась мимо них в сторону стойки с напитками. То есть, сейчас пустой стойки, за которой днем можно было пропустить стаканчик освежающего лимонада.
- Мисс... Роуз? - неуверенно предположил Брайнт, когда я подошла вплотную к их расстеленному прямо на песке покрывалу.

- Примроуз, - сдержанно поправила я, и, стараясь не терять достоинства, подсела к ним, сразу же взяв себе гамбургер. Как говорила сестра Мадлен - "вежливость - второе счастье", однако чувство сытости - счастье первое, поэтому я не могла и дальше игнорировать потребности своего желудка в угоду церемониям.

Кристина - "можно без фамилии", как она сама меня попросила, оказалась очень милой девушкой. Просто удивительно, как Брайант смог ее заполучить, хотя, возможно, что в колледже - а именно там они с Кристиной познакомились, он был совсем другим парнем. Может быть, даже классным парнем. Иногда я просто восторгаюсь некоторым парочкам - они знакомы со студенческих лет, их сын скоро выучит слова "карманные деньги" и начнет ходить в младшую школу, а они только сейчас нашли время пожениться.
Кстати, при всей своей "приятности" новоявленная миссис Корнелиус обладала качествами отменного шпиона - она состояла почти во всех "клубах по интересам" в Твинбруке и обладала потрясающим талантом мгновенно отсеивать ненужные сплетни.
- Гей? - рассмеялась она в ответ на мое предположение о личной жизни пропавшего гения. - О нет, вряд ли. Видите ли, мы с ним вместе учились в колледже, и тогда ему определено нравились девушки. А он их тех людей, которые практически не меняются с годами.
От Кристины я получила совет поискать моего гения в научном институте и... средней школе Твинбрука.
- Видите ли, когда научный исследовательский центр еще не принял его на работу, он арендовал для своей лаборатории помещение в подвале школы. Не думаю, чтобы со временем он от него избавился. Как я уже говорила, такие парни крайне консервативны во всем.
- А вы откуда знаете? - недоверчиво спросила я, отложив гамбургер.
- Я там работаю. Учителем биологии, - обворожительно улыбнулась мне Кристина.


Разнообразия ради я решила последовать ее совету. Хотя в целом это было не очень-то хорошо - привлекать к расследованию гражданских лиц, да еще и следовать их указаниями. Однако, подъехав к школе после окончания вечерних курсов я получила награду - понимающий взгляд сторожа, впустившего меня в обитель этого сумасшедшего ученого даже без предъявления лицензии.
В импровизированной лаборатории все указывало на то, что покинули ее совсем недавно - на коробке пиццы, забытой на лабораторном столе, была указана дата доставки, а сидение вращающегося стула еще не успело остыть. Итак, мой дорогой ученый определено был здесь до моего приезда, но ускользнул прямо из-под носа, поэтому оставалось воспользоваться второй частью совета Кристины и поискать в научном институте.

В общем, он действительно был там. Почти один - если не считать огромного количества рыб, плавающих вокруг него косяками, пока он по колено воде стоял в небольшом бассейне с морской водой.
- Мои детки, - с гордостью пояснил он в ответ на мой недоуменный взгляд. Пообещав себе больше никогда не связываться с безумными учеными, я поехала к Ленни. Кажется, он был не особенно доволен результатами, однако меня это уже мало заботило. Как и то, какие там отношения могут складываться между ним и этим помешанным на рыбах ученым. Дело закрыто.

В общем, с той поры, как я уже дважды спасала местную библиотеку от хакерских атак, я стала бывать там куда чаще, чем раз в две недели. Трудных дел, способных захватить все мое время и все мои мысли, пока что не было, так что я развлекалась старым проверенным способом - читала книги. Благодаря протекции душки Гудвина Гуда, я могла делать это бесплатно.
Конечно, я была не единственным жителем Твинбрука, которому иногда хотелось погрузиться в мир художественной литературы, однако всегда упорно сопротивлялась любым попыткам завести со мной разговор в библиотеке. Не люблю отвлекаться от чтения - и ни разу не встречала там ни одного мало-мальски симпатичного парня. Наверное, симпатичные в этом городе ходят в другие места - в спортзал, например. Кстати, хорошая мысль - надо будет купить себе абонемент, как только накоплю побольше денег.

Потерянного, словно навек замкнувшегося в своей скорлупе парнишку я встретила возле здания городской библиотеки, когда собиралась домой после очередного сеанса безостановочного чтения. Ну, на самом деле, не могу сказать, что так уж сильно люблю детей или что его одинокая никем не понятая личность вызывала во мне жгучее сочувствие. Скорее я просто недоумевала, какого черта он стоит тут, возле крыльца, кого ждет с настолько постной рожей и почему не идет внутрь.
- Не хочу, - исчерпывающе бросил он, словно бы проверяя мое терпение. Дерзит, мальчишка!
- Уж не знаю, какого ты стоишь тут, словно бесплатный охранник, и не назначил ли ты здесь свидание девушке, но если так - она развернется на 180 градусов и уйдет домой, как только увидит тебя с такой физиономией, - не осталась в долгу я.
В общем, парня звали Джеффри Кастор, и я была совершенно права, на глаз определив гео возраст как нечто между 17 и совершеннолетием. А еще он был явно не подарком. Во всех смыслах.


Тем временем продолжались мои попытки отыскать среди всех мужчин города пару-тройку достойных претендентов. Правда, мое предположение насчет ценности спортсменов не оправдалось - один из них, случайно встреченный мною в городском парке, в добавок к превосходной физической форме оказался туп, как кора, и своим любимым и единственным развлечением в свободное от тренировок время почитал гамбургеры.


​Зато с другим парнем из городского парка мне повезло - мой старый знакомый Уэй Кин оказался не только большим умницей, но и заядлым шахматистом. Он не без гордости признался, что занял кучу призовых мест на местных турнирах, а недавно даже получил звание гроссмейстера.
- Скажите, вы все еще этим занимаетесь? - небрежно осведомился он, перед этим предложив мне сыграть партию в шахматы - по его словам, ничто так не способствовало сближению, как игра за одной доской.

- Чем - "этим"? - переспросила я, на всякий случай сурово сдвинув брови. Тон его не оставлял сомнений в том, что я делала нечто если и не противозаконное, то уж точно порицаемое обществом, и собиралась и дальше продолжать в том же духе.
- Ну, работаете частным детективом, - пояснил Уэй, не отрывая взгляда от доски. Похоже, что перемещения ладьи и слона по клеткам занимали его больше, чем мое недовольство. - Знаете, это ведь не только совсем не женский вид деятельности, но еще и весьма опасное занятие. Просто не представляю, как вы со всем этим справляетесь. Хотя, боюсь, недалек тот день, когда женщины станут носить полицейскую форму и служить в вооруженных силах...
Я нахмурилась еще сильнее, однако тонкие намеки отлетали от моего собеседника, как резиновые мячики.
- Скажите, а что вы знаете о семье Кастор? - спросила я, и совсем не потому, что недавний мальчишка занимал какое-то там место в моей голове - я просто хотела перевести тему.
- Кастор? Ну, вроде приличные люди, - начал Уэй, порадовав меня тем, что он не стал спрашивать о внезапных причинах моего интереса к этим достойным людям. - Правда, их старшенький последнее время совсем отбился от рук. Плохие оценки, агрессивное поведение. Недавно он вроде как избил своего младшего братца прямо в школьном коридоре. А чуть раньше их папаша отмутузил его возле закусочной...

Я встала с места и поспешно распрощалась, устремляясь в дальний конец парка, ибо как раз там увидела нечто очень нужное мне в данным момент.
- Может, как-нибудь встретимся еще, сходим куда-нибудь? - прокричал Уэй Кин мне в спину, однако я предпочла сделать вид, что ничего не слышала.
Объектом моего пламенного интереса на эти пару минут стал психолог из местной школы - "мистер Яйцеголовый", как прозвали его старшеклассники. Коротко и безразлично я попросила его приглядывать за старшим Кастором - недолюбленный и озлобленный ребенок в будущем способен причинить обществу массу проблем.
- Без проблемочек, - со странной улыбочкой ответил он. - А вы можете приходить и следить за тем, как я выполняю вашу просьбочку в любое время.
Это что, приглашение? Пытаясь прийти в себя от шока, я не сразу заметила напряженный взгялд Ленни Смит-Джонса, устремленный прямо на меня. Он стоял как раз за спиной "мистера Яйцеголового", а я все не могла понять, почему он так смотрит и какого черта не снимает свой нелепый прикид даже во время прогулок. Может, в их кампании запрещено носить все, что не является фирменной одеждой?

- Эй, мисс! - окликнули меня, когда я уже собиралась уходить. - Не хотите гамбургер? Ну, вообще-то нам самим мало, но мы, так и быть, поделимся с вами одной порцией.

Обернувшись, я заметила Джеффри Кастора, невозмутимо устроившегося за столиком для пикников рядом с моим старым знакомым по имени Брайант. Я улыбнулась - тарелка дымящихся котлет, спокойные лица сидящих, и никакого намека на возможную драку - ну прямо семейный пикник на природе. И хотя Брайант - не совсем та компания, которая нужна трудному подростку, я не могла не порадоваться тому, что Джеффри хоть с кем-то способен нормально разговаривать.
- Да-да, давайте скорей, а то эти гамбургеры съедаются быстрее, чем я успеваю готовить, - добавил Брайант.

Взяв тарелку и себе, я собиралась отсесть за соседний столик - во-первых- этот уже был занят людьми и гамбургерами, а во-вторых, обычно я предпочитала есть в одиночестве. Но на полпути меня неожиданно перехватил Ленни Смит Джонс, зло сверкнув глазами и прошипев:
- Они найдут тебя! Найдут, слышишь? Не нужно было тебя впутывать... однако знай, что извиняться я не собираюсь!
Властно оттеснив его плечом, я прошла к пустому столику и невозмутимо уселась на место. Что бы там ни было, не стоит верить типам с сомнительной репутацией, пребывающим в возбужденном состоянии. Когда я обернулась через пару минут, Ленни в парке уже не было.


Баллы: +0,25 за друга (Уэй Кин). Итого: 1,00

Мои бытовые навыки совершенствовались с каждым днем - к надоевшим до тошноты вафлям прибавился салат и вполне сносные макароны с сыром (мой личный секрет - больше сыра, а если блюдо не удалось, попробуйте полить его кетчупом), а еще заметно продвинулась в освоении стиральной машинки. Лужи на полу, неизменно остающиеся после стирки, стали меньше почти вдвое, к тому же в прошлом месяце я вызывала мастера всего однажды. Я люблю размышлять о том, как справились бы с той или иной проблемой мои любимые книжные герои - но по части домашнего хозяйства, увы, никто из них не в силах мне помочь, ведь у Шерлока Холмса был доктор Ватсон, а во времена мисс Марпл, скорее всего, еще не изобрели стиральную машинку.

Тем временем моя работа преподносит мне все больше сюрпризов - как-то раз мне позвонила женщина, поведав тоном весьма удрученном, что умудрилась потерять купленную на выставке скульптуру в тот же день, даже не принося ее домой. Просто восторгаюсь безалаберности некоторых - ведь наверняка дамочка успела отвалить за скульптуру кучу денег, доведя до нервного срыва своего мужа недешевым приобретением, и что в итоге - даже не может им воспользоваться, и теперь вынуждена переплачивать детективу. Интересно, а не проще ли было просто купить новую? Хотя кто разберет этих поклонников искусства - может, потерянная скульптура была всего лишь в одном экземпляре. А покупать другую дамочка не захочет - не та четкость линий, не тот цвет, и вообще - другая будет плохо сочетаться с клумбами в ее саду.
Взяв с собой верного "Жучка", я проследила путь этой особы от самого дома до галереи, ни на минуту не расставаясь с лупой. Главное в таких делах это мелочи, а их точно невозможно увидеть невооруженным взглядом. Следы шин ее подержанного минивэна привели меня в местную художественную галерею, и это значило только одно - раз чертова скульптура не попалась мне по пути, значит, придется вернуться в начало и осмотреть все и там.

- Что-то потеряли? - спросила у меня худощавая блондинка возле входа в галерею. Платье в стиле типичной домохозяйки, высокая прическа и обручальное кольцо - смотрится неплохо, и пожалуй, будь я счастливой женой и матерью хотя бы одного ребенка, сама бы предпочитала такой же стиль. Несмотря на формулировку вопроса, предполагавшую беспокойство, в голосе женщины его не было ни на грош.

- Не я. Я никогда ничего не теряю, - сообщила я, зайдя внутрь и прошествовав едва ли в миллиметре от ее плеча. Так, что еще немного - и кому-то пришлось бы извиняться за нечаянное столкновение. Не хочу показать, что меня может смутить ее проницательный взгляд или презрительно поджатые губы. Может, это и смотрится здорово, но действует разве что не школьниц или детей, а я уже давно не причисляю себя ни к первым, ни ко вторым.
В галерее было малолюдно - еще бы, будний день, однако страсть к искусству не отказывала жителям Твинбрука даже сегодня - я заметила горстку любителей живописи в дальнем конце галереи, какую-то парочку на диване и несколько знакомых лиц в зоне свежей экспозиции. Махнув рукой, я поспешила к ним - сначала, пожалуй, опросим свидетелей, а после уж облазим тут все с увеличителем.
- О, Джес, какой сюрприз, - без особой радости заметила Эми. Не люблю ее привычку сокращать имена, однако Джес мне нравится. Пожалуй, стоит позволить еще кому-нибудь называть меня так. Девушка в униформе ресторана, стоявшая неподалеку, хмыкнула.

- Вы не знакомы с Жюльен Кнак? О, мне стоило представить вас раньше, - монотонно пробубнила Эми, пытаясь разместиться между нами двумя. - Какое опущение с моей стороны, ведь девушки должны держаться друг за друга...
Пробурчав несколько хвалебных фраз в адрес каждой из присутствующих при разговоре дам, Эми поспешно - слишком поспешно, на мой взгляд, распрощалась, сославшись на какие-то неотложные дела. Я только рассеянно проводила ее взглядом - на свидание, что ли, опаздывает? Или не хочет со мной говорить - хотя ума не приложу, отчего.
- Ну, вот и познакомились, - начала я, чтобы хоть как-то поддержать разговор. Наверное, невежливо будет сразу спрашивать у нее про скульптуру, а затем резко исчезать, как Эми только что. - Вижу, что на вас форма ресторана "Корсиканец" - вы давно там работаете?

В общем, вопрос я задала верный - Жюстин просто обожала говорить о своей работе. К тому явно принадлежала к тем людям, кому их профессия заменяет все остальное, включая семью и личную жизнь. Приятно было узнать, что я не единственная девушка в городе, у которой пока даже парня нет. Под конец она сообщала, что нет, в галерее она бывает редко, можно сказать, пришла впервые за этот месяц, а если я хочу узнать что-то о вчерашней экспозиции, то мне лучше спросить у того парня возле "Домика в Провансе" - он торчит здесь сутки напролет, потому что людям, у которых нет постоянной работы, просто нечем заняться.

- Дама, которая приобрела скульптуру фламинго - конечно, я ее помню, - жизнерадостно сообщил мне местный эстет. - Ее, ну, не даму, конечно, скульптуру, завернули в кучу папиросной бумаги и вытащили наружу. А, что, куда она делась после? Представляете, эта леди оказалась настолько рассеянна, что открыла багажник, долго передвигала там пакеты с покупками, а потом поехала домой, просто оставив скульптуру на асфальте. Нет, ну бывает же так, а? Просто удивляюсь, как ей-то право-то выдали. Наверняка она вечно забывает их на столике возле кровати...
Сдержанно поблагодарив за помощь, я мысленно возрадовалась тому, что догадалась взять у своей заказчицы чек на покупку фламинго. Теперь не составит труда предъявить его директору галереи и вернуть фламинго в целости и сохранности. Дело закрыто.

Итак, мне позвонила некоторая Серена Льюс, модная в Твинбруке писательница, и попросила найти для нее какую-то пропавшую книгу. Собрав воедино все, что я слышала об этой даме, я предположила, что речь пойдет об одной из ее рукописей, украденной конкурентами, а значит, стоит освежить в памяти закон об авторском праве - а именно на него шериф рекомендовал мне опираться в подобных случаях. Однако, приехав к месту встречи в один людный бар, я испытала разочарование: и писательница, и дело оказались совсем не такими, как я представляла.

Серена Льюс слыла мастером дамских романов и новатором в своей области, причем новаторство ее состояло в том, что она достигла немыслимого раньше уровня описания эротических сцен. То есть, если раньше, в годы моей юности, девушка читала, как в первую брачную ночь герой страстно привлекает к себе героиню, осыпая поцелуями ее лицо, и на этом наши познания в области того, что происходит за закрытыми дверьми спальни обычно заканчивались, то книги Серены буквально пестрили натурализмом и подробностями. Кажется, мне приходилось видеть одно из ее произведений в библиотеке - и как приличная девушка, я покраснела, и сильно покраснела в тот момент. Тем более странно было обнаружить, что столь откровенная дама является всего-навсего толстушкой очень средних внешних данных, частично компенсирующей это длиной юбки. Она была слишком короткой. Зато на груди Серены можно было возлечь и вздремнуть.

- Итак, расскажите мне кратко - что за книга, где вы видели ее последний раз и есть ли у вас какие-нибудь гипотезы на этот счет, - попросила я клиентку, как обычно вооружившись блокнотом чтобы ничего упустить.
- Ну... лучше вы мне, - смущенно пробормотала Серена.
- Что?!
В общем, как выяснилось, Серена Льюис давно преклонялась перед профессией частного сыщика и теперь жаждала узнать все подробности моей службы. Это было... по меньшей мере непривычно - обычно клиентов интересовало разве что: не подавали ли на меня раньше в суд за провал дела или превышение полномочий. Однако сложно устоять, когда кто-то готов слушать тебя с таким вниманием...
- Ну да, а потом оказалось, что его бывшая жена раньше была мужчиной, и платила санитару, чтобы скрыть следы операции.

Так, все, баста. Я могу болтать хоть до вечера, но на расследовании это точно не скажется в лучшую сторону. Оставив Серену осмысливать услышанное, я решительно развернулась лицом к залу и направилась в сторону дамских туалетов. Для начала выясню, не оставила ли эта дамочка свою книгу где-то там, пока пудрила носик.
Когда я уже возвращалась назад, меня перехватил какой-то парень, уже протянувший руки к моей талии.
- Но-но, - предостерегающе начала я.
- Просто танец, - улыбнулся он.
К сожалению, мне пришлось объяснить ему, что я не танцую. Ну, дело вовсе не в том, что я чудовищно двигаюсь или лишена чувства ритма - в приюте нам как-то давали пару уроков, однако вряд ли классический вальс будет хорошо смотреться под эту музыку. Ну не знаю я этих современных танцев, не знаю! Пришлось так и объяснить красавчику.

Однако спокойно уйти тогда мне так и не удалось - сильные руки крепко перехватили меня за талию, не спрашивая согласия, и уже через минуту я оказалась в центре зала, машинально двигаясь в упругом, быстром ритме. "Просто расслабьтесь" - шепнул мне невысокий мужчина в охристо-желтой футболке, чуть придерживая меня за плечи, заставляя наклоняться и сгибаться в такт его собственным движениям.
-Такая девушка, как вы, просто не может плохо двигаться, - добавил он с обезоруживающей откровенностью. И я поверила.

Когда кончилась музыка, я воспользовалась паузой и решила задать ему пару вопросов, не дававших мне покоя с первой минуты нашего знакомства. Если, конечно, это можно назвать знакомством - когда тебя вот так сдергивают с места и вовлекают в танец, которого не знаешь, под музыку, которую слышишь впервые.
- И часто вы... поступаете подобным образом с молодыми девушками? Признаться, вы меня смутили...
- Постоянно. Это моя работа, - ответил мне мой партнер по танцу и улыбнулся. У него была совершенно особенная улыбка, обнажающая две дивные ямочки не щеках.
Парня - хотя, какого там парня, мужчину, ведь ему уже перевалило за тридцать, звали Эдгар Лье - да-да, он был женат на той самой Серене Лье, что так беззастенчиво описывала постельные сцены в своих романах, и нет, его работа состояла вовсе не в том, чтобы танцевать с молоденькими девушками на глазах у супруги. Он просто вел секцию танцев в средней школе Твинбрука, и когда был в хорошем расположении духа - раздавал советы желающим.
- Мне показалось, что вы так зажаты и неуверенны. Вам это было нужно, - объяснил он позже.
А тем временем я решила воспользоваться преимуществами знакомства с мужем моей клиентки и узнать о ней больше. Может, хоть это прольет свет на ее загадочную просьбу о поиске книги.

- Книга? О, которая именно? У нас дома их полно. Хотя я, признаться, не люблю читать. Это прерогатива Серены. Я знаю о чем вы думаете: как я мог жениться на такой невыразительной девушке и не связано ли это с тем, что я недавно приехал в Твинбрук и пока не обзавелся собственным жильем? Так вот, знайте, что все совершенно не так. Я никогда в жизни не встречал более раскованной и изобретательной девушки, чем Серена...
Подивившись вкусу этого мужчины, я отправилась домой в смешанных чувства. Пока части головоломки никак не желали складываться в единую картину, однако через пару дней мне позвонила Серена Лье и сообщила, что книги, которую она просила меня найти, никогда не существовало в природе.
- Простите, что пришлось вас обмануть, - расстроенным голосом объяснила Серена. - Просто у меня был небольшой творческий кризис, и мне просто необходим был приток свежих идей для нового романа. А еще я так давно мечтала познакомиться с настоящим детективом!
Конечно, я разозлилась. И даже пообещала себе больше никогда не иметь дела с писателями, однако, надо признать, что на моих карьерных успехах надуманность моего последнего дела никак не сказалась.


