Может быть, я сам генерирую зло, дневник? Ты помнишь, я когда-то писал тебе про террористов, собирающихся отравить всю воду в городе? Информация потом обросла пугающими подробностями: никакой это не яд, а грязная бомба, и не террористы, а сумасшедший ученый – некто Доктор Зло. Ты можешь себе представить, дневник, сколько бессонных ночей я мучился, придумывая, как помешать этому человеку? Или это я из-за Бонни не спал… Не важно. Последний год я вообще плохо сплю.
Но дело совершенно в другом: оказалось, что Доктор Зло – это я сам.



Не знаю, кто стал распускать слухи и как они достигли подобного масштаба. Наш институт, оказывается, давно сотрудничает с корпорацией Женни, выполняет мелкие заказы ради дополнительного финансирования. Мои ученые коллеги не могли не заметить, что появилась новая фигура в решении денежных вопросов корпорации. Я звал его Рыжим Вомбатом и не подозревал, что обе наши организации давно нарекли его Доктором Зло.
Почему? Дневник, неужели я произвожу на людей такое впечатление? Они же меня никогда не видели! Я общаюсь со всеми через моего электронного посредника. Когда и что я успел такого сказать, что во мне увидели сумасшедшего ученого, планирующего массовые убийства? Конечно, слухи неуправляемы, они могут привести к появлению даже таких «фактов». А то, что остановить Доктора поручили Стоуну мне очень даже льстит. Все-таки, коллеги меня уважают. Не зря я столько работал. Может быть, однажды за развитие идеи телепортации мне дадут Нобелевскую премию.



Увлекшиеся квантовой физикой мои коллеги совсем забыли про существование классических каналов связи. А они как раз все и решают! Недостаточно воссоздать в другой точке пространства заданный набор частиц — их же еще нужно связать между собой. Я долго изучал нейтрино, поэтому прекрасно понимаю, как сложно с их помощью передавать нужную информацию. Моя идея была чрезвычайно проста и привела к тому, что опытный образец телепорта уже стоит в нашем доме. Дневник, можно просто использовать телефон — классический канал связи. Несколько сигналов — и частицы выстраиваются в заданном порядке. Теперь Айзеку не нужно тратить полтора часа на дорогу, чтобы увидеться с Анной-Марией.



Когда я смотрю на них, вспоминаю себя и Тамру в детстве. Жаль, что они не могут быть соседями. Дети расплачиваются за сложные отношения своих родителей.



С Бонни так не будет! Я хочу, чтобы она обладала всем самым лучшим. И я никогда не разлучу ее ни с одним другом. Она должна стать самой счастливой девочкой. Назло всему семейству Ква.
А пока я просто стараюсь сделать наш дом безопасным для маленького любопытного ребенка.



Но если признаться, задача не имеет решений, пока в этом доме живет Марисоль. Кто знает, что она еще изобретет. Может, устроить ее к нам подопытной?
Мальчикам будет тяжело без мамы. Они ее любят, а глядя на них, и маленькая Эм проникается симпатией к убийце своей матери. Все-таки лучше бы дети чаще бывали у Юджина, а не у нас. В конце концов, я даже телепорт домой принес специально для этого.



Кстати, у нас теперь новое правило: наш дом - не хоспис.
Нет, я с уважением отношусь к престарелым друзьям Мари, но предпочитаю, чтобы они умирали где-нибудь в другом месте.
Благодаря Юджину я вышел на одного чиновника, располагающего многолетней статистикой по смертности в Сансет Вэлли. Если верить моей программе-обработчику, количество умерших людей в последние годы не превышает нормы. Последний всплеск смертности вообще наблюдается до моего рождения, а с тех пор — все гладко, никаких изменений, никаких аномалий. Странно. Я же знаю, что Марисоль продолжала убивать.