Баллы: +0,25 за друга (Жюльен Кнак). Итого: 1,25

Жизнь шла своим чередом, и с каждым днем я все больше чувствовала, что принадлежу этому городу, вся, без остатка, словно я родилась и выросла в Твинбруке, впитав в себя атмосферу дымящихся труб и бесперебойно работающих заводов, а не приехала сюда пару месяцев назад в поисках лучшей жизни. Под таким углом даже моя работа приобретала совсем иное, не в пример более важное значение. Нет, только не подумайте лишнего - мне нравится моя работа, и не только потому, что я могу действовать в удобном для себя графике и выполнять задания в одиночку, без нелепого вмешательства коллег, однако все чаще, берясь за очередное дело, я думала не только о гонораре, но и о том, что мои кропотливые усилия помогают полиции поддерживать порядок на улицах. Как известно, лучше предотвратить одно маленькое преступление с помощью частного детектива, чем потом расследовать целую серию убийств.
Помимо моей новой возвышенной цели, был еще один урок, который преподала мне жизнь в своей незатейливой и грубой манере - а именно, урок осторожности - никогда не следует забывать о тех, кому ты перешел дорогу, потому они о тебе не забудут. И вообще - зловредные типы с преступными наклонностями обычно обладают на редкость хорошей памятью вкупе с привычкой запоминать даже самые мелкие счета с тем, чтобы однажды предъявить их вам под аккомпанемент зловещего смеха. И те, кто напугал Ленни Смит-Джонса, были как раз из таких.
С тех пор, как он просил меня расследовать дело о пропаже его друга, прошло уже немало времени, однако совершенно неожиданно Ленни решил напомнить о себе сначала в парке, едва не испортив мне аппетит своими угрозами, а затем еще несколько раз звонил по телефону. Я вспылила, грубо попросив его оставить меня в покое, однако вскоре пришлось признать, что доля истины в его словах была. Меня ограбили. Ну, точнее, попытались, хотя само по себе дело вовсе не напоминало заурядное ограбление.
Вынуждена признать, что по ночам я сплю, как сурок - и даже вор, если он, конечно, не топает башмаками и не гремит, как слон в посудной лавке, не способен поднять меня с кровати. Однако за пару недель до ограбление я как раз установила дома какую-то современную сигнализацию, напрямую соединенную с полицейским участком, так что злоумышленника ожидал небольшой сюрприз. Правда, я благополучно проспала все задержания, очнувшись, только когда леди-полицейский трясла меня за плечо и просила посмотреть, не пропало ли чего ценного. Как ни странно, не пропало.

Вообще, единственное, что успел сделать вор, это забраться в соседнюю комнату, отделанную под кабинет, и включить компьютер. Да, все данные о расследованиях я храню именно там, однако с каких пор преступники включают компьютер перед тем, как его украсть?
Леди-коп настоятельно просила меня быть осторожной, и, возможно, совершенно неожиданным образом и она, и Ленни могли оказаться правы, и какие-то типы с завидным постоянством проявляли интерес к моей скромной персоне.


*****
Сочтя меня вполне сносным, заслуживающим доверия сотрудником, шериф определено стал ко мне любезнее, и теперь новые дела поступали не только благодаря объявлению в Твинбрук-плэнет, напечатанному в разделе услуг, но и полиция порой подкидывала мне пару-другую интересных головоломок, не связанных с риском - ведь, в отличии от копов, мне не было разрешено носить оружие и производить аресты. Хотя... я все чаще подумывала о том, чтобы приобрести себе карманную "беретту" - идеальной дамской модели, легко помещается в сумочке и, наверное, не будет заметна под одеждой, если накинуть пальто посвободнее. Ну, не то, чтобы разгневанные клиенты так уж часто угрожали мне насилилем, просто в моем деле не следует забывать о безопасности - так где есть преступление, есть и умысел, а создатели злых умыслов не любят, когда им садятся на хвост и загоняют в угол.
Помимо пистолета, была еще одна вещь, о которой я часто думала - помощник. Водитель, корректор и разносчик пиццы в одном лице и за умеренную плату. К тому же, я многому смогла бы его научить - например, как снять отпечатки там, где за слоем пыли практически не видно цвета мебели, как не спать по три ночи подряд, как вести слежку, невидимый, словно тень, и как ничего и никогда не забывать (скажу по секрету, для этого я обычно использовала тайную умственную технику, которая включала в себя авторучку и толстый блокнот).




​Личный помощник детектива Примроуз - а что, звучит неплохо, правда, пока я не смогла бы присовокупить к звонкому названию достойную оплату, однако не теряла надежды. Может, потом, когда полностью расплачусь за участок, мне удастся немного перераспределить свои доходы. Хотя было бы здорово еще перестроить заднюю часть дома, приделав небольшую постройку навроде отдельной прачечной или летней кухни...
Пересматривая свои финансовые планы на будущее, я с ужасом понимала - ни в одном их них нет пункта "расходы на свадьбу и рождение ребенка", отчего напрашивался неутешительный вывод - замуж я не планирую, хотя уже давно прошли те времена, когда молоденькая выпускница готова была попасть из детства прямо в заботливые руки будущего супруга. Мое детство закончилось уже давно, а работа благополучно подменила все остальное. Интересно, чтобы сказали мои наставницы из церковного приюта? Радовались бы тому, что я обрела независимость или жалели одинокую никому не нужную особу?

Тем не менее, несмотря на мужчин, время от времени проявляющих ко мне интерес - иногда даже соблазнительно неодетых мужчин - моя личная жизнь по прежнему имела статус "отсутствует". И я привыкла думать, что в этом есть свои плюсы - многие люди, посвятившие жизнь борьбе с преступностью, жаловались на хроническое непонимание со стороны близких. И более половины полицейских в участке разведены. Неутешительная статистика. Стоит ли начинать, если однажды все закончится разводом? Однако вскоре мне предстояло убедиться, что не всегда жизнь без колебаний соглашается с нашими собственными планами.
Как-то раз я по обыкновению заглянула в библиотеку - на этот раз без особой цели, хотя к таковой вполне можно было бы отнести шанс застать Гудвина Гуда на рабочем месте. Да будь он хоть десять раз занят, это не мешает ему быть чертовски классным парнем! Был теплый весенний денек - а в такие в голову как раз лезут мысли о романтике и так и тянет наделать всяческих глупостей.
- Так и знал, что найду тебя здесь, - произнес насмешливый голос, и статный парень перегородил мне дорогу. Надо признать, что с нашей последней встречи Джеффри Кастор как-то неуловимо изменился, однако как именно - этого я пока понять не могла.

- Нет бы заглянуть в бар или на вечеринку... такая хорошенькая девушка не должна прятаться за стеллажами, - продолжал он, а я наконец поняла, что же в его облике меня так смутило. Тон! Таким игривым голосом обычно разговаривают с девушками, которых пытаются "склеить". "Склеить"? Не может же он перепутать меня с какой-нибудь своей одноклассницей? Может, у парня проблемы со зрением - в его возрасте подростки обычно здорово стесняются носить очки.
- Э... я уже была в баре. В красном рандеву. Так вот - на мой вкус там слишком много света и шума. Скажи, Джеффри, а как у тебя со зрением?

Он говорил что-то еще, а я просто молча смотрела, как двигаются его губы, обнажая в улыбке ряд белоснежных зубов. Кажется, у него небольшая щелка между передними зубами - но,по-моему, это смотртся даже мило. Боже, и о чем я только думаю?

- Что? А, да, конечно, - машинально выпалила я, когда Джеффри внезапно замолчал, верно, ожидая от меня какого-то ответа. И судя по тому, как вновь раздвинулись в улыбке его губы, я поняла, что ответ ему понравился.


Свидание? Черт, да как я вообще могла на это пойти? Джессика, где была твоя хваленая проницательность, когда ты своими руками записала себя в совратители несовершеннолетних? Ну, хорошо, ему уже исполнилось восемнадцать - я проверяла, но сути это не меняет - я согласилась прийти на свидание к парню, который только недавно получил аттестат зрелости.
Но с другой стороны, ничто ведь не мешает мне рассматривать это как просто встречу? В конце концов, в городе я часто видела его со всякими парнями старше себя, с тем же Брайантом, так что почему и мне не думать об этом как о прогулке младшего друга со старшим? Ведь когда я впервые увидела их с Брайантом, я же не подумала, что они встречаются?
Тем не менее, для свидания я выбрала сове самое лучшее платье. Ну, то есть, выбор был невелик, потому что лучшее платье в моем случае было единственным. У меня времени не хватает ходить по магазинам.
Ужасный фасон... Эта пышная юбка, обнажающая коленки, и две косички для завершения образа школьницы. Пожалуй, в таком наряде я и правда составлю Джеффри отличную пару. Местом нашего свидания я выбрала театр - я слышала, в тот вечер там дают отличную любительскую постановку, а искусству вообще облагораживает... И это стало моей первой ошибкой.

- Э нет, я не подписывался на то, чтобы часами напролет слушать эту пургу, - заявил Джеффри, пулей вылетая из зала еще до того, как артисты выйдут на поклон. - Это ты называешь свиданием? Похоже, что твои представление о веселье устарели лет на 20.
Не помня себя от обиды, я выскочила из здания и побежала к машине. Ну уж нет, с меня хватит! Значит, я устарела? С огромным удовольствием вернусь домой, замотаюсь в свой устаревший плед и почитаю свою устаревшую прессу.

Но не успела я сделать и десятка шагов, как некое чувство заставило меня оглянуться. Пока, резко развернувшись обратно, я в немом удивлении смотрела на разворачивающуюся перед глазами картину, разум успел зафиксировать две важные детали: скорчившуюся на асфальте даму в блекло-зеленом пальто и рассеянное свечение, вокруг нее отдаленно напоминающее человеческую фигуру, и медленно оседающего на асфальт Джеффри.
Рядом кричали и суетились люди, кто-то звонил в скорую, а кто-то радовался тому, что, похоже, смог увидеть настоящее привидение. Властно отстранив любопытных, я протиснулась к неподвижно лежащему на асфальте парню. Черт, а так он кажется таким беззащитным... Еще подросток - более хрупкий, чем хочет показаться. Когда у нас в приюте проходили уроки физкультуры, предусмотрительная сестра Мадлен всегда начинала с того, как правильно сделать человеку искусственное дыхание и оказать первую помощь на тот случай, если кто-то перестарается или получит травму. И сейчас настало время показать, что я вынесла из тех уроков.

Пара легких шлепков и искусственное дыхание быстро привели его в чувство. Открыв глаза, Джеффри первое время смотрел на меня так, словно увидел впервые, однако вскоре взгляд его приобрел более осмысленное выражение.
- Э... типа спасибо. Для меня это много значит... Ну, то есть, на самом деле я хотел бы поблагодарить тебя по-нормальному, но...
- Джеффри, езжай домой! - резко оборвала я. - Тебе вызвать такси или справишься сам? Я хочу спать, у меня был тяжелый день, и к тому же я только что видела настоящее привидение...

- Нет! Я не шучу, - неожиданно твердо добавил он, обхватывая меня за плечи и разворачивая к себе. - Вы... вы остались тут и не бросили меня валяться тут одного. Никто из моей семьи не сделал бы для меня такого! Дьявол, да я вообще не знаю никого, кто мог бы обо мне так заботиться...

Да-да, вот только не нужно изображать из себя одинокого ковбоя, хорошо? Поймав себя на том, что, похоже, я снова пристально смотрю на его губы, я велела себе немедленно прекратить. Пропустив момент, когда он шагнул вперед, прижимая меня еще ближе, я очнулась только обнаружив себя в крепких мужских объятиях. А руки у него, надо признать, сильные. Мальчик повзрослел. Я смолчала, позволив ему постоять так пару минут. Визжать, изображая из себя оскорбленную невинность, было не в моем стиле, хотя все это и слишком для первого свидания. И последовавший вслед за этим поцелуй также не входил в мои планы.

Джеффри вряд ли когда либо раньше целовался с девушкой - я поняла это по тому, как неумело прижался он к моим губам своими, и по стуку его сердца, грозившего сломать грудную клетку. Целуется впервые - неужели ни одна из его одноклассниц ни разу не подпускала его так близко? А, впрочем, я ведь даже не знаю, ходил ли он раньше на свидания. Вздохнув, я мягко отстранила его, легонько погладив по плечу.
- Может, во второй раз будет лучше? - кое-как справившись с собой, предположил он.
- Что будет лучше?
- Ну, свидание. Я имею в виду второе свидание.
Что? Когда это я дала согласие на вторую встречу? Снова вздохнув, я решила пока не поднимать эту тему.
- Пойдем, отвезу тебя домой. Ведь я правильно поняла: собственного автомобиля у тебя нет?


Баллы: +0,25 за друга (Джеффри Кастор). Итого: 1,5

Шло время, и приближался день моего тридцатилетия. И хоть пока я не решила, как относится к тому, что из смешной девчонки с косичками я превращалась в почти взрослую даму, я собиралась отпраздновать это событие по всем правилам. В конце концов, тридцать лет бывает только раз в жизни, а дальше ты уже просто бессовестно привираешь о своем возрасте. По правде говоря, я и не знала, что там положено делать в день рождения - в приюте мы просто пекли пирог с начинкой и распивали псалмы, собравшись за столом, однако я не была уверена, что мои новые знакомые из Твинбрука знают хотя бы один псалм. А еще я не умела печь пироги, и это, пожалуй, было главной причиной, по которой я больше не собиралась продолжать традицию, начатую в приюте. Лучше пусть будет торт из кондитерской и танцы.
Единственным человеком, на мой взгляд кое-что понимавшем в вечеринках, была Эми Булл, и к ней-то я и обратилась с просьбой помочь мне организовать все как надо. Деньги значения не имели - хотя я предупредила, что зарплату нам выдали уже две недели назад, так что с финансами у меня было туго - никаких клубов или ресторанов, максимум - пикник на травке или посиделки в кухне. С учетом предсказаний о дожде, напечатанных в "Твинбрук-плэнет", мы с ней предпочли второе. К тому же кухня в моем доме достаточно просторна, чтобы вместить всех - я ведь не планировала звать к себе полгорода.
- Итак, первое правило - музыка, - наставляла меня Эми. - Она должна звучать постоянно - но ради бога, не включай им записи с классических концертов. Лучше радио. Да, и еда - ее должно хватить на всех. Кажется, ты не слишком любишь готовить, так что просто закажем пиццу. Ну, и будет совсем здорово, если ты разрешишь всем курить на кухне, а не выходить для этого на улицу.
Помимо предстоящего праздника, была еще одна вещь, которая изрядно меня беспокоила - попытка ограбления просто не шла у меня из головы. Дурость какая-то - желая лично во всем разобраться, я съездила в участок, где мне сказали, что забравшийся в дом вор слыл в городе большим "специалистом" по такого рода делам. И на допросе он не сказал ни слова о том, почему выбрал именно мой дом, а через пару дней его вообще вытащил под залог какой-то адвокат. В участке недоумевали - что могло понадобиться в моей квартире типу, по неофициальным данным, однажды стащившему скульптуру русалки из хорошо охраняемого музея. НУ разве что мой телевизор - по-моему, он будет даже постарше этой скульптуры.
Как-то раз, когда я уж не помню по какому делу прогуливалась по городу, меня остановила женщина. На вид я дала бы ей не больше сорока, однако седые, словно лунь, волосы, выдавали возраст, и возраст немалый. Скорее всего она даже приходилась кому-нибудь бабушкой.
- Ты знаешь, что за тобой хвост? - сразу начала она, и, сделав вид, что хочет сказать что-то на ушко, заставила меня наклониться ниже. - Вот, смотри, я научу тебя, как это определить. Всегда замечай, что у тебя за спиной, но никогда не показывай, будто что-то подозреваешь. Лучше сделай вид, что остановилась попудрить носик или любуешься цветами. Кстати, всегда носи с собой пудреницу с зеркалом. Эти маленькие зеркала дают отличный обзор без необходимости себя выдать. А сейчас улыбайся и смотри туда, куда я показываю пальцем. И хихикай глупо - умеешь? Вот и хорошо. Будем делать вид, что обсуждаем вон ту семейку, которая выгружается из своей тачки. Видишь, теперь он будет вынужден пройти вперед, потому что на таком открытом пространстве ему негде спрятаться. Но он все равно постарается снова сесть тебе на хвост, когда ты доберешься до центра.

Женщину звали Мэриголд Рэкет. И она была членом самой незаконопослушной семейки во всем городе. И, кстати, близкой родственницей шерифа. В общем-то, именно этим и объяснялась ее своеобразная забота.
- Не хочу, чтобы малыш Дадли переживал, если с тобой что-то случится, - пояснила она в ответ на мой недоуменный взгляд. - Да-да, он говорил мне о тебе. Знаешь, в нашей семье есть поговорка: "полиция арестовывает только тех, кого им позволено". Подумай об этом на досуге - ненужное геройство не доведет тебя до добра. И не забудь: всегда следи, что у тебя за спиной.
Пытаясь разобраться в том, что же конкретно имела в виду эта женщина, я решила задать вопрос шерифу напрямую. Вопрос из серии "скажите, а что все-таки связывает вас с миссис N".
- Ничего, кроме родственных отношений, - отрезал он, и я впервые в жизни увидела его настолько раздраженным. - А теперь, если ты закончила задавать мне дурацкие вопросы - можно мне уже приступать к работе?
Вот это было старнно. Дадли явно был близок с той женшиной, гораздо более близок, чем хотел показать. Но при этом всегда утверждал, что порвал все отноешения с семьей, и больше с Рэкетами его ничего не связывает. Неужели, то была всего лишь отговорка, чтобы не вылететь с работы? Но если так - как же тогда сочетается служба в полиции и общение с людьми, которые "держат" половину преступного мира Твинбрука?
Пока я мучлась размышлениями, все ближе подступал день Х, то есть день моего тридцатилетия. Я попросила всех прийти к вечеру, чтобы успеть по дороге забрать торт из кондитерской, тем более, что теперь дорога занимала у меня почти вдвое больше времени. Да, ужасная новость - я лишилаьс моего "Жучка"! В него оказались напиханы какие-то жутко редкие и старые запчасти, так что мне намного дешевле было просто продать его, чем заменить их все, как того требовали в мастерской. И хотя моя привязаннось к этой машинке была велика, здравый смысл победил.
​Помню, как вбежав дом и едва успев переодеться, я стояла на кухне и смотрела на праздничный торт долгим, задумчивым взглядом. Тогда мне казалось, что вот это вот покрытое глазурью и свечками изделие и есть причина и повод того, что я неизбежно старею, и стоит мне выбросить его в мусорку и заявить всем, что вечеринка отменяется, как все исчезнет, словно дурной сон, и никакие тридцать никогда не наступят. Однако я этого не сделал - как я уже говорила, я становлюсь на редкость рассудительной особой.

На вечеринку пришли все, кого я пригласила - Гудвин, Эми, Жюльен Кнак, Уей, а еще те, кого я не приглашала - я имею в виду ту сухонькую старушку в светлом платье, кроем напоминающем ночную рубашку. Понятия не имею, откуда она взялась - никто из гостей вроде не предупреждал о том, что захватит с собой любимую бабулю. Решив быть вежливой и милой, как настоящая хозяйка, я узнала, как ее зовут. Оказалось - Рози Велофф. Помню ее. Хорошая, респектабельная семье. Но в чем же дело - ведь последний раз, когда я видела ее в городе, она была молодой энергичной женщиной в классическом костюме?
- Отличный торт, - похвалил меня Уэй, усаживаясь напротив, с таким видом, словно пекла его я, лично. Наверное, ему бы хотелось так - я где-то слышала, что он обожает поесть и женщин, умеющих готовить. Хотя живет в одном доме с двумя холостяками, каждый из которых едва ли может сварить макароны.

- Ты бы пошла в гостиную - кажется, эта Рози уже решила попробовать себя в роли бабули, и сейчас вовсю отчитывает того мальчишку.
- Какого мальчишку? - непонимающе спросила я, а потом вспомнила. Я ведь предложила Джеффри прийти! Но ведь я была уверена, что он этого не сделает...
Даже не доев торт, я бросилась туда. И почти вовремя - Рози как раз примеривалась, как половчее избить этого недоумка клюкой.
В гостиной меня отловила Эми, с загадочным держа что-то за спиной. Судя по тому, что мне вот-вот стукнет тридцать, я предположила, что мой подарок. Только к чему такая таинственность?

- Э... благодарю, - промямлила я прямо в ее горящие энтузиазмом глаза, разворачивая обертку и разглядывая нечто, напоминавшее полупрозрачный купальник из гипюра. В этом точно удобно ходить на пляж? Не уверена, что он хорошо сохнет.
- Дура, - коротко определила Эми. - Это никакой не купальник. И ходить ты в этом будешь не на пляж, а в спальню. Ну, молодые парни ведь любят всякие рюши и кружева. К тому же, он прикрывает достаточно тела - а ты, милая, уже в том возрасте, когда нужно слегка приоткрывать, а не скидывать с себя все.
- Молоденькие парни? - переспросила я с таким видом, словно меня только что хорошенько огрели по голове.
- Ну да, - не смутилась Эми. - Ты ведь пригласила сюда этого Джеффри - а разве это не значит, что вы теперь встречаетесь? Ну, ты ведь собиралась попросить его остаться после праздника - ну там, посуду вымыть и все такое. А потом - бутылка шампанского, припрятанная в холодильнике специально для такого случая, и - вуаля? Милый, а сейчас хочу свой подарок - тебя. Знаешь, я бы тоже так сделала. Лучшего повода провести ночь вместе и представить трудно.
- Что? Нет, конечно нет! - вяло возмутилась я в ответ, однако меня не покидала одна мысль, сделавшее мое возмущение каким-то уж слишком вялым - то, если Джеффри думает также, и уже расценил мое приглашение как предложение остаться на ночь? О нет, я срочно должна спровадить его из моего дома в первых рядах! Может, попросить кого-нибудь подбросить его домой? У него ведь до сих пор нет ни машины, ни прав.
- Милая вечеринка, - бросил мне Гудвин Гуд, проходя мимо, пока я с нелепым выражением лица искала способа избежать совращение малолетних этой ночью. Странное дело - такие простые слова, однако от них немедленно запылали и лицо, и шея. И как этому Гудвину удается быть таким сексуальным, не выходя из роли "хорошего парня"?

- Отличная вечеринка, - сообщил мне тот, кто мог стать главным виновником всех несчастий сегодняшнего вечера, и в подтверждении своих слов поднял вверх большой палец. И что-то в его словах, а также облике, растерянном и виноватом одновременно, заставило меня насторожиться.

- Так во сколько ты должен быть дома? - как бы невзначай поинтересовалась я, стараясь сохранять спокойствие. - И хоть тебе уже есть 18 - я ни за что не поверю, что твои родители не установили никаких правил на этот счет.
- Н... такие веди и я сам в состоянии решить! - тут же взвился Джеффри, однако помимо раздражение в его голосе теперь явственно звучало что-то еще, и этим чем-то - теперь я знала это точно, был страх. Он боится? Но чего? Того, что я выставлю его вон, не дав попробовать именинный пирог?
- Выкладывай все, - решила я, для верности чуть понизив тембр голоса. Окружающим необязательно знать о моих "педагогических потугах" в отношении этого трудного подростка.

*****
В общем, все оказалось почти так, как пророчила Эми - за некоторым исключением: у меня в холодильнике не было шампанского, и я не просила его остаться и помочь с посудой. Я просто разрешила ему переночевать в моем доме, потому что после последней семейной ссоры отец выставил чемодан с его вещами за дверь и велел не приближаться ближе, чем на двести метров. Не могла же я выгнать его на улицу. Я думала предложить Уэйну или Гудвину забрать его к себе, однако они ведь и сами делят площадь с другим жильцами, а прежде чем приводить в дом животное или неуравновешенного подростка, стоит спросить их мнения. Я как-то сомневалась, что они будут в восторге. Я же не была.
- Запомни три правила, пока ты живешь здесь: мыть за собой посуду, убирать постель или хотя бы набрасывать на нее покрывало, и правило третье и самое главное - никакого шампанского.

- Да, Джес, спасибо... Это правда много для меня значит, - столько неуверенности в голосе. Черт, а я думала, что он будет рад тому, что я не отправила его спать на улицу.
- И прости, что я без подарка - сегодня у меня ужасно трудный день, но я обещаю все исправить, - и словно в подтверждение своих намерений, этот паршивец привлек меня к себе и поцеловал. На этот раз он не спешил, и чувствовал себя явно более уверенно, так что я невольно задумалась: а не выпадала ли ему возможность потренироваться со времен нашей последней встречи?


Однако спать в тот вечер он все же отправился на диван. Все-таки, я недостаточно много выпила для такого.

Баллы: без изменений

​
Утро того дня, когда мне стукнуло тридцать, начиналось совсем не так, как я себе представляла. В мечтах я просыпалась от звонкого детского смеха и кофе в постель приносил мне мужчина, надевший обручальное мне кольцо на палец, а наяву поднял с постели препротивный звук будильника, без всякой жалости намекавший, что пора на службу - и что у сыщиков не бывает выходных. Никогда не знаешь, когда тебе позвонят и скажут "есть работа", так приходится быть готовой постоянно.


И хотя я уже перевалила за рубеж, за которым в семнадцать казалась себе жуткой старухой, мне казалось, что почти ничего не изменилось. Почти ничего. "Почти" - очень верное слово. Женщины с годами имеют свойство все больше отдаляться от того образа беззаботной юности, что был свойственен им, как кажется, совсем недавно, так же случилось и со мной - и теперь из зеркала на меня смотрела зрелая и немного усталая от бесконечной бумажной рутины женщина с довольно самоуверенными видом. Не скажу, что я себе так уж не нравилась, однако мне как будто чего-то не хватает. Эми часто говорила, что отправляется по магазинам всякий раз, когда не может назвать сове отражение в зеркале "красоткой", так может, так же поступить и мне? Ну, подобрать пару платьев и новое белье вместо той прозрачной занавески, что всучила Эми в качестве подарка. Вот только я мало что понимала в моде, поэтому решила довериться профессионалу. Конечно, можно было бы просто позвонить Эми - но я не была уверена, что хотела перенимать ее стиль.
- Так, ешь быстрее, мы идем к стилисту, - объявила я Джеффри за завтраком. Надо сказать, что со временем мои вафли стали казаться почти вкусными - во всяком случае, Джеффри уплетал за обе щеки, хотя и не говорил не слова. В его возрасте он явно еще не умеет делать женщинам комплементы, но это в целом поправимо.

*****
- Итак, мне давно пора сменить наряд на что-то более респектабельное, к тому же ты сам как-то сказал, что я безнадежно устарела. Так что мы здесь - и раз уж пришли, то почему бы не подобрать что-нибудь и для тебя? - заявила я своему новому соседу по дому, стоя перед входом в салон красоты Барни. - Тем более, что большая часть твоих рубашек осталась дома - и однажды твой брат может быть даже скажет тебе "спасибо" за почти новые вещи, которые ему пришлось донашивать.

- Итак, давайте посмотрим, - деловито начала молоденькая девчонка, пообещавшая преобразить меня "всего за несколько минут". - У вас теплый оттенок кожи и светло-каштановые волосы - думаю, вам подойдет золотисто-коричневая гамма. И мой вам совет - сходите к хорошему парикмахеру и обязательно смените прическу. Такие косички были актуальны лет 15 назад. Постойте тут, а я пока проверю, что еще у нас есть из того, что вам бы пошло.
Я задумчиво смотрела на подобранный наряд и пыталась оценить, стоит ли он потраченных денег. В целом мне скорее нравилось - широкие коричневые брюки из плотной шерсти хорошо облегали в области талии, а блузка не выглядела ни слишком официально, ни излишне мило. Хотя мои наставницы в приюте бы упали в обморок, узнав, что я надела брюки, причем отнюдь не для подъема на гору или для работы в саду. Впрочем, современной женщине, чья работа состоит в том, чтобы сутками носиться по городу, это позволительно.
Не успокоившись на этом, я затащила к зеркалу еще и Джеффри, придирчиво осмотрев его фигуру под светом множества ламп.

Пожалуй, неплохо - он достаточно высокого роста и жилистый, так что вряд ли наберет лишний вес к тридцати. Внешностью он скорее пошел в своего отца - у Беверли, насколько я помню, более мягкие черты и светлые волосы. А вот откуда взялся этот почти хищный прищур и взгляд, отрешенный, словно он смотрит сквозь собеседника? В любом случае, я бы смело назвали его парнем с весьма интересной внешностью.
- Почему бы тебе не подстричь волосы? - зловеще спросила я, явно дурачась, пока девушки-помощницы бегали за одеждой. - Или хотя бы их причесать. Тебе не говорили, что челка, так спадающая на лоб есть признать того, что тебе есть что скрывать?

Полученный результат мне понравился. Джеффри, кажется, упоминал о том, что работает кассиром - так вот, думаю, что это произведет больше впечатления на его нанимателей, чем заношенные спортивные брюки. Мне иногда кажется, что он носил их, еще когда учился играть в бейсбол.
- А те брюки оставим для дома. Надо же тебе что-то надевать, когда будешь прочищать раковину на кухне, - игриво заметила я, краем глаза продолжая рассматривать его в зеркало. Черт, выглядит так, как будто у нас свидание - уже второе по счету, и мы парочка, которая дурачась и смеясь, выбирает друг другу одежду. Но я-то отлично знала, что это не так. Чего явно не скажешь об окружающих.

Перед уходом я все же позволила Джеффри самому подобрать мне наряд. И пришла в суеверный ужас от его вкуса - неужели вот эта девица в непомерно коротких шортах и впрямь смахивает на девушку его мечты? Тогда ему явно следует пересмотреть свои представления о прекрасной половине человечества.

- Мне нужно бежать - клиент собирался встретиться со мной после работы, - осторожно начала я, прикидывая, не слишком ли большой ошибкой было доверить ему запасные ключи. - Но перед тем как я уйду - обещай подумать над одной вещью, хорошо? Я о твоей работе. Слышала, ты помогаешь в книжном на пол ставки. Так вот - раз уж ты больше не живешь с родителями, то придется самому думать о финансах. Тебе придется стать полностью самостоятельным, ведь они, скорее всего, больше не станут тебя содержать. Может, для начала стоит поговорить с твоим начальством, чтобы ты мог работать полный день?

Уезжая, я чувствовала себя кем-то вроде строгой мамаши, наставляющий сына-оболтуса на путь истинный. Черт, да в некотором смысле так и было! Конечно, я не его мать - и слава богу, учитывая некоторые мои желания в отношении него, однако я просто обязана объяснить ему все то, что могли не донести до его сознания родители. Особенно если не хочу, чтобы он жил у меня вечность. А так и будет, если ему не на что будет снять отдельную квартиру.

А тем временем меня ждало новое дело - и будущий конгрессмен по имени Бадди Бейли. Как выглядят политики? Не знаю, как насчет вас, а я всегда представляла себе серьезных и представительных до кончиков ногтя молодых людей в скучных деловых костюмах. Мой новый клиент оказался совсем не таким - чего только стоит этот немыслимый ирокез на его голове, хотя я еще готова допустить, что рубашку и брюки он взял с собой. Не думаю, чтобы в здание конгресса пускали в таком виде. Однако что же он тогда делает с прической? Я испытала жгучее желание проверить, не съемная ли она.
- Кто-то из этих пронырливых акул пытается меня подсидеть, - заявил мне Бадди, минуты три энергично тряся мою руку в качестве приветствия. - И я хочу, чтобы вы узнали, кто именно. Ну там, установите жучок или слежку за его домом - я такое в кино видел.
Я улыбнулась. Часто люди неверно представляют себе профессию сыщика. Боюсь, что мне придется его разочаровать - для того, чтобы раскрыть его дело, мне даже не понадобиться устанавливать слежку.
- Расскажите о своей работе, - попросила я. - Главное - это найти мотив, а так мы узнаем, у кого из ваших коллег он самый явный. А еще было бы просто чудесно, если бы вы показали мне ведомость из бухгалтерии. Ну, ту, что касается заработной платы сотрудников.
- Есть, мэм, - мужчина снова улыбнулся и шутливо "отдал честь". С ним было на удивление легко и спокойно, словно со старым другом, и я невольно ловила себя на мысли, что, если приглядеться как следует, он окажется весьма симпатичным парнем. Не без странностей, но симпатичным. Надо будет узнать, есть ли у него подружка.

Когда мы выходили из здания после проверки документов (я почти наверняка знала, кого мы ищем, хотя для клиента требовалось подыскать более весомые доказательства) - я все же спросила Бадди насчет подружки. И получила ответ "мое сердце свободно, как ветер, для любой хорошенькой девчонки, и семь из семи вечеров в неделю тоже". Тоже мне, шутник. Как только попал в политику с такой улыбкой и чувством юмора - хотя, с таким открытым лицом ему бы в сенаторы баллотироваться, Пиар-кампании даже не придется усердствовать, чтобы объяснить, что "это наш кандидат". На прощанье, отчаянно краснея, я лепетала что-то о компьютере, который давно подумываю приобрести, и о том, что ничего не понимаю в технике - и была, наверное, единственной на планете девушкой, которая флиртовала с мужчиной, твердя слово "компьютер" около двадцати раз за минуту.

А дома меня не ждало ничего нового - все тот же подогретый ужин, оставшийся со вчерашнего дня, и непривычно молчаливый Джеффри. Впрочем, почему непривычно - возможно, для это не так уж и необычно, молчать - как-то не замечала я за ним раньше наклонностей шутника и балагура. Напротив, он слишком замкнут в себе и наверняка считает себя ужасно одиноким.
- Как работа? - попыталась я начать разговор, однако Джеффри, весь поглощенный какой-то книгой, меня даже не услышал.





Баллы: +0,25 за друга (Бадди Бейли). Итого: 1,75

​Жизнь продолжалась, и... черт, лучше даже не спрашивайте, что это. Да, диван в моей гостиной знавал и лучшие временами и, похоже, не был рассчитан на то, чтобы кто-то на нем спал. Так что после того, как мы совместными силами отнесли его на помойку, перед Джеффри встал серьезный вопрос, где провести ночь. И... да это только один раз! К тому же, все было более чем невинно - пара неловких объятий во сне, в общем-то, и все. Я не стала бы стесняться, даже если бы за стенкой спали его родители - я-то отлично знаю, что уж что-что, а такого греха на мне нет!
Джеффри был непривычно тих и задумчив - мы едва перебрасывались парой слов перед тем, как он уходил на работу, а я отправлялась следить за кем-нибудь или обыскивать чужие почтовые ящики. Странно, что этот парень смог не поладить с семьей - да он почти идеальный ребенок, его не видно и едва слышно, а еще он быстро приучился мыть за собой тарелки. Пожалуй, я без особых усилий позволила бы ему остаться тут еще ненадолго, однако до сих пор не могла решить, в каком качестве я хочу видеть его в своем доме. Для бойфренда мы были явно недостаточно знакомы - да и где это видано, съезжаться с мужчиной после первого же свидания. К тому же, я совсем не считала, что быть парой в нашем случае - хорошая затея. Ну, пары ведь планируют совместный уикенд и готовятся к свадьбе, обсуждая, как назвать первенца - а чего я, собственно, я хочу получить от парня, который только недавно устроился на свою первую работу? Ни о какой свадьбе не могло бы быть и речи до те пор, пока он не купит машину и не внесет свой первый вклад за дом. Сосед по комнате, кстати, мне также был не слишком нужен - может, мой дом и не самое шикарное место в Твинбруке, однако с моим нынешним уровнем дохода я могла себе его позволить и без вложений со стороны. В конце концов, постепенно я привыкла считать, что просто оказываю Джеффри услугу - пока он не встанет на ноги или не оправится от сложных семейных взаимоотношений. Да, хоть он и держался отстранено, я не верила, что он на самом деле ни капельки не переживает.

Надо признать, что, хоть я и считала, что отлично понимаю чувства этого парня в данный момент его жизни, он все же не был для меня так же прост и понятен, как дело о неверном супруге. Джеффри молчал, не желая делиться со мной проблемами, а я не хотела давить на него, опасаясь спугнуть и навсегда потерять доверие. Вот только не нужно мне говорить, что у него нет проблем: парень, который живет в доме своей случайной подружки старше себя на десяток лет, просто погряз под их гнетом. И так уж получалась, что об основных событиях его жизни мне приходилось узнавать из самых неожиданных источников. Например, от Эми.
- Ты даже не представляешь, что произошло в салоне Барни!- заявила как-то она мне. - Настоящая мелодрама. Скажи, а ты знала, что твой приятель раньше встречался с Чейс Бейлесс? Ну, так вот, он с ней встречался. И порвал примерно через пятнадцать минут после того, как ты ушла из салона.


Я вздохнула и мысленно приказала себе успокоиться. Иногда окружающие люди бывают слишком эмоциональны и не совсем верно оценивают обстановку, и задача хорошего детектива в таком случае - отделить зерна от плевел. То есть понять, где говорят факты, а где - чувства. Итак, начну, пожалуй, с того, что уточню у Эми, почему это она решила, что Чейс была подружкой Джеффри и сейчас они расстались.
- Ну это же очевидно, - Эми даже слегка обиделась на меня за то, что подвергаю сомнению ее самые свежие сплетни. - Это было понятно из их разговора. Они ведь здорово кричали, так что никому даже не приходилось вслушиваться. Она еще говорила что-то о том, как он смеет пользоваться ею и при этом не любить.
Я вздохнула еще раз. Что ж, Эми считает, что отлично разбирается в любовных взаимоотношениях, так что поверим ей на слово. Они встречались. Но тогда зачем Джеффри было бросать ее так внезапно и таким образом? Хочет порвать все, что связывает его с прежней жизнью и семьей? Завел с ней интрижку от скуки, а теперь развлекается совсем по-другому? Или...
Слишком много "или". Я ничего не узнаю иначе, чем от самого Джеффри, а обсуждать с ним эту тему я не собиралась еще долго. Может, мне тогда стоит повторить с Чейс? Кажется, это она работала со мной в салоне и показалась в целом милой девушкой. Но одно маленькое "но" - увидев нас с Джеффри вместе, она могла точно знать, что мы не являемся близкими родственниками. А значит, у нас вполне могли быть... отношения - о, наконец-то я сумела произнести это слово, хотя все это глупость несусветная. Хотя что в таком случае должны подумать горожане, которым ничего неизвестно о моих скрытых педагогических талантах? Именно это. Я едва застонала прямо в трубку - и почему я думала, что факт нашего с Джеффри совместного проживания пройдет мимо ушей местных сплетников?
- Ладно, я что-нибудь придумаю, - пообещала я слегка обескураженной Эми. - А сейчас, будь добра, окажи мне одну слугу - сходи в книжный и узнай, как у Джеффри дела на работе. Мне сегодня некогда.
Я не солгала ни разу, сказав, что сегодняшний мой день буквально переполнен планами. Во-первых, мне надлежало явится в участок - забрать продленную лицензию и подписать документы о повышении зарплаты - это самая приятная часть в повышении. Во-вторых, ратуша. После того дела о боящемся за свое место Бадди Бэйли мне пришлось побывать там второй раз - получить какую-то награду за поиск пропавших горожан.

Ну, на самом деле, все эти люди, как правило, вовсе не были похищены, а просто скрывались от своих слишком настырных друзей или вторых половинок, однако награда мне все ранво полагалась. Ну, и в третьих меня ждала встреча с клиентом - небезызвестный мне будущий политик с оригинальной прической жаждал подробностей.
- Отлично выглядите, мисс, - поприветствовал меня Бадди, сверкая белозубой улыбкой и галантно целуя ручку при встрече. - Очень рад, что наша разлука была недолгой.
- Я тоже, мистер Бэйли, я тоже. Скажите одно - почему именно парк? Знаете, обычно люди предпочитают не афишировать тот факт, что нанимают частного детектива.

- Сегодня отличная погода, - последовал незамедлительный ответ. - Просто я подумал, что вы нечасто выбираетесь на природу, вот и решил помочь вам совместить одно с другим.
Он милый. Определенно. Хотя скорее всего из тех парней, что флиртуют понемногу и со всеми. Вкратце отчитавшись о проделанной работе, я протянула клиенту папку с подробными пояснениями насчет того, почему думаю, что это их новая секретарша пытается отобрать у него работу. Скорее всего, он тоже недооценил силу женских чар и женских амбиций.
- Спасибо, - от души поблагодарил Бадди, слегка приобнимая меня на прощание.
- Э... мистер Бэйли? - неуверенно спросила я, однако, приобнимая его в ответ.

- Просто Бадди, - добавил он. - И не смотрите на меня с таким ужасом, это просто прощание. Где еще я могу по-дружески обнять девушку, не опасаясь обвинений в домогательстве?
Кстати, о работе. Похоже, мне наконец удалось убедить большинство сотрудников участка в том, что со мной можно работать, хоть я и женщина. Однако мечты о табельном оружии меня не оставили - шериф пообещал, что подумает, после того, как я предоставлю ему справку о своем психическом здоровье и пару раз схожу с ним в тир. Пока же я решила не терять время и заняться своей физической формой. Это пригодиться - и не только для того, чтобы бегать за почтальонами и подозреваемыми.

Не долго над этим думая, я приобрела абонемент на месяц и, швырнув в спортивную сумку пару кроссовок, отправилась в спортзал - по счастью, он не очень далеко от моего дома. И меня ждали сразу два не самых приятных открытия - "я не слишком круто смотрюсь в спортивной форме" и "физические упражнения это трудно". Впрочем, второе расстроило меня не в пример больше - как-то неприятно осознавать, что по уровню спортивной подготовки ты недалеко ушла от пенсионера на соседнем тренажере.


И вот когда я, вымотанная до предела, уже шла домой, у меня снова зазвонил телефон. И Бадди Бэйли жизнерадостно сообщил, что правильно записал мой номер в участке и уже заучил его наизусть. Ну, а вообще-то он снова собирался предложить мне работу

Супермаркет и слишком высокие цены. Черт, неужели его и правда это интересует? Не думаю, что на его зарплату он не может купить себе дюжину яблок, или дело в чем-то другом? Еще немного, и я бы сказала, что его и правда беспокоит благосостояние горожан, которые не работают в ратуше и не получают ежемесячно кругленькую сумму. Но это маловероятно. Тем более, что он, похоже, пока не собирается баллотироваться в городской совет, и завоевывать популярность у народа ему вроде ни к чему.

Баллы: без изменений

​Я все еще не могла отделаться от мысли, что поведение Джеффри является несколько странным, нетипичным даже для сложного подростка вроде него. Черт, я снова сказала "подросток" - наверное, Джеффри бы страшно разозлился, услышав от меня такое. В его возрасте хочется казаться взрослее и старше, чем на самом деле, и все же - вся его фигура, начиная от прически, которая наверняка не нравилась его матушке, и заканчивая некоторой угловатостью движений напоминала мне именно о подростковом желании чувствовать себя более уверенно и защищено и одновременно с этим отличаться от всех остальных.
Частично разгадать эту загадку мне помогла Эми - ворча на все лады о том, что я безжалостно эксплуатирую наше знакомство, она все же сходила в книжный узнать, как у Джеффри дела на работе, и вернулась со странными новостями - он там больше не работает. Скоро неделя, как парень уволился, обрубив напоследок себе все концы. Я была удивлена - мне казалось, что он хорошо понял мои доводы насчет финансовой независимости, однако продолжала делать вид, что ничего не знаю. Не могу же я вот так прийти к нему и заявить, что не совсем ему доверяю и поэтому устроила за ним едва ли не слежку?
Оставался вопрос - чем же, в таком случае, занимается Джеффри Кастор в свободное от сна и еды время? И хотя раньше я всегда думала, что ни за что не стану использовать служебное положение в личных целях, сейчас у меня просто не было выбора. Не могу же я отправить Эми присматривать за ним - а скорее всего, он отлично помнит, как она выглядит, еще с той вечеринки по случаю дня рождения, и не могу следить за ним сама, взяв напрокат фургон. Тем более, что если он вдруг что-то заметит - более глупой ситуации нельзя будет и представить. Я вовсе не собиралась разоблачать его или что-то в этом духе - пока мне просто необходимо было знать, что с ним происходит.
В участке мне сообщили крайне интересную вещь. Гораздо более интересную, чем я ожидала. Оказалось, что с недавнего времени Джеффри Кастор был зачислен в штат полиции. Правда, пока только в качестве стажера и с испытательным сроком, но кое-кто считал, что у парня большое будущее. Пока, правда, ему доверяют разве что опрашивать народ для статистики да изредка перевозить документы, но шериф уже подарил ему свой экземпляр "Краткого свода законов Твинбрука" - а это означало, что скоро ему дадут работу посерьезней.


Сдержавшись, я даже не стала допытываться, почему ни единая живая душа не сказала мне ни слова - во-первых, я не хотела афишировать наше с ним близкое знакомство, а во-вторых - тот факт, что мы живем в одном доме, еще не обязывает других докладывать мне обо всех его поступках, словно я его мать. Это ведь не так. Хотя, если говорить о настоящей его матери - полагаю, она сейчас была бы рада, что он работает в полиции, а не толкает травку в подвале какого-нибудь бара.
Однако тот факт, что меня ужасно беспокоит поведение и поступки этого парня - и я отчаянно хотела бы уберечь его если не от глупостей, то хотя бы от последствий, заставлял меня все чаще задумываться о том, что мне пора бы завести и собственных детей. Одного или двух - а еще нормальную семью, чтобы воспитать их должным образом. Мне ведь уже не семнадцать - и тот факт, что по мнению Эми, я завела себе молоденького дружка, этого не меняет.
Однако, была еще одна вещь, которую мне необходимо было обсудить с Джеффри. Мистер Пруденс. То есть, не сам мистер Пруденс, а то, о чем он хотел со мной поговорить и что напрямую касалось Джеффри. Этого я не могла не замечать. Мы по-прежнему ужинали молча, однако позже, застав его за мытьем посуды, я решилась говорить прямо. По возможности.

- Не замечала в тебе такого пристрастия к чистоте, - одобрительно сказала я, глядя, как он возиться там в облаке мыльной пены. - Если бы ты еще выносил мусор, то был бы просто идеальны мужем. Ладно, извини...
Взгляд Джеффри, непонимающий и просящий, мигом заставил меня замолчать и, более того, почему-то породил по мне легкое чувство вины. А мне это не нравилось. Черт возьми, да чего от меня вообще хочет этот парень, если на сегодняшний день я уже дала ему все, что могу - жилье и возможность поговорить с кем-то, когда захочется? Неужели он думает, что я должна еще и вести с ним душещипательные беседы о его разрыве с подружкой и новой работе - которую я, кстати, не одобрила бы?
- Мне звонил мистер Пруденс, - вот теперь уже точно переходя к сути дела, начала я. - Он был немного обеспокоен тем, что видел тебя вместе со своей дочерью возле закусочной. Видишь ли, Пэнси немного... странная, так что обычно он сильно беспокоится о ней...
- О том, чтобы ее никто не обидел? - перебил меня Джеффри, наконец отложив эти проклятые тарелки - более нудного занятия, чем мыть их, и представить себе сложно - и как он вообще согласился делать это добровольно? - Вы хотели сказать - она немного ненормальная, да? Я понял это. У нее аутизм или что-то в этом роде. В конце концов, нетрудно догадаться - она сейчас должна была бы пойти в старшие классы, однако я ни разу не видел ее в школе.
Я молчала. Впрочем, Джеффри, кажется, не сильно и нуждался в моих комментариях.


- Вы думали, что я хотел причинить ей вред или посмеяться над ней? - продолжал Джеффри, и ее хваленое самообладание постепенно отказывало ему с каждой секундой. - Вы думаете, что я на это способен? Я просто хотел поговорить с ней. Она выглядела такой... одинокой, и я подумал - она ведь почти как я... И, между прочим, она милая и смышленая. Вы знали, что из всех предметов, которые ей преподают на дому, ей больше всего нравятся физика и литература? А что она хочет стать астрономом, когда вырастет?
Я все еще молчала. По правде говоря, меня вообще мало интересовал вопрос, кем хочет стать Пэнси Пруденс в будущем. Потому что я всегда считала ее вполне милой девочкой, которая не причиняет окружающим неприятностей и не просит их искать свои плюшевые игрушки или зубную щетку. Однако, как она подросла с нашей последней встречи - я помню ее еще совсем малышкой, сидящей на руках у отца. Значит, уже старшая школа, да?
Задумавшись о том, как быстро летит время, я не заметила, как осталась в комнате одна.

****

Значит, косички это уже не актуально? Глядя на свое отражения, я почему-то вспомнила совет, данный мне стилистом - отрезать волосы. Должны признать - я никогда раньше не стриглась. В приюте считалось даже неприличным носить на голове что-либо, кроме длинных волос, уложенных в аккуратный хвостик, косичку или пучок. Но я нарушила уже так много правил из тех, что внушали мне мои наставницы, так почему бы не нарушить еще одно?

Положив на место ножницы и отказавшись от идеи подрезать волосы самостоятельно, я позвонила Эми. Кажется, это ее работа - и у нее неплохо получается. Главное только убедить ее не пробовать на мне последние достижения парикмахерского искусства.
Результат мне скорее понравился, чем нет - хотя мне трудно было поверить, что это строгое лицо с прямоугольным подбородком и высокими скулами действительно принадлежит мне. Почему-то так, без свисающих по обе стороны косичек с трогательными бантиками, я больше не казалась себе хрупкой и нежной - такой, какой привыкла считать себя раньше. Мы с Джеффри не разговаривали со вчерашнего дня, однако, столкнувшись в кухне после посещения мною салона, я краем глаза заметила его взгляд - изучающий, оценивающие. Черт, ему не следует так на меня смотреть! Этот взгляд следует приберечь для Пэнси - когда ей, конечно, исполнится 18, или для этой Чейс - его вроде как бывшей. Стрижка делала меня еще старше - неужели это могло ему нравиться?

Впрочем, дамы в возрасте, как оказалось, нравились не только ему. Меня ждала еще одна встреча с Бадди Бэйли - о результатах расследования я всегда предпочитала сообщать лично, как и получать заслуженный гонорар. Обрадую его новостью о том, что цены на часть товаров в местном супермаркете скоро будут снижены.

- Таким образом, я выяснила, что руководство супермаркета закупало генномодифицированные продукты вместо экологически чистых, как было указано на этикетках. Цена оставалась прежней, а вся прибыль уходила в чужой карман. И это при том, что они здорово экономили на сан инспекции, не проверяя эти новые продукты на предмет нитратов и пестицидов. Кстати, в научном институте уверены, что пока эти выращенные в пробирках продукты отнюдь не безопасны для человека. Э... мистер Бэйли, а что это вы делаете?

Оторвавшись от блокнота, куда наскоро записывала свой разговор с клиентом, я обнаружила лицо Бадди в опасной близости от моего носа. И если бы сейчас заиграла романтическая музыка, а мы бы чуть повернули наши головы в стороны - получился бы очень неожиданный поцелуй.
- Смотрю, что вы пишите, - не смутившись и даже не отстранившись, объяснил Бадди. - У вас замечательный почерк.
О, боги, неужели он надо мной просто издевается?

Баллы: +0,25 за друга (Пэнси Пруденс). Итого: 2

Последнее время я чувствовала себя смятенной и задумчивой. Казалось, что весь окружающий меня мир словно разлетелся на кусочки, а мой разум, впервые в жизни, не может сложить их воедино. Загадка моей собственной жизни на проверку оказалась труднее, чем любое запутанное дело, однако я предпочитала думать о том, что я просто не в лучшей форме - и это временно. Подобные мысли вселяли в меня намного большее воодушевление, позволяя надеяться на благополучный исход, и вне зависимости от того, какова была истина, мне нравилось думать так, чтобы поддерживать в себе бодрость и силу духа. Любая идея хороша - кроме той, что будет внушать мне, что я недостаточно умна.
Джеффри жил у меня уже давно, а мы ни разу не заговаривали о его родителях. То есть, интуиция ясно говорила, что он вряд ли связывался с ними после той памятной ссоры, когда ему пришлось искать себе новый дом, однако я не была уверена, что и его семья пребывает в блаженном неведении относительно его жизни. Сплетни расходятся, подобно пожару, а тот факт, что мы с Джеффри живем вместе мы хоть и не афишировали, но и не старались скрыть. По моему опыту, наибольший интерес у людей обычно вызывает именно то, что хотелось бы сохранить в тайне, так все это просто не имело смысла. По негласному соглашения и я, и Джеффри молчали в ответ на любые вопросы касательно наших взаимоотношений, ну а у сплетников не было почти никаких доказательств по этому поводу - мы не принимали у себя гостей и не появлялись в городе вместе. Ритм нашей работы вообще позволял нам общаться исключительно дома, за ужином.

По утрам я готовила несложные блюда, оставляя их до вечера, а Джеффри обычно брал на себя грязную посуду. Забавно. Уж не знаю, что именно послужило причиной размолвок в семье Кастор, но это точно не лень и неаккуратность их старшего сына. Впрочем, скоро мне выпала возможность самой пообщаться с мистером и миссис Кастор, хотя я не испытывала от этого ни радости, ни воодушевления.
Все началось с того, что мне позвонила некая Бетти Уилис, попросив отыскать какое-то жутко дорогое кольцо с бриллиантом, потерявшееся буквально на днях. Что-то в этом деле меня насторожило - может, голос клиентки, как-то не вяжущийся с внешним обликом? По телефону Бетти показалась мне легкомысленной и неопытной девчонкой, однако во время встречи я имела возможность созерцать довольно грузную особу средних лет. Бетти определенно переживает из-за своего возраста, и, подобно многим, оттого старается рядиться в непомерно короткие наряды. А может она просто не может выйти из образа очаровательной дурочки, который выручал ее в юности? В любом случае, женщина, которая так беззастенчиво врет о своем возрасте, может соврать и в чем-то другом.
Бетти говорила о том, что хочет найти кольцо - да, с украшениями случается подобное: они теряются, крадутся или падают в слив раковины, однако клиентка ни слова не сказала о том, почему для нее так важно это кольцо и где она видела его последний раз. По опыту могу судить - женщины редко бывают беспечны в том, что касается драгоценностей, тем более если речь идет о кольце, подаренном поклонником. Да она должна была бы нервничать и торопить меня - чтобы вернула кольцо раньше, чем ее возлюбленный обнаружит пропажу и решит, что ей либо не угодил подарок, либо она не носит кольцо, потому что не ценит "их отношения". Молодые пары бывают крайне придирчивы в том, что касается знаков внимания. Тем более странно было это спокойствие. Вкратце описав мне кольцо и даже продемонстрировав снимок своей руки, украшенной этим самым кольцом, Бетти поспешила откланяться, а мои подозрения возросли почти вдвое - скажите, купив или получив в подарок кольцо, вы часто фотографируетесь в нем на память? Вряд ли. В семейных альбомах мне обычно не попадаются фотографии типа "рука бабушки в кольце, подаренном дедушкой". Поэтому я точно знала, что Бетти явно темнит.
Впрочем, не успела я далеко отойти от места встречи, как мне снова позвонила Бетти - ну надо же, она вспомнила нечто важное. Оказывается, что за день до того, как чудесный бриллиант перестал украшать ее руку, она принимала в доме Роберта Кастора. Больше никаких визитеров не было, и я не знаю, рассчитывала ли Бетти на такой поворот событий (хотя я была уверена, что да), но Роберт автоматически становился главным подозреваемым. Хотя я и не верила Бетти, но факт оставался фактом - к тому же сам Роберт и не отрицал, что бывал в ее доме. Я позвонила ему - представилась детективом, и, не называя имени, попросила о встрече.

Роберт предложил встретиться возле парка, вечером, когда он будет совершать ежедневную пробежку, и я не возражала, хотя перспектива ждать его возле городских ворот, спрятавшись за густой растительностью, заставляла меня чувствовать себя каким-то вором, преступником, а не детективом. Хотя отчасти я его понимала. Тот факт, что нас могут увидеть вместе или что об этом узнает жена, пугал его настолько, что он был готов на все, чтобы скрыть встречу - посиделки с друзьями заставили бы его посвятить в тайну и их - на случай, если супруга захочет проверить, а задержка после работы уже выглядит подозрительно. В то время как во время вечерней пробежки по парку он просто мог остановиться и что-то объяснить незнакомой девушке - например, дорогу. К положенному времени мистер Кастор, в потертых спортивных штанах и синей футболке без рукавов появился на дороге, и я мысленно подобралась - нужно как-то объяснить ему ситуацию, не прибегая к слову "подозреваемый".

- Добрый вечер, мистер Кастор, - начала я, даже не решаясь протянуть ему руку для приветствия - нервы его были напряжены, словно струна. - Я - частный детектив. Меня зовут... впрочем, называйте меня просто Джессикой. Хотя мы с вами не знакомы, мне приходилось слышать о вас много хорошего...
"Уж точно не от вашего сына", - мысленно добавила я, однако мистеру Кастору этого знать было необязательно.

Роберт действительно не отрицал своего знакомства с Бетти - по его словам, они были коллегами по работе и очень мило общались в последнее время. Как и того, что недавно посетил ее дом, чтобы обсудить какие-то служебные вопросы в домашней обстановке.
- Все было более чем невинно, - поспешно добавил он, и для меня это сразу стало дополнительным аргументом в пользу его невиновности. Мужчина, который посещает дом своей молодой незамужней коллеги в то время, когда газеты трубят о сексуальных домогательствах на работе, и при этом волнуется о том, что о нем подумает совершенно незнакомая женщина явно слишком простодушен, чтобы изысканно врать. И была больше чем уверена, что кольца у него нет - хотя судя по отпечаткам, которые я сняла в доме Бетти, возможность прикарманить бриллиант у него была.
- О чем вы говорили с Бетти? Я имею в виду не только вашу работу. Наверняка, в своей беседе вы касались и чего-то еще. Скажите, мисс делала вам какие-либо намеки?
- Да что с вами такое! - выпалил Роберт, испуганно замахав руками. - Я бы никогда... Я не таков... Я приличный семьянин, и если бы нас слышала моя жена, то она все равно не поверила бы ни единому слову...
Ах, вот оно что. Страх гнева его жены, навеки поселившийся в худосочном теле Роберта Кастора, одновременно казался мне и смешным, и нелепым. Все-таки не годиться мужчине, пусть даже не самому властному и жесткому, быть под каблуком. Жалкое зрелище выходит - и в большинстве случаев, милые дамы, это совсем не то, чего вы на самом деле хотите.

Мне пришлось пообещать, что я сделаю все, чтобы о случившимся не узнала его жена. Хотя в определенный момент я все же воспользовалась особенностями его характера и припугнула мистера Кастора возможным разбирательством в суде - " Бетти ни перед чем не остановится, - сказала ему я. - А моя помощь нужна ей для того, чтобы найти улики, достаточные для обвинения. Там полно ваших отпечатков, так что я либо найду кольцо, либо Бетти получит то, чего хочет".
Мне показалось, что приглашая этого мужчину домой моя клиентка преследовала вполне определенные цели - и отнюдь не потому, что его спортивные штаны и модная прическа покорили ее с первой секунды знакомства. Жаль, что я так и не смогла вытянуть из Роберта Кастора ни подробности разговора, ни то, как была одета мисс Уиллис во время беседы - но не сомневаюсь, что во что-то короткое и прозрачное. Некоторые мужчины крайне ненаблюдательны и не понимают никаких намеков, и к ее, наверняка немалому разочарованию, Роберт был из таких. Итак, если попытка соблазнить его не удалась, Бетти решила все переиграть, вместо этого попытавшись обвинить его в краже дорого кольца. Не глупо, но не слишком хитроумно, ведь для успеха ей необходимо, чтобы кольцо и вправду обнаружилось в доме Касторов - поэтому я даже не сомневалась в том, что в ближайшее время Бетти нанесет туда визит. Правда, не знаю, что она будет делать с его ревнивой супругой, но похожа эта дамочка достаточно изобретательна на всякого рода уловки.
В общем, пришлось пойти на крайние меры - напросившись в гости, я сразу отослала Бетти в соседнюю комнату за другими ее украшениями - уже не помню, как именно мне удалось убедить ее в том, что придется представить их на суде в качестве доказательства - и быстренько осмотрела содержимое ее кухонных шкафов. Итак, чаще всего секреты хранят в пустых банках из-под кофе или чая, и я как раз видела там одну такую. При потряхивания банка издала глухой звон, так что я не удивилась, когда ценой небольших усилий вытряхнула оттуда искомое кольцо. Оставалось только поставить банку на место и вернуть кольцо клиентке - и я ни сколько не волновалась о том, что она обвинит в краже уже меня. Ведь для этого ей пришлось бы признать, что она прятала украшение в пустой банке, а это никак не вяжется с заявлением о его потере. Дело было закрыто.

Признаюсь, я так и не поняла, что заставило Бетти так поступить. Личной неприязни к мистеру Кастору я у нее как-то не заметила, а метить на его должность юная карьеристка не смогла бы при всем желании. Там, кажется, еще с десяток более опытных сотрудников впереди, и всех их домой пригласить не получится. Я склонялась к мысли, что причина была проста и даже банальна - деньги. В городе говорили, что с тех пор, как Роберт Кастор получил новую должность, дела их семьи заметно поправились, и, похоже, что Бетти просто хотела получить денег либо путем шантажа, либо нажившись на судебных издержках. Я позвонила мистеру Кастору, чтобы успокоить его насчет дела и посоветовать быть осторожнее с Бетти, и уловила в его голосе вполне искреннюю благодарность. Все-таки, он не плохой человек. Может быть, Джеффри однажды это тоже поймет.

******
Людям обычно нравятся драгоценности, а также все яркое и блестящие, и в этом они часто напоминают мне сорок. Поэтому я не сильно удивилась, когда дело о пропавшем кольце получило огласку в прессе, и городской совет решил вручить мне специальную награду. Что-то столь же яркое и блестящее - по-моему, медальон, хотя я вряд ли надела бы такой к вечернему платью - он больше подходил для того, чтобы украсить собой полку с трофеями - у меня там уже стояла парочка столь же безвкусных и бесполезных наград.

Награду мне решено было вручить на очередном собрании городского совета, так что ничего не поделаешь - пришлось идти туда, в общество власть имущих и власть придержавших. Не скажу, что мне это нравилось - я всегда с подозрением относилась к политике и тем, кто сделал ее образом жизни, однако ободряющий взгляд Бадди преследовал меня всю церемонию, и особенно тогда, когда я выходила к трибуне, чтобы получить награду из рук какой-то шишки. Жаль, что это был не Бадди, однако дела его идут в гору - он уже отвоевал себе место в первом ряду, так что еще немного, и подобные награды будет вручать уже он, лично.


А еще мне вручили машину. Новенькую и блестящую - правда, жаль, что из-за практических соображений мне пришлось получить ее стоимость деньгами. Но зато я наконец-то смогла рассчитаться с рабочими за перепланировку и отделку - впервые в жизни дом стал казаться мне не просто моим, родным, но еще и уютным.


После церемонии у дверей ратуши меня догнала мама Джеффри - а я ведь и не знала, что она тоже посещает собрания городского совета. Впрочем, неудивительно - он как-то упоминал, что его мама уж слишком активна и пытается влиять на все, что только можно. Будь ее воля, и "Комитету домохозяек Твинбрука", который она возглавляет, предоставили бы право вводить смертную казнь.
- Не буду вас сильно задерживать, и перейду сразу к делу, - деловито начала миссис Кастор, активно жестикулируя. - Я уже слышала о том, что мой сын встречается с очень взрослой девушкой и даже живет вместе с ней...

Я вздохнула. "Очень взрослая девушка" - более демократичной формулировки не выдумали бы даже политики, оставшиеся внутри. Скорее всего, Беверли хочет просить меня об услуге, иначе говорила бы прямо, "я знаю, что мой сын живет с женщиной намного его старше".
- Не подумайте, что я против, - заверила меня она. - Мне нравится, что вы уважаемы в городе - знаете, не многим приезжим удается достичь некого положения в обществе. Мне даже нравится то, что вы работаете - хотя в мое время для женщин это считалось почти неприличным, ведь деньги в дом должен приносить мужчина. Но, учитывая возраст Джеффри, это даже хорошо. Вам, по крайней мере, будет чем платить за дом. Знаете, у меня мурашки по телу от одной мысли, что он мог уйти их дома и жениться на какой-нибудь маникюрше или официантке...
Чуть стиснув зубы, я молчала, предоставив этой женщине возможность наконец высказать свою просьбу.
- В общем, вы должны знать, что я ничего не имею против ваших отношений, - почти торжествующе сказала Беверли, улыбаясь мне как старой знакомой. А ведь в прошлую наше встречу она, помнится, вовсе не была такой уж любезной...
- Но вам необходимо пожениться!
Я моргнула. Что? Я что-то упустила в ее рассуждениях, потому что сейчас ни понимаю ни слова.
- Не подумайте, что я какая-то ханжа, - не смутившись продолжала миссис Кастор. - Однако в нашей семье все придерживают очень строгих правил в вопросах... брака. Нет, лично я ничего не имею против совместного проживания - тем более, что сейчас все больше пар не обременяют себя свадьбой, однако мне бы хотелось, чтобы Джеффри женился, как и положено...
Я вздохнула. Да, говорила же я, что местные сплетники еще попортят мне крови, хотя в данном случае, без участия Беверли, они бы не сделали ничего. Следующие десять минут я пыталась отвлечь ее разговорами о работе ее сына и тем, как его ценят в участке. Беверли слушала вежливо, однако, ни на секунду не отвлекаясь от того, зачем вообще окликнула меня и завела всю нашу беседу. На удивление упорная женщина. И я поняла одно - всегда и везде, первое место в жизни Беверли Кастор будут занимать приличия и нормы, которые необходимо соблюсти. И пусть семья разваливается на части - главное, чтобы у соседней не было повода распускать дурные слухи. Она никогда не переменится, и в тот момент я осознала это особенно ясно.

Не помню, как мне удалось тогда отделаться от Беверли, однако домой я неслась так, словно меня преследовала целая сотня привидений. Она хочет, чтобы мы с Джеффри поженились? Готова была спорить, что Джеффри вряд ли хочет того же. Нет, не сомневаюсь, что я могу интересовать его как женщина, но брак... Мне как-то не показалось, что он спит и видит, как бы набросить себе на шею ярмо супружества.
На следующий день, за завтраком, я долго разглядывала Джеффри, пытаясь понять, а есть ли у него собственные планы на жизнь. Чего хочет он? Семьи, или же ради карьеры в полиции он готов мириться с одиночеством? Я не сказала ему о том, что говорила с его матерью, как, впрочем, и о неприятностях его отца. Мне показалось, что пока он не готов услышать что-либо о своей семье, хотя я не могла не признать, что последнее время что-то в этом парне изменилось. И дело тут не только в том, что он наконец подобрал назад свою дурацкую челку, открывая высокий лоб и подчеркивая скулы.

Может, дело в ответственности? Последнее время я слышала о нем от шерифа только хорошее. Что парень, хоть и жестковат временами, но дело знает и своего не упустит. А еще он долго восторгался тем, как Джеффри смог несколько часов кряду просидеть в засаде, выслеживая каких-то придурков, что воровали и переправляли фигурки садовых гномов. Как там выразился шериф: "у парня стальная хватка и железный мочевой пузырь"? О, возможно это и так. Только если он натренировал их, часами подсматривая за какой-нибудь одноклассницей - я об этом знать не хочу.



Баллы: без изменений

Дела Джеффри на работе складывались довольно удачно - я бы даже сказала, что он "пришелся ко двору". Последнее время шериф жаловался на хроническое отсутствие кадров - почему-то в полицию шли или бывшие военные, которым не хватало дисциплины, чтобы выслужиться на прежнем месте, либо добровольцы от отрядов дружины - а они часто были немолоды, не слишком спортивны и вообще судили об этой работе по семейным кинофильмам. Конечно, такие люди были просто незаменимы при опросе свидетелей и работе с народом - кто вызовет больше доверия, чем коп, который искренне верит в "закон и порядок", однако оставались и другие дела - аресты, убийства и кражи, а здесь требовались ребята посерьезнее - лучше не робкого десятка и без иллюзий насчет того, что фраза "поднимите руки, вы арестованы" решит все проблемы. Джеффри повысили - к новой должности ему, правда, пока не прилагалась полицейская машина, зато полагалась новенькая, с иголочки форма и напарник. Кстати, мой старый знакомый Гудвин Гуд. Я даже слышала, что они неплохо ладят последнее время - вот уж никогда бы не подумала. Мне казалось, что первое впечатление, произведенное ими друг на друга, было скорее негативным.

​Моя жизнь, в свою очередь, также приобрела более упорядоченное течение - мне, наконец, удалось сбросить с себя часть бумажной работы, поручив часть отчетов секретарю в участке - по крайней мере, по тем делам, по завершении которых требовалось кого-то арестовать или сообщить властям; а также смириться со своим возрастом - точнее, с тем, что он уже никогда не станет меньше.

Пожалуй, я бы даже сказала, что груз не оправдавшихся ожиданий и надежд теперь давил на меня так уж сильно - приходилось признать, что не всем женщинам в моем возрасте удается создать семью, однако мне удалось создать в этой жизни хоть-то: собственный дом и карьеру, послужившую какой-никакой заменой всем этим домашним хлопотам. То есть, конечно, я бы не хотела заменять их так всю жизни, однако пока не видела альтернативы.

Как-то в один из свободных вечеров - я настояла, чтобы такие выпадали мне минимум трижды в неделю, мы с Эми решила наконец встретиться и "поболтать по-девичьи" - кажется, так она это называла. На этот раз я даже не стала придумывать отговорки - и не только потому, что хотелось хоть что-то сделать по-девичьи, ощущая себя будто бы моложе. Боюсь, мне не очень-то удается ладить с женщинами, так что Эми можно назвать моей единственной настоящей подругой. Вообще единственной - попытки поддерживать контакт с кем-то еще обынчо заканчивались неудачней, к тому же мой круг общения состоял в основном из клиентов и подозреваемых, которые, ничего удивительного в том, что обычно они старались прекратить со мной всяческие контакты после закрытия дела.
​Мы договорились встретиться в "Корсиканце" - Эми частенько ужинала тут со своими многочисленными поклонниками и очень хвалила здешнюю кухню, я же, стыдно признаться, была там впервые. Как-то не было ни времени, ни повода сходить в ресторан - ну, не считая того раза, когда я расследовала дело о поставке недоброкачественных овощей, однако тогда никто не приносил мне меню и вообще не предлагал есть. Дождавшись заказа, мы расположились за столиком снаружи - в темное время суток здесь бывает мало посетителей - большинство перебирается в зал, так что мы могли спокойно болтать о чем угодно. Не люблю прислушиваться ко всем своим словам из боязни, что объект разговора сидит за соседним столиком.

- Ну, и что ты решила? - как бы между дело поинтересовалась Эми, отправляя в рот кусочек рататуя. - Насчет тебя и...
- Насчет меня и чего? Ах, прости, вернее будет спросить - кого? - я нахмурилась, давая понять, что не слишком рада разговору о моей личной жизни, однако на этот раз Эми было не остановить - похоже, она твердо решила разобраться во всем даже без моего участия.
- Брось, Джес, - приступила она к увещеваниям. - Ты уже не девочка, и ты сама это знаешь. И если вершиной твоих фантазий не является роман с пожилым интеллектуалом, то тебе пора действовать.
Я молчала, однако Эми было достаточно и того, что я не пыталась прервать поток ее суждений. С моего молчаливого попустительства она продолжила:
- Конечно, мужчины всегда предпочитают кого моложе, но у тебя еще остались шансы. Например, кто-нибудь из твоих коллег в полиции - и нечего на меня смотреть, там больше половины разведены. Конечно, тут есть свои минусы, но тебе-то уж всяко проще будет смириться с его работой, чем бывшей жене. Или твои клиенты - к тебе же часто обращаются с просьбой найти доказательства неверности второй половины - а мужчины после разрыва так уязвимы... Нужно просто брать их с наскока.
Я по-прежнему молчала. Удивительно, что при такой находчивости Эми сама еще не замужем. Впрочем... нет, не удивительно. Она ведь работает в салоне красоты, и хоть там полно неудовлетворенных семейной жизнью дамочек, они обычно не дают маникюршам телефоны бывших мужей.
- Да и с твоим парнем пора что-то решать, - продолжила Эми, и я чуть не подавилась. С моим парнем? Она вообще о чем? Через полминуты раздумий я осознала, что она говорит о Джеффри. Ну да, все верно. Я же как-то не делилась с ней его проблемами с семьей и жильем, не желая выносить на всеобщее обозрение столь личные вещи, так что в ее глазах он просто мой парень. Парень, который моложе меня - не стоит об этом забывать.
- В принципе, он ничего, - подвела итог Эми. - Я слышала, как о нем говорили девчонки из колледжа. Ну, он вроде как опрашивал их как свидетелей или вроде того. Так вот, они считают его красавчиком - и некоторые другие девушки думают так же.
Почему-то мне стало слегка неприятно - нет, не оттого, что Джеффри находят привлекательным другие женщины, а скорее от тона всей этой беседы - словно он что-то вроде моей собственности, и если кто-то похвалит его, то мне стоит знать об этом.
- Если хочешь продолжать, то, конечно, нет проблем. Правда, разница в возрасте может бросаться в глаза, однако тебе не стоит придавать много значения общественному мнению - тем более, что на его взгляд тебе уже вообще поздновато замуж.
Я вздохнула и отодвинула тарелку - аппетит пропал сразу же, как только я уловила в ее словах "замужество" и "Джеффри" в опасной близости друг с другом. Кажется, миссис Кастор тоже считала это хорошей идеей, но почему никто не хочет спросить: а как же будет лучше для Джеффри? И я совсем не была уверена, что брак со "старой девой" это то, что ему нужно. Да и как вообще можно говорить о браке, если у нас было всего одно свидание - и слишком мало времени, чтобы узнать друг друга, а потом родители просто выставили его из дома.
Я смутно уловила, что Эми ждет от меня какого-то ответа - однако я понятия не имела, что сказать. Может "конечно, ты права"? Это немного успокоит ее и вроде как не налагает на меня обязательств выходить замуж немедленно. Однако внимание мое быстро перешло от жующей Эми к мужской фигуре, показавшийся на площадке перед рестораном. Где-то я его уже видела. Точно видела.


Память услужливо подкинула мне картину: залитая солнцем улица и Мэриголд Рэкет, ни с того ни с сего решившая со мной заговорить. Тогда она впервые обратила мое внимание на то, что за мной следят, и с того дня я перестала бродить по темноте без машины и начала обращать внимание на то, что у меня за спиной. Но сколько же времени прошло? Слышала, что Мэриголд уже нет в живых - так возможно ли, чтобы человек, приставленный следить за мной, был тем же самым? Я решила не гадать, а проверить. Все-таки врагов бывает полезно знать в лицо - конечно, если мне что-то удастся рассмотреть за этой маской. Поэтому я встала со своего места и бросив Эми "поговорим позже", решительно направилась к мужчине, пропустив мимо ушей возражения моей несведущей в слежке подруги.

Итак, я просто посмотрю на его реакцию - если он смутится или испугается, значит, я верно решила, что он взялся за старое. Если нет, то... ну, бывают же совпадения. И даже если когда-то ему заказали присматривать за мной, то ничто не мешает ему теперь следить уже за другим клиентом, ну, или просто проходить мимо без всякой задней мысли.
- Вы преследуете меня! - с налету заявила я этому типу, возмущенно тыкая в него пальцем. - Нет, ну вы только посмотрите - приличной девушке в приличном городе уже нельзя пойти в ресторан без того, чтобы никто за ней не шпионил!

Кажется, я говорила что-то еще: возмущенно кричала, требовала признания своих прав, а в конце пообещала вызвать полицию, и даже достала телефон. Впечатляющая истерика, способная пронять кого угодно - но мужчина был скорее слегка обескуражен, и лишь неловко вздрагивал после того, как я повышала голос. Не слишком бурная реакция - ни для того, кого обвинили напрасно, ни для того, кто получил по заслугам. В первое случае он бы бросился оправдываться, объясняться, возможно, разозлился бы в ответ, во втором же наверняка выдал бы мне одну из заранее заготовленных отговорок. Те, кто следят за женщинами из-за своего инстинкта обычно более продуманны в своих действиях. Мой же собеседник, казалось, просто не знает, как себя вести. Еще бы. Наверное, когда его нанимали следить за мной, то вряд ли предупреждали, что объект склонен к истерикам и бурному выражению чувств. Мужчина удалился, как мне казалось, посрамленный, а я радовалась этой небольшой победе. Пожалуй, хоть я и была слишком порывиста - мне следовало бы попытаться узнать, кто послал его, а не просто спугнуть - внутренне я торжествовала.

Судьба, странная штука - пока ты торжествуешь, радуясь победам - точнее, тому, что ты сам назвал таковыми, противник может готовить ответный удар. Глупо надеяться, что люди вот так просто признают твое превосходство и свой проигрыш - уж скорее подготовятся к реваншу. И, учитывая возраст этого мужчины, он никак не мог быть неопытным юнцом в такого рода делах, а значит, мне не стоило рассчитывать на легкую победу.
- Мадам, позвольте вручить вам это - сей дивный букет сможет хоть немного оттенить вашу красоту, - с чувством продекламировал мужчина, вручая мне торжественно извлеченный из-за спины веник - то есть, букет, правда, слегка увядший. Интересно, как он смог достать его за те несколько минут, что прошли после того, как я пригрозила разбирательством с полицией?
Подошедшая Эми смотрела на него с интересом и невольным уважением - ну да, в его возрасте подарить даме букет - уже своего рода подвиг. Особенно если дама вдруг благосклонно примет ухаживая - и что прикажете делать тогда, если разум "за", а организм, увы, скорее "против"?


- Прошу просить мой наряд - я не хотел бы узнанным вами, ибо давно предпочитаю молча и безнадежно обожать вас на расстоянии...
Я устало вздохнула, а Эми, кажется, потихоньку веселилась. Ну да, только мы с ней говорили о замужестве, как вот он, поклонник - страстный и пылкий. Правда, я-то отлично знала, что никакой он не поклонник, а этот фарс был придуман и разыгран за последние несколько минут, однако как было объяснить это Эми? Отвести в сторону и сказать, что вот этот тип следит за мной уже не в первый раз, и я не знаю, кто его послал? Ну так, потому и следит, что поклонник... Да нет же! Меня не могла обмануть эта дешевая комедия, однако если бы я позвонила в полицию, как и обещала, то у него был бы отличный мотив... Сексуальное преследование, конечно, далеко от смягчающих обстоятельств, однако копов такой вариант более чем устроит. А Эми подтвердит - она ведь видела только то, как он дарит мне цветы, а в подробности своей профессиональной жизни я ее не посвятила. Умно. Хороший адвокат вытащит его из тюрьмы дня за три, при этом не вынуждая каяться и выдать имена своих нанимателей. Вот ведь... черт, как я устала.

Вздохнув, я покорно приняла правила игры. А что мне оставалось? Не набрасываться же на него с криками "говори, кто тебя послал, а не то...", иначе в участок могут забрать уже меня. За угрозы и возможное нападение. Пришлось как по нотам разыграть свою партию - охать, вздыхать, неловко отбиваться от попыток поцеловать мне ручки, а также твердить о том, что моему жениху это не понравится. То есть, нет у меня жениха, в но таких случаях положено говорить, что есть.

Баллы: +0,25 за друга (Гудвин Гуд). Итого: 2, 25

​Итак, дела Джеффри в деле защиты нашего города от преступности шли все лучше и лучше, в отличии от моих. То есть, не то, чтобы я стала работать хуже или меньше, просто со временем даже мой безупречный умственный анализ превратился почти что в рутину - заурядные преступники и заурядные дела, даже в полиции уже постепенно привыкли к тому, что больше им не приходится заниматься всякой ерундой вроде поиска пропавших игрушек или воровства свежеприготовленных котлет с кухни. Теперь я, с гордым видом получившая звание частого детектива города Твинбрук, могла оставить все эти котлеты себе.
По правде говоря, временами я ужасно жалела, что в Твинбруке нет по настоящему крупных банков, чтобы их могли ограбить средь бела дня, а я - найти преступников. Правда, в городе был мемориальный музей и склеп со скульптурами из настоящего итальянского мрамора, однако среди воров почему-то не находилось ни поклонников готики, ни ценителей того, что создатели музея называли искусством. Да, в чем-то я их понимала. Лично я бы не стала красть из музея, даже если бы его двери остались открытыми на ночь, а сторож и все работники уехали в круиз.
Не могу сказать, что в таких обстоятельствах я завидовала Джеффри. В общем-то, сразу было понятно, что молодой и полный сил парень вряд ли надолго задержится среди конторских работников - разрастающемуся городу были слишком нужны свежие силы, так что можно было смело утверждать, что Джеффри наконец дорос до собственного уровня. А что касается меня... ну, совсем недавно слишком многие считали, что женщине вообще не место в рядах законников, так что я рада, если убедила хотя бы некоторых изменить мнение.

Знакомство с родственниками Джеффри продолжалось - я уже имела возможность спасти от сплетен его отца и побеседовать с его матушкой, теперь же удалось встретиться и с его младшим братом. И снова я не сама искала встреч - просто последнее время эти Касторы, должно быть, встречаются на каждом шагу. Для пущего эффекта Роберту и Беверли бы стоило завести еще одного ребенка, а Джеффри и его брату, в свою очередь, жениться.
Я наткнулась на Томаса Кастора в парке - с недавних пор у меня появилась привычка назначать встречи с клиентами именно там. "Совместить приятное с полезным" - как говорил Бадди, к тому же погода и впрямь стояла чудная, так грех было упускать возможность немного побыть на природе - с моим ритмом жизни мне все равно не выделить время для прогулок. Я присела на скамейку, ожидая прихода моего тогдашнего нанимателя, и тут же услышала чуть хрипловатый голос, окликнувший меня по имени. Я обернулась - и не узнала его обладателя. Впрочем, неудивительно - мне, конечно, приходилось несколько раз видеть семейку Кастор в городе - по большей части втроем, без Джеффри, однако я не сразу узнала в высоком худощавом парне того смешного мальчишку.
С возрастом впечатление, которое оказывал Томас на женский пол, несколько смазалось. Исчезли пухлые щечки и трогательно распахнутые большие глаза, хотя некоторая миловидность его по-детски круглого лица, должно быть, была очень привлекательна для противоположного пола. Еще бы, ведь в каждой или почти каждой девушке дремлет будущая мать.
Я коротко кивнула, а он представился, совсем по-взрослому пожимая протянутую руку. Сколько я его уже не видела? Впрочем, неважно. Неважно для того, кого едва знаю.
Томас болтал так непринужденно, словно мы с ним и впрямь какие-то давние друзья, хотя если вдуматься в подоплеку наших отношений, то... То странная вырисовывается картина. Для многих я - девушка его брата, с которым Томас не ладит с тех пор, как у обоих появились первые прыщи. Зачем ему вообще со мной разговаривать?

Томас, надо отдать ему должное, был со мной крайне мил, шутил и даже заставил меня рассмеяться в некоторых моментах, однако смутное чувство тревоги не покидало меня до прихода домой. Я даже решилась расспросить Джеффри о его семье, начав с младшего брат, и получила достаточно красноречивый ответ.
- Томас - настоящий подонок, - тоном, не терпящим возражений заявил мне мой будто бы парень. - Это самая двуличная скотина, которую мне приходилось знать, и я больше никогда не желаю о нем разговаривать. Вс понятно?
Я рассеянно кивнула, не обращая внимания на грубый тон, но понятно мне не было ничего. Томас вроде бы говорил о том, что не прочь помириться с братом, оставив позади их детские обиды, однако если бы я вдруг сказала это Джеффри - хотя пообещала Томасу поговорить с ним о примирении, то мы не разговаривали бы минимум неделю. Весьма любопытно.

******
Сдержав обещание, данное Эми - да, я все же успела ей кое-что пообещать, но у меня есть железное оправдание: я была слишком увлечена обедом и плохо осознавала, что она говорит - я все же сходила на свидание. Точнее, я предпочитала называть это просто дружеской встречей, но весь антураж говорил о том, что это свидание, самое настоящее. Первое - точнее, второе в моей жизни, однако о первом мне всегда хотелось забыть.
Все началось с того, что я позвонила Бадди Бэйли - тому самому неформальному политику, и, отчаянно краснея - хорошо, что он не видел этого по телефону, спросила, остается ли в силе его предложение как-нибудь выпить вместе кофе. Просто так, а не потому, что кто-то снова проворачивает свои махинации, и мне просто необходимо с этим разобраться. Бадди согласился - хотя по его голосу я никак не могла понять, рад ли он.
Наша встреча была назначена на вечер, а местом был выбран ресторан, так что я справедливо рассудила, что именно для таких места и времени отлично подойдет вечернее платье. Да, у меня было такое - заслуга Эми. Я так долго отказывалась пройтись с ней по магазинам, что терпение ее не выдержало, и она сама купила мне платье - на свой вкус. Впервые я здорово жалела, что не нашла времени пойти за покупками, потому что сама бы ни за что не приобрела платье с открытыми плечами и откровенным вырезом. Хорошо, что хоть длина была ничего - до колена, у Эми я видела наряды и короче. Конечно, это был не подарок, и мне пришлось отдать ей его за него кругленькую сумму, а чтобы оградить меня от желания обменять это платье на какое-либо другое (признаюсь, оно возникло сразу), Эми уничтожила чек.
- Отлично выглядишь, - неловко всплеснув руками, произнес Бадди, встречая меня у входа. - Очень непривычно видеть тебя без очков.

Я и сама знала, что непривычно. Очки сидели у меня на носу лет с тринадцати, когда я впервые заметила, что текст учебника отчего-то расплывается перед глазами. Но мне вряд ли придется много читать в ходе этой встречи, а что касается необходимости увидеть меню, то я позаботилась о том заранее, узнав у Эми названия пары недорогих и приличных блюд. Недорогих - потому что Эми говорила, что не стоит заставлять кавалера тратиться на первом же свидании, если в перспективе собираешься за него замуж. Лучше сразу дать понять, что не разбазаришь всю его зарплату в день выдачи.
Мы с Бадди взяли жареное мясо и устроились за одним из столиков на свежем воздухе. Кажется, за столиком чуть справа от того, за которым сидели мы с Эми в тот день, когда я выяснила, что за мной все еще следят. Неприятное воспоминание, словно иголка, вонзилось под кожу, и я с тоской подумала о том, что теперь долго не смогу чувствовать себя в безопасности. Даже сейчас - ведь вокруг полно народа, а мой преследователь, не узнанный, легко сможет скрыться за смокингом. Кстати, о смокингах - на Бадди его не было. Он не изменял своему чудаковатому и свободному стилю даже сейчас.

Усаживаясь на место - Бадди даже решил побыть джентльменом и отодвинул мне стул, я спиной чувствовала его изучающий, немного жадный взгляд. Интересно, понимает ли он, зачем я ему звонила? Не совсем для того, чтобы просто поболтать с частым клиентом. Скорее, мы здесь потому, что он хороший, порядочный, перспективный и состоятельный клиент. Вполне во вкусе Эми.

Кстати, об Эми - я видела их с Гудвином возле дверей ресторана, однако окликать не стала. Думаю, что как хорошая подруга я должна дать ей шанс наладить свою личную жизнь, а эти двое выглядели достаточно увлеченными друг другом. Да уж. Конечно, приятно смотреть на влюбленных людей, однако сейчас я как никогда сочувствовала моей подруге. Конечно, Гудвин хороший парень, и сейчас эти двое наверняка счастливы, однако Эми не учитывала одного: парни вроде него придерживаются очень строгих семейных ценностей, и вряд ли станут тискаться с женщиной, на которой хотят жениться, на виду у всех. Эми будет что вспомнить, однако приглашения на свадьбу лучше не ждать.

Бадди был весел и с аппетитом уплетал заказанное, я же чувствовала себя слегка подавленной. То есть, нет, я была рада, что я здесь - я так ему сказала, помня про совет Эми самой делать мужчине комплименты, однако я всегда предпочитала знать точное назначения всех своих действий, видеть, так сказать, цель, и в данном случае цель пока не поддавалась определению. Я хочу замуж? Пожалуй, да. Хочу именно за Бадди? Не уверена, однако все в городе считают его очень перспективным холостяком.
- Думаю, что вы чертовски красивая женщина, Джессика, и мы с вами отлично ладим, - как бы между прочим заметил Бадди, не отрываясь от еды. Я вздрогнула. Интересное начало. Неужели матримониальные планы в это время бродили не только в моей голове?
- Да. Отлично ладим, - без особого энтузиазма подтвердила я, ожидая продолжения. В смысле, первый шаг ведь должен делать мужчина, верно? Ну, там, признаваться в чувствах или звать на второе свидание - то есть, кажется, все это нужно делать уже в завершении вечера.
- И я подумал, что мы могли бы составить очень интересную семью, - продолжил Бадди, не замечая моей растерянности. - Знаете, мне нравятся необычные женщины. Моя прежняя подружка, Банни, тоже была очень необычной, я бы даже сказал, немного сумасбродной. Это создавало проблемы, однако я готов мириться со всем, что позволяет избежать рутины. Так вот, вы необычны. Удивительно непохожи на остальных - знаете, я больше не знаю ни одной женщины-детектива в нашем городе. Я миллион раз слышал о том, какой должна быть жена успешного политика, однако не придавал этому значения. Вы, наверное, уже поняли, как я не люблю быть "как все". К тому же, я ценю в женщинах совсем другие качества. Так вот, вы - то недостижимое противоречие, которое я почти отчаялся найти.
Я молчала, пытаясь понять, являются ли слова "недостижимое противоречие" комплиментом, но даже если так - как-то немного романтики во всем происходящем. Однако Эми сейчас сказала бы: " тебе что нужнее - замуж или сонеты в твою честь"?
- Таким образом, я почти уверен, что нам следовало пожениться, - завершил Бадди свою прочувствованную речь, достойную заседания городского совета. - Мы оба уже не столь юны, и понимаем цену времени. Ваша репутация благодаря вашей работе безупречна - это обязательное условие для жены любого политика, и вы весьма интересная личность, чтобы наша семейная жизнь не превратилась в рутину. У меня есть дом - он достаточно просторный, так что места в нем хватит нам обоим. Правда, с работой вам придется проститься - я зарабатываю достаточно, чтобы обеспечивать семью. Что скажете?
Я сделал глубокий вдох, пытаясь привести в порядок мысли. Мой разум еще недавно было средоточием хаоса, теперь же неожиданно расставил все по местам. Так просто. Зачем я сомневалась?
Бадди не придает значения сплетням, что гуляют по городу - иначе знал бы, что я живу с другим мужчной. Точнее, с другим парнем. Но узнает, если я вдруг отвечу согласием - обиженные невесты, из-под носа которых я увела завидного жениха, об этом позаботятся. Впрочем, Бадди не похож на ревнивца - скорее сочтет это небольшим амурным приключением. Однако тень недоверия останется. Кто из людей никогда не ревнует к прошлому? И, что самое главное, я только сейчас понимала, что в действительности очень люблю свою работу. Смогу ли я жить без всех тех головоломок, что предлагает мне каждое новое дело? Да? Готова ли я променять все то, что создавала годами, на жизнь респектабельной домохозяйки, и через несколько лет превратиться в копию Беверли Кастор - надеюсь только, что мои дети не будут ненавидеть друг друга. Я уже знала ответ. Я всегда его знала.
- Прости, Бадди, но я должна тебе кое-что сказать. Мне очень жаль, но я влюблена в другого.
Ответить "нет" и публично признать его недостаточно хорошим означало потерять его навсегда - а мужчины не прощают такого. Вместе с тем, с Бадди было на удивление уютно и тепло, так что я ужасно не хотела потерять перспективу наших совместных вечеров в далеком будущем. Дружеских вечеров. Ради такого следует солгать - сказав, что уже влюблена в кого-то еще. Признать правду я все равно бы не смогла - боюсь, слишком трудно будет объяснить Бадди мою невероятную преданность работе. Такого он не поймет - никто не поймет. Именно поэтому в участке по-прежнему будет много разведенных и разочаровавшихся в любви мужчин - и женщин, ведь время не стоит на месте.

Я чувствовала себя виноватой, уходя и оставляя за спиной перспективу моего выгодного замужества. Эми бы сказала, что я редкая дура - упустить из рук такого мужчину, а потому я решила ничего ей не рассказывать. Пусть думает, что я забыла о нашем разговоре в череде повседневных забот.
Оказавшись дома, я впервые за вечер подумала о том, как еще может выглядеть случившееся уже с другой точки зрения. Не покажется ли кому-то, что я предпочла прежнего любовника состоятельному жениху? Временами я забываю о том, как выглядит наша с Джеффри вполне невинная связь в глазах соседей.

- Нам нужно поговорить, - резко, почти зло произнес Джеффри, безжалостно преравав мою задумчивость. - И немедленно.

Баллы: без изменений

- Нам нужно поговорить, - уже настойчивее повторил Джеффри, глядя на меня прямо и непривычно серьезно. Поначалу я занервничала - почему-то в голову сразу пришла мысль о Томасе Касторе - Джеффри был бы в ярости, узнав, что мы с его братом болтали как добрые приятели, однако Джеф совсем не выглядел разгневанным, так что я подумала: у парня просто проблемы на работе. Неужели он хочет поделиться ими со мной? Вряд ли. Джеффри не из, кто позволяет другим видеть свою слабость. Возможно, он хочет попросить помощи или совета. Я задумчиво склонила голову, обещая себе не вмешиваться, пока он не закончит говорить. Конечно, я помогла бы ему, что бы там не случилось.
Впрочем, решение молчать было явно преждевременным - я удивленно вскрикнула, когда Джеффри неожиданно привлек меня к себе, и вяло запротестовала, пытаясь высвободиться. Да что с ним такое? Неужели перепил накануне, и спутал меня с хорошенькой официанткой из закусочной-вагончика? Такое в его возрасте случается - и неумение пить, и чрезмерный интерес к девушкам - любым, подвернувшимся под руку после пары-тройки бокалов. Пройдет, как проситься - я попыталась мягко отстранить его руки. От него исходил слабый запах алкоголя, смешанный с автоматом мужского одеколона и запахом подогретых вафель. Главное, не дать ему наделать глупостей, а к утру он и сам поймет, что не стоит клясться в любви на нетрезвую голову.
- Джеффри, ты пьян, - заметила я, уже не отталкивая его - просто упираясь руками в грудь, удерживая между нами некоторое расстояние. - Уверена, чего бы ты сейчас не хотел - к утру будешь жалеть об этом.
- Ну буду, - мотнул головой он. Ну до чего упрямый парень! Я не тешила себя надеждой справиться с ним при помощи физической силы, а потому надеялась на уговоры. Не так уж много он, в конце концов, выпил, чтобы не внять гласу рассудка.
- Я не пьян... То есть, я выпил немного, но для храбрости. Чтобы было проще говорить, - продолжал Джеффри, и я немного расслабилась - часто после спиртного люди просто подыскивают себе собеседника - чуткого, или какого придется, может, парню только это и нужно? Отсюда и страстные объятия - чтобы приобретенный слушатель не сбежал раньше времени.
- Вы ведь так умны - верно? В участке об этом только и твердят. Слышали бы вы шерифа: "какая жалость, что она родилась женщиной - никогда не встречал более рассудительной натуры". Так вот, я только одного понять не могу - почему же вы тогда не желаете замечать очевидного? Что рядом с вами. Вы не видите моих чувств - неужели они для вас ничего не значат?
Я невольно вздрогнула, сильнее упираясь руками в грудь мальчишки. Вот оно как... Что ж, неудивительно. В подвыпитом состоянии не он один обнаружил в себе неиссякаемую любовь к ближнему. Это нормально - это все вино. Или что они там пили.
- Я ничего вам не сказал - потому что не думал, что вас это стеснит, смутит... Я ведь и так живу в вашем доме. Я... я не хочу, чтобы вы считали, что я просто чувствую себя обязанным или вроде того. И это вовсе не из-за возраста - в смысле, не думайте, что я просто давно не видел женщин, что не могу справиться с инстинктами... Это не из-за близости! То есть, я хотел сказать, что уже несколько раз был с женщиной - мы с Чейс делали это у них дома. Но с вами все совсем не так.
Я вздохнула. Ну вот, точно - сущий мальчишка, не нашел ничего лучше, как сказать предмету своей любви о том, что уже был с кем-то другим. Чейс, значит... Не думала, что их отношения зашли так далеко - Чейс казалась мне девушкой скромной, но, похоже, у современной молодежи добрачный секс вполне в порядке вещей. Я промолчала. Джеффри, истратив весь своей запал на это неловкое признание, теперь выжидающе смотрел на меня своими темными глазами, готовый бежать в любой момент. Похоже, приступ храбрости и откровенности прошел, а на смену пришло отчаянное раскаяние и сожаление. Наверное, он ждал, что я прогоню его, велю собирать вещи и убираться из моего дома и просто больше не показываться мне на глаза. Но я этого делать не стала. Он был смущен - и это ему крайне шло, а еще мне нравилось, что он совсем не считает себя опытным соблазнителем и не ждет, что я немедленно паду в его объятия. Такого бы я точно не потерпела. Однако, что мне ему сказать? То же, что и Бадди - что я так же страстно обожаю другого? Но кого? Наверное, будь у меня кавалер, я бы не стала столь свободно предлагать ему пожить у меня. А вдруг это неугомонное воплощение молодости на этом не успокоится, и захочет увидеть соперника воочию? Что тогда? Просить того же Бадди сыграть роль моего жениха, или и вовсе ссылаться на него в разговоре - а что, замуж он ведь мне предлагал.
Словно не выдержав тягостного молчания, Джеффри подался чуть вперед, прижимая меня ближе. Объятия получились не пылкими, а каким-то уютными. Я осторожно устроила голову у него на плече и закрыла глаза. Мне необходимо было подумать. Наверное, все мы в той или иной степени одиноки - и как знать, может, именно страх одиночества и толкает нас в чьи-то объятия, а вовсе не высокие чувства и прочая химия.

Я машинально провела рукой по его волосам, заглянула в глаза. Честные - словно у щенка или маститого афериста. Пожалуй, он и сам себе верит - вся эта любовь, по сути, довольно прочный самообман.
Я плохо помню, как мы оказались в спальне. Кажется, мы сбросили одежду еще за порогом, а дверь я открывала собственной спиной, едва не сбив по пути стоящий на прикроватной тумбочке торшер. Это так неправильно - но ведь нам редко нужны чувства, одобряемые со всех сторон, и ничто так не подогревает страсть, как запреты - а их сейчас было хоть отбавляй. Начиная с того, что в приюте нам вечно твердили: "оставаться с мужчиной наедине до свадьбы - самый короткий путь в ад".


*****
Наутро я проснулась с четким ощущением того, что накануне натворила слишком много глупостей. Отказать будущему политику и разделить постель с мальчишкой, лишь недавно получившим право напиваться в барах и в полной мере этим правом воспользовавшимся - не слишком ли для одного вечера. Мне определенно стоит как-то разделять глупости на несколько дней - одна ошибка выглядит не столь фатально, как две и более, так что даже не возникает мысли, что накануне был не ты, а кто-то другой. Так, вот вчера я точно не была самой собою, однако не собралась всю жизнь переживать по этому поводу.

Тихо, чтобы не разбудить Джеффри, я встала с кровати и прошествовала на кухню, набросив халат. Длинный крой его казался мне просто спасением - сейчас как никогда хотелось закутаться во что-нибудь с головы до ног, скрывая наготу - жаль, что вчера я не была столь же стыдлива.
Я замешивала тесто для вафель, делая вид, что полностью поглощена процессом и не слышу, не замечаю, как сзади раздаются неуверенные шаги, как хлопает дверь ванной. Когда одетый по форме Джеффри ненадолго задержался дверях, я, спиной ощущая его настороженный взгляд, не обернулась. Проще сделать вид, что слишком поглощена готовкой, чем смотреть ему в глаза, читая в них сожаление - быть может, не одна я жалею о прошлой ночи, или вызов. Нет, не хочу ни о чем говорить - даже если я совершила ошибку, поддавшись порыву - в котором, кстати, не было ничего удивительного, я ведь, черт возьми, обычная женщина - все равно не хочу, чтобы камень за это в меня бросили немедленно.



Тем временем у меня оставалось мало времени на то, чтобы жалеть о прошлом, ведь все мысли следовало сосредоточить на предстоящей мне встрече. Которая и без того казалась достаточно странной, и, ощущая неясную тревогу, я едва подавила желание попросить кого-нибудь из участка подстраховать меня, слоняясь неподалеку или ожидая в машине.
Как-то мне позвонил мужчина - я никогда раньше не слышала его голоса, и представился "добрым другом Ленни Смит-Джонса". Об этом Ленни воспоминания у меня были самые нерадостные - начиная с того, как этот непоследовательный тип сначала отправил меня искать одного будто бы пропавшего ученого, потом высказывал недовольство моей работой, а после еще долго донимал неясными угрозами. Теперь вот, теперь он еще и отправляет ко мне своих друзей. Нет, ну какая же наглость! Впрочем, мне уже давно не приходилось ничего слышать о Ленни Смит-Джонсе, так что, быть может, он просто залег на дно, а друга отправил с каким-нибудь поручением. Например, снова хочет нанять меня, но опасается светиться.
Сказать, что место, выбранное для встречи, меня смущало, значило не сказать ничего. И скоро я уже на все лады корила себя за беспечность - понесло же меня одну на задний двор какого-то давно закрытого завода! Да в таких местах встречи назначают одни только преступники - ну, и иногда те, кто находятся в бегах. Когда я приехала туда, невысокий полноватый мужчина ждал меня возле огромных черных бочек и мусорного контейнера, до верху набитого отходами. Ну и местечко - ну и парень, никогда его не видела. Странный же у этого Ленни круг общения - то ученый, то какой-то тип явно из рабочей среды. С такими связями не становятся президентом кампании - они больше подходят для чего-то другого, но для чего - пока не знаю.
- Вы - Джессика, - не спрашивая, а уточняя, кивнул мужчина. - Зовите меня Лэнг. Я пришел говорить с вами об одном дельце... в которое вам не следовало влезать. Это была ваша большая ошибка.
Я вздрогнула. Лицо у Лэнга было простоватое, в меру безобидное, однако мышечная масса и вес заставляли его выглядеть достаточно внушительно. Я бы сказала, что он - человек физического труда, а сбитые костяшки на пальцах ясно говорили о том, что еще и не дурак подраться. Само по себе это не вызвало подозрений, но вкупе со всем происходящим... "Дело, в которое мне не следовало влезать" - об этом же говорил и Ленни. Откуда это известно ему? Ленни посвятил его в подробности?

- Вас действительно Ленни послал? - как бы мельком уточнила я, продолжая исподволь разглядывать этого типа.
- Не-а, - широко улыбнулся в ответ Лэнг. И тогда мне впервые стало не по себе.

Баллы: без изменений (2,25)

Не Ленни. Его послал не Ленни Смит-Джонс - хотя по телефону он утверждал обратное. В общем-то, именно это и заставило меня прийти на встречу - обычно я не имела дела с людьми без рекомендаций, а также с теми, кто не может связно объяснить, откуда узнал о моем существовании. Мне по душе ответы вроде "видел объявление в Твинбрук-плэнет" или "слышал о вас в участке". Но самой надежной рекомендацией всегда были слова другого клиента. Типа "Ленни говорил, что вы отлично справились с его делом о пропаже". Это внушает некую надежность - знакомый твоего знакомого часто лучше, чем просто незнакомец, однако иногда и это здорово подводит. Например, когда оказывается, что никакой Ленни ему обо мне не говорил. Или говорил? Откуда, в таком случае, он взял мой номер - и я сильно сомневалась, что спросил в участке. Шериф не отправил бы ко мне человека, в котором не был бы уверен сам.
Я молча разглядывала собеседника, всей кожей ощущая застывшую в воздухе угрозу. Лэнг тоже молчал - наверное, давал возможность жертве обдумать его слова, нагнетал обстановку, чтобы я была посговорчивее. Нет, нельзя. Нельзя бояться - ведь именно этого ждет от меня Лэнг. Напуганный человек - легкая мишень, такой на все готов, лишь бы избавиться от страха, а я не собиралась позволять кому-то диктовать мне условия. Не нужно терять присутствия духа - я была почти уверена, что при правильном подходе мне ничто не грозит. Лэнг, конечно, громила, но как-то не смахивает на убийцу. Ведь в этом случае я была бы уже мертва - именно так работают хорошие исполнители. Ну, или не совсем мертва - если бы ему велели еще и вытянуть из меня информацию. Лэнг же, может, и склонен к выяснению отношений при помощи кулаков, но вряд ли станет бить женщину без веских на то причин. Не тот тип. Припугнуть же - другое дело. Похоже, мой неведомый противник полагал, что угроз с меня будет достаточно - или же Лэнг всего лишь первый звоночек. Первая пташка. Вестник. Но я готова была на все, чтобы не ждать второй. А значит, мне придется узнать от Лэнга хоть что-нибудь полезное. Что угодно, но лучше - все, что знает он сам. Да, при этом не вынуждая его прибегать к кулакам.
- Ты, в общем, это, бросай давай, - буркнул Лэнг. - Все эти свои штучки. В общем, переставай совать нос не в свое дело, и все с тобой будет оу кей, - с видимым облегчением выдохнул он, и я поняла - Лэнгу было не по себе. Не меньше, чем мне, а может, даже и больше - ведь если мне пока следовало молчать и слушать, то он наверняка имел некие инструкции насчет нашей беседы. И сейчас мучительно старался совместить их со своими собственными принципами: как же, наверняка ему велели припугнуть настырную дамочку, но мамаша в детстве прочно вдолбила в голову мысль, что нельзя ни с того ни с сего дерзить леди.
Мысленно я попыталась составить примерную характеристику Лэнга - насколько смогла, по первому-то впечатлению. Он глуповат - это по лицу ясно, наверняка не из хорошей семьи - привык грудью пробивать дорогу в жизнь, но вот беда - в нынешние времена куда больше ценится ум. Вот и привела его нелегкая в среду, где нужны ребята с мускулами и без излишней соображали. Преступная среда любит хороших исполнителей - а во воздействию на личность сравнима с болотом. В трясине увязаешь медленно и постепенно, часто сам того не ведая. Так вот, Лэнг пока что не увяз там по самые уши. Определенно, где-то внутри его мышечной массы еще оставался тот простоватый парень из пригорода, что приехал в Твинбрук в поисках лучшей доли. И мне нужно было сделать так, чтобы говорить именно с ним, с тем парнем, а не с Лэнгом - шестеркой нехорошего типа.
- Я вас понимаю, - как можно мягче начала я. Хорошо, если мне удастся заставить его видеть во мне в первую очередь женщину, а не проныру-детектива. С женщинами обычно как-то помягче. - В какое дело? По роду своей профессии я расследую много разных дел. В какое из них мне не следовало влезать?
По его старательно нахмуренному лбу я поняла - ему не сказали. Просто велели припугнуть дамочку - видимо, я сама должна была знать, почему, либо же перепугаться до такой степени, чтобы не задавать вопросов.
- Вы бросьте свои штучки! - сурово предупредил Лэнг. - Я тут с вами сюсюкать не намерен. Сказано, не лезь не в свое дело, вот и не лезьте.
Я вздохнула. Меня не покидало ощущения, что времени у меня немного. По сути дела - несколько месяцев назад я, при помощи Мэриголд Рэкет, впервые заметила слежку, однако уже давно не вспоминала о том случае. Теперь вот "хвост" появился снова, к тому же на этот раз этот некто - хотя, что интересно, один ли это человек, или же я перешла дорогу сразу целой группе - так вот, теперь этот тип посылает ко мне еще и громилу Лэнга. Ставки растут - но я не понимала, почему.
- Давайте так, - наконец сдалась я. Разгадывать эту загадку без каких-либо исходных данных было выше моих сил. - Сейчас я заберу кое-что из машины, вернусь сюда, и мы с вами серьезно поговорим.
Лэнг кивнул, впрочем, неохотно, и настороженно следил за мной, пока я шла к припаркованному неподалеку авто. Мне не понадобилось выходить за пределы его видимости, и только это сыграло в мою пользу. Хотя он, конечно, предупредил, чтоб "без глупостей". Я и не думала. Не могу так рисковать.
- Та-дам! - продекламировала я, вручая ему перевязанную яркой лентой коробку. Подарочная упаковка - вместе с лентой, обнаружились в бардачке - мы собирались вручить шерифу подарок на юбилей, и мне выпала обязанность все красиво упаковать. Хорошо, что я купила все необходимое на днях, и так и не выложила из машины.
Нет, я совсем не собиралась дарить этому Лэнгу рождественский подарок в надежде, что он расторгается и сам пойдет в полицию. Просто я попыталась сделать момент подкупа не столь очевидным - на случай, если за нами следят.

- Это просто подарок, - объяснила я, наклоняясь ниже. - Берите - но выглядите при этом равнодушным. Скажете, что у вас были именины я и решила подарить вам... что-нибудь. Женщины ведь ужасно сентиментальны. Там, внутри, конверт. Сумма приличная - сможете взять себе отпуск минимум на месяц.
Лэнг молчал, однако мне казалось, что он будет рад. Целый месяц не шляться по барам, выколачивая из владельцев часть выручки.
- Нет! - воскликнул Лэнг, отталкивая от себя коробку. - Это уловка, я знаю. Вы продолжите - а мне влетит за то, что не справился с таким пустяковым поручением.

Я разозлилась - это я-то "пустяковое поручение"? Между прочим, я раскрыла столько дел, сколько этому Лэнгу и не снилось!
"Чертов неудачник - думала я. - Слишком боится того, что об этом кто-то узнает, поэтому мнется, как школьник у доски. Я думала, он будет рад избавиться от своих "хозяев" - их могут посадить, если мое расследование будет удачным, а он трусит как подросток на сеансе "Дракулы".
Я явно неправильно оценила Лэнга. Я думала о том, как я поступила на его месте - воспользовалась бы удачной возможностью, а он думал лишь о том, чтобы не нажить неприятностей. Пугливый малый - даже при всей своей мышечной массе.

Мне срочно нужно было придумать что-то еще. Что угодно - чтобы помешать этому парню выбить из меня обещание "сидеть тихо и никуда не лезть".
Я глубоко вздохнула и подумала о том, могла ли раньше слышать его имя. Оказалось, что могла.

Эми как-то болтала о том, что эта Дилли - и сама по себе странная особа, связалась с каким-то неудачником без постоянного места работы. И даже имя называла - Лэнг Гвидд. И как я раньше не вспомнила. Что ж, теперь я знаю о нем две вещи - его фамилию и то, что он влюблен в девушку Дилли, такую, с вечно растрепанными волосами. Спасибо Эми и ее привычке лезть в частую жизнь горожан.
- Послушайте, Лэнг, - снова начала я. - Вы не совсем понимаете, что происходит. Наверное, вам кажется, что все просто - вы проводите со мной разъяснительную беседу и потом докладываете обо всем своему нанимателю. Все довольны. Но, и я в этом почти уверена, этого ему покажется недостаточно. И когда через пару дней или недель полиция обнаружит мой труп - тут-то и может всплыть тема нашего с вами знакомства. Об этом, скорее всего, позаботятся. Поверьте, на вас будет крайне удобно повесить труп - наверняка, о таком риске вас не предупреждали.
Лэнг нахмурился, и я видела, как борются в нем два чувства - два вида страха - страх провалить задание и нежелание попадать за решетку. Вряд ли он там уже был - по крайней мере, долго.
- Подумайте и о другом, - негромко добавила я, чтобы помочь ему поскорее определиться. - У вас ведь есть девушка, верно? Наверняка вы очень не хотели бы, чтобы бы кто-то причинил ей зло. А у меня есть парень. Я дорожу им, и очень не хочу, чтобы с ним-то случилось. Но если уберут меня - возможно, им совсем не понадобится такой свидетель. Если вы мне не поможете - то я не смогу уберечь его. Подумайте сами, Лэнг - вы ведь не преступник, и вряд ли хотите такого поворота событий.
Выражение его лица не изменилось - однако его поза стала намного свободнее, разгладились складки на лбу. Кажется, я попала в цель. Хвала небесам.

- Ну, я про них особо ничего и не знаю - меня с тем типом свел общий приятель. Ну, как приятель - подкидывает иногда работенку то там, то тут. Он в городе многих знает, и его знают. В общем, сказал, что дело пустяковое - а денег заплатят столько, что можно месяц вагоны не разгружать. Пришел я, значит, на эту встречу, а там этот тип сидит. Как выглядел? Да ничего особенного. Обычный такой... худой, длинный, а глаза как у рыбы - одни белки видны. Посмотрел на меня спрашивает "хочешь ли ты, Лэнг Гвидд, подзаработать на сущем пустяке"...
- А этот Ленни сдал вас с потрохами. Ну, я ему позвонил, сказал, что, мол, у нас с ним общий приятель, и этот приятель очень хочет знать, как найти эту Джессику - тут он и раскололся. Все выложил - и номер, и адрес, и даже внешность вашу описал. Все не пойму - то ли он трус, то ли его раньше уже чем-то крепко припугнули.
Рассказ Лэнга оказался не очень-то полезен - может, своего нанимателя он в лицо и узнает, вот только сначала неплохо бы это самое лицо разыскать - а мало ли в Твинбруке высоких худых мужчин? Да и кто вообще сказал, что он из Твинбрука. Может, приезжий. В любом случае, больше он с ним не свяжется: Лэнг - уже отыгранная карта. Хотя я взяла с него обещание, что он будет докладывать мне обо всех изменениях. Конечно, предварительно пообещав ему, что неприятностей с законом ему сегодняшнее происшествие не принесет. Я даже пообещала, что поговорю с шерифом - за этим Лэнгом, по его же словам, числится парочка мелких нарушений, думаю, что моему новому информатору можно будет это простить.


И хотя в этом деле до сих пор оставалось больше вопросов, чем ответов, мне стало значительно легче оттого, что возле дома ни меня, ни Джеффри не будет караулить похожий на большой мусорный бак Лэнг. И - о ужас, мне снова пришлось назвать Джеффри своим парнем. Похоже, это становится дурной привычкой.

Баллы: +0,25 за друга. Итого: 2, 5

Поле встречи с Лэнгом я слонялась по городу без определенной цели и назначения. Работы не было - я сознательно освободила день для предстоящей встречи, домой же идти совершенно не хотелось. Джеффри обычно возвращался в районе трех, так что у меня оставалось время на то, чтобы доехать, пройти в комнату, захлопнуть дверь и не выходить оттуда до завтрашнего утра, до восьми тридцати, дабы избежать даже намека на разговор. Вдруг ему захочется обсудить случившееся между нами прошлой ночью? Даже если нет, то наше вынужденное молчание будет непрестанно мне об этом напоминать.
Я шла через парк к продуктовому магазину, собираясь купить себе кофе и каких-нибудь крекеров для перекуса - переживания здорово вымотали меня, и есть хотелось нещадно, как неожиданно заметила знакомую фигуру, едва различимую на фоне зелени и вечерних сумерек.
- Ну здравствуйте, - сказала я, подходя ближе. - И почему сегодня вы без букета?

Мы смотрели друг на друга как ковбои из вестернов, ожидая, пока противник выхватит пистолет, настороженно и с легкой опаской. Он не был удивлен - должно быть, и сам понял, как нелепо продолжать слежку, когда объект заметил тебя хоть единожды. Он настолько упрям или настолько самоуверен? Или же это дело так значимо для него, что он не смог поручить его кому-то другому?
- Не буду спрашивать, кто вас нанял, - сразу перешла я к сути дела. - Потому что вы, скорее всего, этого не знаете. Он чертовски ловко заметает следы, не находите? Опасная личность. Могу поспорить, вам и самому надоело, что кто-то разыгрывает вас вслепую, и вы решились на ответные меры. Проследить за мной и дальше, попытавшись понять, чем я так заинтересовала вашего таинственного нанимателя. Дохлый номер, скажу я вам. Я ничего не знаю.
Мужчина хмыкнул, не соглашаясь и не опровергая мои слова, а просто слушая и делая собственные выводы.
- И в будущем я советовала бы вам держаться подальше от тех клиентов, что слишком умны. Будьте здоровы.
Мы разошлись так молча, однако что-то мне подсказывало, что этот тип все же прислушался к моим словам, во многом подтверждавшим его собственные подозрения. Глуп он действительно не был. Хотя бы потому, что любой человек, зарабатывающий на жизнь не совсем честным трудом и доживший до преклонных лет, не может быть глупцом по определению.

Ноги почему-то сами принесли меня к дому Рэкетов. Подозреваю ли я их? Возможно. Нет, я почти уверена, что их чертова семейка так или иначе имеет отношение ко всем преступным деяниям в Твинбруке - они или знают о них или проворачивают их сами, привлекая надежных исполнителей или манипулируя простаками, или же рано или поздно узнают, а далее будут поступать на собственный лад. Просто удивительно, что им удается сохранять видимость приличий и респектабельности даже в таком маленьком городке как Твинбрук. Верна поговорка, что "деньги решают все".
И все-таки что-то в этой головоломке не сходилось. Власть и влияние Рэкетов позволили бы им расправиться со мной и более простым путем, зачем такие сложности? Меня не покидало ощущение, что мой неведомый противник действовал скорее как дерзкий одиночка, нежели признанный король преступного мира - отчаянно блефовал, шел на риск и нанимал таких непроверенных людей, как Лэнг Гвидд. Возможно ли такое? Почему нет. Но, черт возьми, Рэкеты либо что-то об этом знают, либо совсем потеряли хватку, позволяя какому-то выскочке орудовать у себя под носом.
- Тебе чего? - окликнул меня чей-то голос. Я смутилась - наверное, выгляжу сейчас как сумасшедшая: стою и вот уже несколько минут подряд молча разглядываю особняк. Впрочем, просто наблюдать еще не преступление. Я приободрилась. Скажу, пожалуй, что заблудилась, и как раз мучительно вспоминала обратный маршрут.
- Ничего осо... - я осеклась, глядя в лицо стоявшей передо мной блондинки. Сильвер Рэкет была все еще хороша несмотря на свой уже весьма солидный возраст. Лицо у нее было несколько кукольное, однако в глазах светился ум, которому позавидовал бы любой мужчина. Я много раз видела это лицо на фотографиях в участке, в бумагах, фигурировавших по тому или ному делу - Сильвер ни разу не числилась подозреваемой, однако ее имя звучало в отчетах так часто, что не оставалось сомнений, что эта хорошенькая женщина была не просто женой местного мафиози, но играла в его деятельности роль несомненно большую. Почему-то я подумала о том, что мы с ней чем-то похожи: например тем, что живя в типично мужском мире отчаянно стараемся играть по его правилам и оставаться женщинами. Я попыталась представить Сильвер, невозмутимо отдающую приказ о моем "устранении" и вздрогнула. Ну надо же. Легка на помине. А я только размышляла о том, не причастен ли к моим бедами кто-нибудь из их семейки.
- Я пришла узнать, что с останками Мэриголд Рэкет, - неожиданно брякнула я. - Они были захоронены на вашем участке или же перенесены на городское кладбище?
- Что? - похоже, мне удалось ее удивить. Сама не знаю, отчего я вспомнила про Мэриголд - я разговаривала с ней всего однажды, однако наш разговор помог мне в сотни раз больше, чем двухчасовой семинар по безопасности, время от времени проводимый в участке.
- Не перенесены. Всех членов семьи хоронят на фамильном кладбище, и мы не делали исключений. Хотите взглянуть?

Я медленно покачала головой. Ну уж нет, добровольно я туда не пойду. Все равно что антилопе самой запрыгивать в реку и отплывать подальше, чтобы крокодилу не пришлось караулить ее во время водопоя.
- Я слышала, что она умерла от сердечного приступа... Впрочем, это вообще распространенная причина смерти. Среди людей любого возраста. Наверное, словарный запас тех, кто составляет некрологи крайне скуден, - близость оплота семьи Рэкет - внушающей громады с арками и множеством балконов, пьянила не хуже вина, и я забыла про осторожность.
- Нет, это не то, что вы думаете, - отрывисто произнесла Сильвер к немалому моему удивлению. По правде говоря, я вообще не думала, что она станет говорить со мной и дальше.
- Надеюсь, вы здесь не по очередному делу? - уточнила миссис Рэкет, и, дождавшись отрицательного ответа, продолжила. - Мы не трогаем членов семьи. Никогда. Это правило. Непреложный закон. Так что не ищите умысла там, где его нет.
- Никогда? Вот как? Даже если член семьи вдруг решил избрать совершенно иной путь? - я подумала о Дадли Рэкете - простоватом на вид, но опытном и неглупом полицейском с крайне неудобными для работы родственниками. Или удобными, как посмотреть. Наверное, Рэкетам было очень кстати иметь "своих" людей в полиции - хотя скорее всего, они у них и так есть.
- Все были в ярости, когда Дадли ушел из дома, а потом еще и подал заявку в управление полиции, - негромко сказала Сильвер, а я все еще не могла понять, почему она рассказывать мне о семейных проблемах, а не велит проваливать подальше от их особняка.
- Мы звонили ему, требовали, даже угрожали. Но он ничего не изменил. И тогда мы смирились. Все, кроме Мэриголд. Нам было запрещено говорить с ним или видеться. Но она была к нему слишком привязана, к этому дурачку. Они перезванивались, даже встречались в городе - в тайне от всех. Она сама сказала мне об этом незадолго до смерти. Возможно, чувстовала, что приходит ее время. Она даже завещала ему кое-то: наши адвокаты связывались с ним по поводу наследства, но он от всего отказался.
Я понимающе кивнула. Дадли Рэкет- честный парень, выбравший путь закона вопреки жизненным обстоятельствам, не мог поступить иначе. Не мог принять то, что когда-то было нажито нечестным путем, пусть даже соблюдены все формальности, а зарплата полицейского едва позволяет сводить концы с концами. Дадли Рэкет - коррумпированный полицейский, принял бы наследство покойно родственницы, не моргнув глазом.
- Мир меняется, - неожиданно печально заметила Сильвер, глядя на дом. - И те, кто правил в нем вчера, завтра станут лишь историей. Уйдут в небытие как все эти короли или монархи. Влияние семьи Рэкет уже не то, что прежде. Пройдет еще год или два, или пять - если нам повезет, но рано или поздно мы утратим его полностью, если не научимся приспосабливаться к переменам. Я не раз говорила об этом - но мужчины так упрямы. Вам, наверно, интересно, почему я все это вам рассказываю? Знаете, с тех пор, как умерла Мэригод, вы первая, кто спрашивает о ней или о ее могиле. А ведь у нее было столько знакомств в городе...

Когда я вернулась домой, Джеффри уже спал. Или делал вид, что спал, за что я была ему несказанно благодарна.

Баллы: без изменений

​Утром мне необходимо было сделать сразу два важных дела: избежать по-прежнему неприятного разговора с Джеффри и позвонить шерифу по поводу моих неприятностей. Ну, не то, чтобы я собиралась избегать этого разговора вечно, просто хотела подождать, пока не буду готова обсудить случившееся как взрослая девочка, а что касается неприятностей, то они требовали сосредоточиться на них в полной мере. Надежды на то, что мой неведомый противник умер от старости, покинул Твинбрук или перестал интересоваться мною были разрушены, так что стоило подготовиться. Теперь я могла говорить с Дадли Рэкетом безбоязненно, ибо была уверена, что человек он хороший и честный. Правда этот "хороший и честный" костерил меня последними словами за то, что не обратилась к нему раньше, и ничего не сказала про встречу с Лэнгом, но не могла же я признать, что считала шерифа пешкой в руках семейства Рэкет, и только сейчас убедилась, как была неправа. Недоверие ранит, и рана эта нескоро затягивается, а мне совсем не хотелось причинять ему боль.
Итак, мне известны были две вещи: первая, что интересуется мной некий мужчина, худой и довольно бледный, внешности невыразительной, а потому идеальной для преступника; и вторая - семья Рэкет к этому не причастна. Негусто. Однако, у меня имелось еще двое свидетелей: Лэнг Гвидд, которого нетрудно будет уговорить дать показания, и Ленни Смит-Джонс, которого можно будет разыскать и допросить в судебном порядке. Твинбрук - небольшой город, а моему противнику необходимо было где-то скрываться, так что я рассчитывала - при помощи полиции, конечно, вскоре обнаружить его убежище.
- Так и знал, что ты влезешь в какое-нибудь болото, - было сказано мне напоследок. - Вот что, будем надеяться, что пронесет, но если мы поймем, что этот тип опасен, то придется пойти на крайние меры. И будь готова к тому, что если мы не поймаем его в ближайшее время, то тебе придется исчезнуть.

Как-то мне пришлось разбирать документы, связанные с довольно громким делом об убийстве по политическим мотивам. Основными свидетелями в нем выступали дочь покойного и работавшая в его доме горничная, и обе они вскоре после возбуждения уголовного дела стали получать недвусмысленные послания с угрозами. Чтобы избежать давления на свидетелей, было решено спрятать их до начала суда, чтобы злоумышленники не смогли до них добраться. Помнится, горничная тогда была отправлена в Шам де ля Сим, под охрану одного агента, работавшего там под прикрытием, а дочь некоторое время жила в семье тогдашнего шерифа под видом его двоюродной кузины. В общем, примерно это и имел в виду мистер Рэкет, когда говорил, что мне придется исчезнуть. Конечно, у полиции Твинбурка небогатый опыт по укрывательству свидетелей от гнева и мести преступного мира, однако кой-какие наработки все же имеются. И я очень надеялась, что найду моего противника раньше, чем шериф решит ими воспользоваться. Потому что... ну, может, у меня и не такой богатый опыт работы в полиции, но я лично заинтересована в этом деле и не допущу, чтобы из-за какого-то выскочки мне пришлось пускаться в бега.
И еще одно. Шериф красноречиво намекал на то, что мне стоит подыскать себе "поверенного" - хорошо знакомого человека из числа друзей, раз уж родственников не имеется, который присмотрит за моим имуществом, пока я буду где-то жить под другим именем. Я задумалась. Эми не подходила из-за ее непомерной болтливости, а любую другую кандидатуру необходимо тщательно обдумать. Для начала я позвонила мистеру Кину - Уэй, кажется, был рад звонку, все трещал о том, как давно мы не виделись. Мы встретились на углу улицы, возле книжного магазина, и Уэй долго тряс мою руку в знак приветствия.
- Как дела, как жизнь? Все еще в большом бизнесе? - задав ему пару незначимых вопросов, я внимательно наблюдала за реакцией. Если мне придется однажды доверить ему свою имущество - и в некоторой степени свою жизнь, то я должна знать, что делаю правильный выбор.
- Потихоньку, потихоньку. А как ты, чертовка? Поди, уже окрутила кого-нибудь?

Тон беседы был вполне дружелюбным, однако меня не покидало какое-то странное ощущение. Словно Уэй затаил на меня злобу, давнюю, но крепкую. Вот только почему? Никаких ссор между нами вроде не было. Неужели обижен за то, что так долго не находила на него времени? Нет, тут что-то другое.
- Наверное, попадается много неженатых клиентов, да? Сейчас уже не те времена, так что на работающую женщину уже не смотрят так же косо, как раньше...
Вот оно! Понятно. И беззаботная, но лишь на первый взгляд, болтовня Уэйя, и многочисленные вопросы о моей личной жизни. Уэй и правда злился на меня, как злится любой отвергнутый поклонник, со временем превращая обожание в обиду и ревность. Прежний кумир должен быть сброшен с пьедестала, это закон, вот только Уэй слишком труслив и осторожен, чтобы что-то предпринять, и вынужден довольствоваться мелкими насмешками, то и дело сквозившими между строк. Люди трусливые и несмелые часто бывают недооценены из-за своей робости, однако многие из них не упускают случая поквитаться, когда последнее ничем им не грозит. Но я не предоставлю ему такого шанса.
В мучительной попытке предложить какую-нибудь еще тему для разговора или вежливо распрощаться, не открыва цели нашей встречи, я вертела головой по сторонам и тут заметила одного типа, только что вышедшего из магазина и с несколько рассеянными видом замершего на середине улицы. Как там его... а, Брайант Корнелиус. Лысоватый и не слишком сметливый работник Твинбрукской библиотеки. Счастливый муж и отец, как я слышала, до сих пор. "Пойду поздороваюсь с приятелем" - прошептала я Уэйю, давая понять, что разговор окончен.

- Мистер Корнелиус, - позвала я, подходя ближе. - Здравствуйте.
- О, да, девочка. Я знал, что однажды ты снова придешь ко мне.
Я потрясла головой, не веря своим ушам. Говорит словно какой-то сенсей или наставник главного героя во второсортном боевике. Откуда это взялось? Играет на публику, беседует сам с собой или подтверждает мнение, что "рано или поздно тихие и правильные люди неизбежно сходят с ума"?

Но стоит ли мне рассказывать о своих проблемах сумасшедшему? У него, поди, и своих достаточно. Но что-то в ту минуту удержало меня на месте, давая Брайанту возможность обернуться и поприветствовать меня уже более традиционно. А спустя несколько часов, проведенных за беседой, неожиданно откровенной, я поняла, что лучшей кандидатуры не найти. Брайант, хоть и трусоват, слабоволен и нерешителен, при этом ответственный до зубовного скрежета, и в высшей степени сострадательный и чувствительный. Такой, помогая даме, приложит все усилия, и даже больше. Наизнанку, если надо, вывернется - как вздрагивал и сопереживал он всякий раз, когда я заводила о разговор о получаемых угрозах.
- Я сделаю все, что он меня зависит, и даже больше, - пообещал он, на прощанье трепетно коснувшись моей руки. Не могу сказать, что его слова вселили в меня уверенность. Нет, не потому, что я не доверяла Брайанту - доверяла, просто меня не оставляли сомнения, что он может столкнуться с чем-то, что будет выше его сил и понимания.


Домой я вернулась в смешанных чувствах. Из головы не шел разговор с шерифом, и хотя перспектива новой жизни вдали от преступников манила обещаниями комфорта и возможностью начать все с нуля, забыв все то, что хотелось забыть, мне нелегко было согласиться с таким решением. Джессика Примроуз, черт возьми, слишком значительная личность, чтобы вот так, в одночасье, исчезнуть, раствориться в какой-нибудь Мэри или Энни, которых не преследует таинственный злодей!
Пытаясь успокоиться, я взяла газету и присела на диванчик в гостиной. Через пару минут Джеффри ко мне присоединился.

- Там еще не пишут, что вся преступность в Твинбруке изведена под корень? - неловко пошутил он, и мне стало немного легче. По крайней мере, он не собирается напоминать мне о недавней ошибке - нашей общей ошибке, между прочим. Было бы чудесно, если бы нам удавалось и дальше делать вид, что ничего не было, и так до тех пор, пока мы сами в это не поверим.
- Не пишут, - виновато отозвалась я. Было целых две новости, которые мне необходимо было ему сообщить, и я нервничала, не зная, с какой начать. Мне на его месте не понравились бы обе.


Когда я сопровождала Эми в городскую больницу: она подозревала, что снова беременна - поражаюсь тому, сколько неприятностей приносит эта "свободная любовь" - в коридоре я наткнулась на мистера Кастора. Он явно не ожидал меня встретить, и вид у него был расстроенный. Я сразу заподозрила неладное - поблизости не было его жены, а такая особа, как Беверли Кастор, не оставит мужа в столь волнительный момент. Я нагло воспользовалась служебным положением, зайдя в кабинет вслед за ним и едва не силой заставив лечащего врача показать мне историю болезни. А из нее следовало, что жить Роберту Кастору оставалось немного, год от силы, если сердце не откажет раньше.
И в тот же день в той же больнице я встретила Пэнси Пруденс. Заплаканная, она словно нехотя прошла в кабинет, ссутулившись, а ее отец, заметив мой недоуменный взгляд, отчего-то решился кое-что прояснить. Пэнси недавно вернулась домой избитая - пострадала она несильно, лишь несколько ссадин да синяков, однако упорно молчала об их происхождении. Я сочувственно погладила мистера Пруденса по плечу и задала несколько уточняющих вопросов. Восстановить картину событий было нетрудно - странно, что мистер Пруденс сам до этого не додумался.
Раз - в дом Пруденсов начинает названивать некий Томас, будто бы школьный приятель Пэнси. Два - однажды вечером Пэнси выходит из дома, наряженная и накрашенная, наотрез отказываясь сообщать, куда и с кем идет. Три - соседи болтают о том, что видели Пэнси в городе вместе с каким-то юношей, причем молодые люди о чем-то очень эмоционально спорили, после чего юноша, потеряв терпение, почти силой усадил Пэнси в такси. Четыре - девушка вернулась домой поздно, и уже с синяками. Вычислить юношу по описанию было также нетрудно - все-таки приметная у этих Касторов внешность. Оставалось неясной причина ссоры и дальнейшего рукоприкладства, однако на этот вопрос могла ответить либо сама Пэнси, либо Томас, но девушка твердо намерена молчать. Мне показалось, что Джеффри будет интересно узнать, что творится с его подружкой - он так заботился об этой несколько странной, на мой взгляд, девушке, словно Пэнси была его младшей сестрой.
Я собралась с духом и выдала Джеффри сразу обе новости. Поочередно.
- Ты куда? - я удивленно распахнула глаза, глядя, как он решительно встает и идет к себе.
- Спать, - бросил мне через плечо Джеффри. - Завтра тяжелый день. После работы нужно будет еще навестить родственничков.

Я вздрогнула. Он же не собирается натворить глупостей? И, хотелось бы знать, что именно так влечет его в родные пенаты: болезнь отца или желание потолковать с Томасом? В любом случае, я должна была перехватить его раньше, чем случится непоправимое.

...Ну конечно, я опоздала! Точнее, этот паршивец, словно предугадав мои действия, слинял с работы на час раньше. Стоя у дома Касторов, вслушиваясь в доносившиеся с крыльца вопли, я надеялась только, что попав внутрь, не обнаружу труп - любой степени посинения и не важно, чей.






Баллы: +0,25 за друга (Брайант Корнелиус). Итого: 2,75

Дом Касторов - обычный, ничем не отличавшийся от соседских, сегодня мог стать местом непотребной драки или платформой для примирения враждующих членов семьи, но я, не обладая даром предвидения, точно не знала, чем все кончится. Однако готова была призвать в помощь логику или попытаться угадать.
Итак, Джеффри не настолько сентиментален, чтобы мчаться к отцу, позабыв про обиды, однако слишком чувствителен, чтобы по-настоящему его ненавидеть, ведь только так весть о скорой смерти не тронет сыновнего сердца. С другой стороны, отношения Джеффри к женскому полу можно считать рыцарским, так что, даю голову на отсечение, он не оставил без внимания то, что случилось с Пэнси. Впрочем, я почти уверена, что он не подойдет на большее, чем пара предупредительных ударов, раз и навсегда отучивших бы брата от манеры поднимать руку на женщину. Служба в полиции научила Джеффри решать проблемы с помощью кулаков - так было принято среди крепких ребят, умевших постоять за себя, однако на досуге мне следовало объяснить ему значение слов "превышение служебных полномочий". Так, на всякий случай.
- Э, стой, - я втиснулась в дверь за секунду до того, как Томас Кастор захлопнул ее перед моим носом.

Вид у него был не сильно удивленный. Его братец, столько времени на навещавший ни его, ни их престарелых родителей, почтил их визитом, а он не интересуется, что побудило его переступить порог, который он обещал никогда больше не переступать. Впрочем, какого черта там делаю я, Томас тоже не спрашивал. Может, Беверли уже поделилась с домашними новостью о том, что скоро заполучит меня в невестки?
Не дожидаясь приглашения, я прошла в дом, не обращая внимания на застывшего посреди прихожей Джеффри. Лицо его побелело от гнева, став похожим на гипсовую маску, и я чувствовала, как нелегко ему скрывать эмоции: цедить сквозь зубы приветствие вместо того, чтобы наброситься на Томаса с кулаками. А парень, пожалуй, неплохо держится - надо только немного поработать над мимикой. Хороший коп никогда не должен выдавать своих чувств, даже если подозреваемого хочется убить на месте, а не арестовывать и ждать суда.
- Хотите чаю? - прямо передо мной возникла чуть побледневшая от волнения Беверли. Я позволила увести себя в гостиную и усадить на запылившийся старенький диван. Интересно, знает ли она о болезни мужа?
- Мальчики немного поговорят... на кухне, - сказала она, стараясь поверить в собственную ложь.

Поговорят они. Как же. Не удивлюсь, если после разговора кто-то недосчитается пары зубов или ребер. Но Беверли из тех, кто до последнего цепляется за приличия, так что пусть. Пусть верит в собственный неуклюжий обман, пусть считает, что ее правильные, домашние мальчики просто немного повздорили из-за ерунды. И пусть в голову ее никогда не проникает мысль о том, что мальчики ненавидят друг друга так сильно, как могут ненавидеть только близкие родственники, что один из них давно уж превратился в одинокого волчонка, отбившегося от стаи, а другой - не знаю, быть может, в мерзавца. А кем еще может быть парень, поднявший руку на девушку? Тем более на такую, как Пэнси. Ее болезнь и немного своеобразное видение мира превращали в легкую добычу.
Я выбрала себе местечко на диване, надеясь, что миссис Кастор не станет подсаживаться ко мне близко. У меня чуткий слух, в доме тонкие перегородки, и если только телевизор в гостиной не будет работать на пределе громкости - я услышу все, о чем будут говорить Джеффри и Томас.

Пока они, правда, ни о чем не говорили, стояли и смотрели друг на друга, как противники на бойцовском ринге. Дорого бы я отдала за то, чтобы знать, о чем думают эти двое. Наконец, Джеффри произнес, чеканя слово за словом:
- Не ожидал, от тебя, "братик", такого. Ты у нас, конечно, не силач, но выбрать себе в противники девушку - признаться, ты меня удивил.
Я чувствовала, как воздух в холле гудит от напряжения, а Беверли, сцепив руки в замок, нервно ерзает на месте. Она бы и рада остановить ссору, но не знает, как. Я же считала, что братьям стоит поговорить начистоту, и не видела большого горя в том, что разговор может закончится дракой. Мужчинам необходимо порой "выпускать пар", лишь бы не покалечили друг друга. Роберт, незаметный, словно привидение, прошел в гостиную. Он молчал, но я чувствовала: в глубине души он со мной согласен. Бывают вещи, которые могут понять только мужчины... ну, или хорошие детективы, которые по роду профессии не имеют пола, потому что думать нужно правильно и верно, а не "как мужчина" или "как женщина".
- А ты наглец, раз посмел заявиться сюда, - окрысился Томас. - Тут тебе, как видишь, не рады. А что до девчонки... не твое дело. Сначала женись - если, конечно, кто-то пойдет за такого, а потом претензии предъявляй.
- Мое. Мое дело, - ледяным голосом возразил Джеффри, и градус страстей мгновенно возрос. - Она моя подруга, и я не позволю тебе причинить ей вред... Еще больший.
- А не то что? Ударишь меня? Давай, ударь, ты ведь ничего другого не умеешь...
Джеффри вздохнул. Я не слышала это, но чувствовала. Он стал куда сдержаннее, и вряд ли позволит брату так просто вывести себя из равновесия. Нет, мирная беседа продлиться еще минут пять, может больше. Хотя нет, не больше. Сказав, что Джеффри стал сдержаннее, я вовсе не имела в виду того, что выдержкой он стал подобен мастеру боевых единоборств.
- Может быть ударю. Но сначала узнаю, зачем. Зачем ты так с ней.
- Ну, что тебе сказать...
Лица Томаса я не видела, но была уверена, что на нем застыло выражение легкого отчаяния. Он явно рассчитывал на поддержку родителей, которые должны были выставить Джеффри из дома раньше, чем дойдет до скандала, и теперь обескуражен их дружным нейтралитетом.
- Знаешь, братец, в этом виноват ты... - а вот и попытка перебросить вину на другого. Неплохой ход. Правда, Томас слегка просчитался - Джеффри слишком упертый для того, чтобы ощущать вину за младшего брата, которого давно считает "исчадием ада".
- Помнишь Мелани? Девчонку из старшей школы? Такую, с длинными ногами и светлым хвостом. Я ведь был влюблен в нее. Серьезно. Год набирался смелости, чтобы пригласить на выпускной. А помнишь, что случилось потом? Ты позвал ее на свидание в Бургер-Книг, и она наделю ходила за тобой, упрашивая пойти с ней на танцы. Уж не знаю, что девчонки в тебе находят. Но я не мог этого так оставить. И я решил отомстить. Поступить с тобой так же, как ты со мной. Сначала я познакомился с этой "мисс Конгениальность" - думал, у вас все серьезно, раз вы даже живете вместе, но потом понял, что ты явно спишь с ней ради денег и бесплатного жилья, так это было бы совсем не то, чего я хотел. А потом я услышал, как этот уродец Паркер треплется о том, что ты встречаешься с его сестрой, и понял: вот мой шанс.
Томас выдохнул, переводя дух. Мистер Кастор включил телевизор, пощелкав пультом в поисках дневных новостей, а затем убавил звук до минимума. Нам не хотелось, чтобы кто-то подумал, будто мы подслушиваем. Но упустить что-то из их разговора не хотелось тоже.
- Я познакомился с ней в парке... это было нетрудно. Она доверчивая словно младенец. Не симпатичная нисколько, зато молоденькая. Тебе ведь такие нравились? Да и потом - от некрасивой девчонки проще добиться близости, верно? Такие на все пойдут, лишь бы ты их не бросил. Простят, даже если изменишь. В общем, я позвал ее на свидание, нашептал пару комплиментов - она просто растаяла. Видно, ты, братец, вконец ее достал, раз уж она так легко сдалась. Мы посмотрели фильм, потом немного "пошалили" за кулисами. А потом я сказал ей, что, мол, ничего серьезного, детка, нам с тобой пора распрощаться. Но она просто обезумела! Вцепилась мне в лицо, как дикая кошка, еле оторвал. Я посадил ее в такси, думал, по дороге угомонится, но как бы не так. В общем, я столкнул ее пару раз, несильно, только чтобы она наконец от меня отстала...
- Достаточно, - велел Джеффри, а потом мы услышали приглушенный вскрик и звуки борьбы. Я с вызовом посмотрела на мистера и миссис Кастор, но они сидели, словно две статуи.

- А теперь слушай сюда, Томас Роберт Кастор, - таким тоном арестованным зачитывают права, однако я была уверена, что на этот раз обойдется без наручников. - Ты сегодня же пойдешь к Пэнси и извинишься. А если вдруг окажется, что она беременна, то попросишь руки у ее отца. И найдешь работу - хоть грузчика, хоть чернорабочего, чтобы содержать ее и ее ребенка. Тебе все понятно или хочешь, чтобы я сломал твою чертову руку?

- Скажите, Томас может подать в суд за моральный и физический ущерб? - наконец подала голос Беверли.
- Может, - нехотя признала я. - Но тогда защита вызовет Пэнси Пруденс в качестве свидетеля.
Голоса стали на порядок тише и глуше - похоже, браться переместились в столовую и наконец пришли если не к компромиссу, то по крайней мере начали обсуждать проблему как два взрослых человека. Впрочем, я была рада, что Роберт и Беверли больше не слышат их, ибо наверняка выражения, в которых они объяснялись, были далеки от тех , что приняты в приличном обществе.

- Кажется, сердце прихватило, - произнес Роберт, неловко вставая с кресла. - Милая, где у нас аптечка?
Беверли ответила ему недоуменным взглядом, а я машинально потянулась к пульту управления, выключая телевизор. Сердце? Тревожное предчувствие кольнуло в висок. Кажется, даже голоса в столовой стали тише.


Баллы: без изменений.

Что есть смерть? Ученые, экстрасенсы и суеверные обыватели отвечают на этот вопрос по-разному, знать же истину не дано никому. Является ли смерть переходом в новое энергетическое состояние, или же частичка нашей души, отделившись от целого, отлетает в иной мир, в иное измерение? А может, и нет никакой души, никакого мира, мозг просто перестает существовать, тело медленно гниет в земле, в окружении могильных червей, а кусок мрамора ценой в полсотни долларов - вот все, что остается в память о нас. Я никогда не задумывалась о смерти, ведь практически не сталкивалась с этим явлением. Я не знала родителей - и не могла скорбеть об их смерти в том случае, если бы они уже покинули мир живых, а по долгу службы мне, как правило, приходилось иметь дело разве что с теми смертями, что уже случились, и по разным причинам не могли быть раскрыты полицией. В моем собственном мире смерть существовала в виде загадки, а не явления, если не считать умершей от сердечного приступа женщины, которую я видела в день нашего с Джеффри первого свидания. Но странно было бы переживать о смерти того, кого даже не знал.
Роберт Кастор пошатнулся, прижав правую ладонь к груди, потом посмотрел на нас чуть виновато. Мы с Беверли, подхватив под руки с двух сторон, попытались усадить его на диван, и, пока Беверли подкладывала ему под спину подушки и искала лекарство, я звонила в скорую. Я боялась опоздать - однако, в этот день, в этот час я просто не могла успеть. Даже если бы городская Твинбрукская больница не находилась в трех кварталах от дома, помощь не подоспела бы вовремя. Роберт Кастор скончался в считанные секунды. Его сухощавое тело с глухим стуком сползло с дивана, а рыдания Беверли едва не оглушили меня поначалу.
Томас и Джеффри застыли в дверях с одинаково виноватыми лицами, затем Томас шагнул вперед, верно, собираясь обнять мать или осмотреть тело отца, однако в итоге лишь стоял на месте, словно не в силах пошевелиться. Джеффри так же застыл в дверях каменным изваянием, и от боли и вины, читавшихся в его глазах, мне на мгновенье стало дурно. Но я мало чем могла ему помочь. Присев на корточки возле тела Роберта, убедившись в отсутствии пульса и дыхания, я подтвердила страшную догадку всех собравшихся - он мертв. Он ушел. Мгновенная остановка сердца, хотя я и не врач, и причина смерти может быть несколько иной.
- Он мертв. Мне очень жаль, - Беверли смотрела на меня с такой ненавистью, словно я сама его убила. На мгновение мне показалось, что над телом Роберта, распростертым на ковре, поднимает белесая дымка, повторяющая очертания человеческой фигуры. Призрак? Но я не верю в привидений.

Я не знала, видел ли это еще кто-нибудь. Беверли рыдала не переставая, пряча лицо в ладонях, а Джеффри не отрывал взгляда от тела отца. Теперь лицо его стало непроницаемым настолько, что, казалось, будто семейная трагедия не вызывает в нем никаких чувств. Я склонялась к мысли, что Джеффри вряд ли захочет скорбеть вместе с братом - ведь скорбь и горе объединяют людей, а гордости ему не занимать даже в такие минуты.
Я сама была растеряна не меньше, чем Томас, и все не могла взять в толк, должна ли я утешать присутствующих, скорбеть вместе с ними или лучше будет просто покинуть дом, предоставив этой семьей возможность пережить горе узком кругу. Я выбрала последнее - чувствуя, что никто из них в моем утешении не нуждается. Кроме, пожалуй, Джеффри - но сейчас ему лучше побыть с родными. Прошептав соболезнования, я покинула гостиную полную плачущих людей и призраков.

Я решила переждать на крыльце, ведь свежий воздух помогает собраться с мыслями. Прислонившись спиной к дверному косяку, я молча разглядывала лужайку с безупречно постриженным газоном. Интересно, что станет с домом теперь? Продолжит ли Беверли и после утраты поддерживать его в таком прекрасном состоянии, или же все здесь придет в упадок, садик зарастет сорняками, а все предметы в доме, кроме телевизора, покроет толстый слой пыли.
Мне было слышно все, о чем говорили в гостиной. Если я бы поняла, что Джеффри хочет провести с матерью и братом следующие несколько часов, дождаться коронера или остаться на ночь, то уехала бы немедля. Конечно, если хозяйка дома не станет настаивать на обратном.
Послышался глухой стук, словно кто-то уронил мешок муки или в гостиной Касторов обосновалось еще одно недвижимое тело. Одно из двух - или они стали переносить тело Роберта в более применимое, по их мнению, место, или же кто-то упал в обморок. Я ставила на Беверли - хотя Джеффри, помнится, тоже не проявлял хладнокровие при встрече с трупами.
В гостиной я обнаружила Джеффри все же потерявшего сознание от пережитых потрясений, и неподвижно застывшего рядом Томаса, не делавшего никаких попыток помочь брату. Беверли продолжила заламывать руки где-то возле камина, целиком поглощенная горем.
- Надеюсь, ты доволен, - прошипел Томас сквозь зубы, глядя на брата с неким торжеством. - Это ты виноват, слышишь! И мама решит также, когда придет в себя.

Заметив меня, Томас скрылся в столовой, пробормотав "маме не помешает стакан воды", а я смогла приступить к ставшему уже почти привычным занятию - приведению Джеффри в чувство.
Стакан холодной воды и прихлопывание по щекам быстро сделали свое дело. Джеффри по-прежнему выглядел бледным, однако я была уверена, что он продержится до конца дня. Пока прибывший врач составлял отчет о времени и причине смерти, а полиция осматривала помещение, Джеффри, бережно подхватив мать под локоток, вывел ее на крыльцо. Я заняла позицию в коридоре, сбоку от входной двери - чертовски удобное место, откуда я могла не только слышать их разговор, но также наблюдать за действиями врача и неловким мельтешением копов, возможно, недоумевающих, что им делать там, где не было преступления. Но в случаях, когда смерть наступала не в больнице, их присутствие было необходимо.
- Я могу переехать сегодня же, - виновато говорил Джеффри. - Тебе, наверное, понадобиться помощь с похоронами и всем прочим. Я хочу сказать, что ты ведь не должна справляться с этим в одиночку...

Беверли хмыкнула. Я отчетливо услышала это даже сквозь шум в гостиной.
- Помощь? Ты говоришь - помощь? О, поверь, если бы я сейчас могла смеяться, то хохотала бы, как безумная. Роберт был мягким человеком - намного более мягким, чем это необходимо, и если бы ты знал, если бы ты только знал, какие страдания причиняли ему ваши бесконечные ссоры! А теперь он мертв. И ты говоришь мне, что я не должна чего-то там делать в одиночку. Я тащила на себе весь дом, пока все вы были заняты собственными делами, и уж поверь, что я как-нибудь сумею уладить вопрос с похоронами.
Я вздохнула. А чего я, собственно, ожидала? Гордость в семье Кастор это такой же отличительный признак, как, к примеру, цвет глаз или своеобразная форма носа.
Перед тем, как покинуть дом, я видела Томаса еще раз. Он так старался не встречаться с полицией, словно думал, что они явились по его душу из-за истории с бедняжкой Пэнси. Проходя по коридору, бросив всего один мимолетный взгляд на диван, на который аккуратно уложили тело Роберта, Томас неожиданно побледнел, и, закрыв голову руками, словно защищаясь от кого-то, вжался в стену.

- Нет, нет, - невнятно причитал он. - Я ничего тебе не делал, ты не можешь... ты не имеешь права меня обвинять!
В тот момент я испытывала к нему, наряду с отвращением, жалость. Несчастный подросток, тратящий жизнь на то, чтобы навредить собственному брату. Неужели он все еще видит призрак Роберта, застывший среди гостиной, или же верит, что мстительный дух станет преследовать его и дальше? Я больше не видела никаких привидений, да и не была уверена, что видела раньше. Мало ли что мне тогда померещилось. В любом случае, сейчас в гостиной было полно народу, но все - исключительно живы. А Томас все продолжал оправдываться перед призраком отца, видимым только ему.

*******
- Ты же не поверила в то, что он сказал? - спросил Джеффри по дороге домой. Вела я - но не потому, что категорически запрещала парню садиться за руль.
- Кто и что сказал? Если ты про Томаса, то нет. Не поверила ни одному его слову. Он же просто врун! Подумать только, он считает меня старой.
- Я... - Джеффри колебался. Казалось, что он хочет сказать нечто важное, но не может подобрать слов. Надеюсь, что это все же не признание в любви - нет ничего более зыбкого, чем признание убитого горем человека. Ему ведь все равно нельзя верить.
- Ах, да, чуть не забыл. Шериф просил тебя позвонить ему, как только появится время. Сказал, это важно, и ты сама это знаешь.
Вот тебе и признание. Но мысль о том, что у шерифа появилась информация по моему делу, грела меня всю дорогу.
Дома же, дождавшись, пока Джеффри зайдет в ванную, я позвонила шерифу, на всякий случай закрывшись в спальне вместе с телефоном. Не то, чтобы я не доверяла Джеффри - просто не хочу впутывать его в свои проблемы. Тем более, что пока они не так уж сильно отравляют мне жизнь - пара-тройка угроз это ерунда. Для детектива.
- Ты знаешь, кто такая Кэт Хантер? - без предисловий начал мой собеседник.
- Встречались пару раз. По делу. Она была моей клиенткой... правда, давно уже. А что такое?
- Мы арестовали Лэнга Гвида - помнишь такого, за хулиганство и мелкое мошенничество, и воспользовались этим, чтобы обыскать его дом. Он живет в трейлере на окраине города - но, странное дело, там установлен телефон последней модели. Ума не приложу, как он смог его подключить, ведь в телефонной кампании о нем не слышали. Так вот, мы проверили аппарат, и выявили список номеров, на которые звонил старина Лэнг. Номер, в принципе, был всего один, и зарегистрирован он на некую Кэт Хантер. Когда Лэнг наконец раскололся - мы припугнули его высшей мерой за соучастие в убийстве, то поведал, что его таинственный наниматель снова вышел на связь. Он лично принес и установил в его доме этот аппарат, и сказал, что теперь будет связываться с ним только так. По этому телефону. И судя по тому, что ты ничего не знала, твой осведомитель сдал тебя с потрохами.
Я молчала. Неприятно, когда тебя обводит вокруг пальца шкаф с замашками уголовника, однако я не могла отделаться от мысли, что у него все же могла быть причина так поступить. Хотя, странно, я же обычно не верю людям.
- Ему угрожали? - уточнила я. - Лэнг что-нибудь говорил о том, что его заставили?
- Ни слова. Хотя это могло бы смягчить приговор. Но он молчал, как сыч. Даже сокамерник, специально подосланный, так и не смог его разговорить. А вчера он сорвался.
- Сорвался? - я вздрогнула. В устах шерифа это могло значить что угодно.
- Ну да. Сорвался. Устроил непотребную истерику, разбил костяшки о стену и напал на сокамерника. Мы отсадили парня от греха подальше, а Лэнгу вызвали психиатра. Тот сделал ему укол, отчего Лэнг сразу вырубился. А еще этот доктор заявил, будто задержанный невменяем и нуждается в срочной врачебной помощи. Его перевели в клинику - я был против, но там он, по крайней мере, будет под присмотром.
Я почувствовала жалость к этому запутавшему в жизни парю, в сущности, совсем неплохому, но так уж сложились обстоятельства, что сначала он был вынужден жить в трейлере и перебиваться случайными и не всегда законными заработками, потом угодил в серьезный переплет, а в итоге - за решетку. Надолго угодил, или я совсем не знаю шерифа. Боюсь, помочь Лэнгу пока не представляется возможным - заикнись я о том, что можно было бы ограничиться исправительными работами, как шериф немедленно обвинит меня в излишней мягкотелости. А потом добавит, что Лэнг - мошенник, и все одно должен сидеть в тюрьме, да к тому же, нарушив наше с ним негласное соглашение, он сам отказался работать на полицию и, как следствие, сам выбрал свою судьбу.
- А что он делал, ну, перед тем, как сорвался? - спросила я. Такие вещи просто так не происходят.
- Да лама его знает. Сокамерник его говорил, что, мол, сидел, читал, а потом как вскочит, да как заорет, словно его на части режут. Да псих он, этот Лэнг. Надо еще проверить, не принимал ли он чего...
- А что читал? - нетерпеливо перебила я.
- Что читал, что читал, - шериф был явно недоволен моим интересом к бытовой жизни арестованного Гвида. Впрочем, будь его воля - и он разбирался бы со всеми проблемами сам, а мне было бы предложено сидеть дома и не высовываться. И работу бросить, для верности.
- "Твинбрук-плэнет" читал. Мы не запрещаем заключенным знакомиться с прессой, и охотно приносим им свежий выпуск, если попросят.
- Спасибо!
- Эй, я еще не закончил... - положив трубку, я уже бежала в гостиную, где на журнальном столике ждала стопка непрочитанных номеров. Что же упустила? Что могло спровоцировать Лэнга? Я бегло пробегала глазами страницы - светская хроника, реклама, новости культуры и науки. И - страница некрологов. Зачастую здесь просто располагался телефон ритуальной службы с лозунгом "Проводим в последний путь по высшему разряду", однако на сей раз тут висело сразу два некролога. И оба заслуживали внимания.


И кто мог назвать Кэт Хантер выдающейся художницей? По-моему, все, чем занималась эта дамочка: прожигала жизнь да рылась в чужом белье, любовно собирая сплетни. Шериф сказал, что Лэнгу звонили с ее номера, но теперь она мертва и никак не поможет пролить свет на эту загадку. Может, мне наведаться к ней, так сказать, в неофициальном порядке? Вскрыть замок - ну, теоретически, это несложно, да осмотреть там все. Вряд ли кто-то успел вывезти из дома ее вещи или устроить из них благотворительную распродажу.
Второе имя заставило мое сердце болезненно сжаться. Дилли, девушка Лэнга. В некрологе значилось, что она погибла от несчастного случая. Там, дальше, была небольшая статья на эту тему, призывающая горожан быть осторожней в пользовании электроприборами. Несчастный случай... Или нет? Дата ее гибели - спустя два дня после ареста Лэнга. Это предупреждение или месть - но ведь Лэнг почти ничего не сказал полиции. Или его наниматель не сомневался в том, что рано или поздно он проговорится, или же просто не имел осведомителей в участке и действовал на опережение. Пожалуй, второе. Иначе намного выгоднее было бы просто припугнуть Лэнга, а не устраивать несчастный случай его подружке.
Зазвонил телефон. Я сняла трубку, уверенная, что это шериф - мое нетерпение как раз помешало ему сообщить мне нечто, возможно, важное. Но это был Лэнг. Не знаю, как он сбежал из тюрьмы, или из больницы, куда, как сказал мистер Рэкет, его переводят, но голос у него был одновременно растерянный и испуганный.
- Эй, мисс. Я... ну, простите, что долго не звонил и все такое. Хотя и обещал делиться с вами информацией...
Я молчала. Незачем сейчас сообщать что я уже знаю о его аресте.
- В общем, у меня есть для вас кое-что. Знаете, мне уже терять нечего, поэтому... Приходите на городское кладбище к десяти часам. Буду ждать возле ворот.
Лэнг, больше ни слова не говоря, повесил трубку, а я так осталась сидеть с растерянным видом. Итак, мой союзник - хотя, союзник ли, после всего случившегося, предлагает встречу. Место выбрано таким образом, что могу сразу сказать - или он боится кого-го или чего-то, или же замыслил недоброе, ведь в таком случае отсутствие свидетелей только на руку. Хорошо, допустим, Лэнг просто боится. И прячется там, где никто не станет его искать. Он обескуражен смертью своей девушки и теперь готов сдать мне этого типа со всеми причиндалами. Привести с собой копов, даже в гражданской одежде, я не могу - Лэнг наверняка спрятался таким образом, чтобы следить за всеми подъезжающими машинами. Но равновероятен и другой вариант - Лэнг мог связаться с ним вскоре после побега и устроить нам "очную ставку". Стоит ли говорить, что назад я с этой встречи могу и не вернуться.
Я опустила голову на скрещенные руки, велев проходящему мимо Джеффри идти спать и не задавать вопросов. Я должна решить - доверюсь ли я Лэнгу еще раз, или же предпочту не рисковать.

Баллы: 2,75