Или это уже я начинаю сходить с ума, раз мои подозрения не подтверждаются фактами? Квантовая физика и не такое вытворяла с разумом... Мне уже на пенсию пора, а я продолжаю мучить свою голову работой. Но я и не чувствую себя старым. Если посмотреть на меня и на Юджина, никогда не скажешь, что мы ровесники. Наверное, маленький ребенок заставляет родителей быть моложе. Ни мне, ни Женни никто не дает реальный возраст...
Кстати, это может быть связано еще и с Амброзией. Хотя я не думал, что эффект будет столь значительным. Интересно, на какой срок можно продлить свою молодость? И сохранится ли способность творить с годами? Я не собираюсь останавливаться на создании телепорта.



Дневник, у меня все чаще возникает желание найти научный способ опровергнуть (или даже подтвердить) теорию Марисоль. Сколько лет у меня на это может уйти? Теория слабых взаимодействий для меня не нова, а идеи, подобные мыслям Мари, я встречал в дневниках многих ученых прошлого. Нет, я не начал ей верить, но ее упрямство заставляет задуматься. Что-то же она видит. А мне нужна новая цель, чтобы двигаться дальше.



Да и Юджин с годами начал забывать о моих предостережениях на счет Марисоль. Он находит самые нелепые причины, чтобы встретиться с ней или с моей женой. Подходит к концу второй срок его президентсва, скоро он сможет выйти на пенсию. Эм, как и наши мальчики, уже совсем большая, а Ландау не спешит порадовать отца внуками. Я понимаю, что Юджин начал скучать по нашей семье, но не решаюсь попросить его вернуться. Общение на расстоянии для него безопаснее.



Совсем я упустил этот вопрос, пока занимался книгой. Кажется, за следующую я возьмусь не скоро – нужно работать.



А Женни нашла себе новое хобби – она занялась скульптурой. Не смотря на Бонни, у моей жены в отсутствие работы оказалось очень много свободного времени. Кулинарные эксперименты в прошлом, страсть к машине немного остыла, т.к. ездить все равно некуда. Теперь скульптура.
Когда Женни берет инструменты и начинает увлечено работать, я не могу на нее насмотреться. Лицо сосредоточенное, взгляд острый. От каждого удара молотка она слегка вздрагивает, на мгновение зажмуривается и морщит носик. А когда серия ударов заканчивается, она одним резким движением головы отбрасывает челку в сторону, откладывает инструменты и медленно проводит ладошкой по поверхности материала.
Если бы она всегда была такой…



Можно попросить Айзека и ей посвятить звезду. Хотя он не согласится, наверное. Пока даже я не удостоен такой чести.



А теперь ему и не до астрономии. В школе появилась какая-то влиятельная группа ребят, и он очень хочет попасть в их ряды. Арнольду все равно, а Айзек тратит все силы на то, чтобы вступить в этот закрытый клуб. Он узнал, что Ларри Ландграаб тоже в числе избранных, поэтому теперь каждый день обрабатывает свою жертву, пытаясь стать его лучшим другом.



Ларри теперь бывает у нас дома, и уже появились первые проблемы: все Ландграабы недолюбливают Ван-Уотсонов. Айзеку приходится играть на два фронта.



Но пока он справляется с этим успешно.



Марисоль может гордиться своим сыном. Он явно унаследовал ее талант манипулятора. Может быть, ему тоже лучше заняться бизнесом, а не наукой?



Для полного сходства ему не хватает пока только спортивных достижений. Но это нас ждет в будущем: скоро он поймет, что именно привлекает девочек, и начнет покорять тренажеры. Как Мари.



Нужно следить, чтобы он не унаследовал главную страсть родительницы. Я даже на Амброзии не смогу присматривать за ними за всеми вечно.
Все-таки Арни доставляет меньше всего проблем в нашей семье. Но и он делает лишь то, что хочет сам. Его очень сложно заставить изменить расписание дня и привлечь к совместной деятельности. Приходится заранее записываться на прием, как к какому-то начальнику. Иначе он просто не станет слушать. Хорошо, что у нас с ним сложилась традиционная чашка кофе вместе, а то мы бы и не общались. Сама Марисоль с трудом может достучаться до Арни и предпочитает общество Айзека. Особенности характера черного ребенка ее выводят из себя.



К тому же, Арнольд не проявляет никакого интереса к ее работе. Она стала чуть ли не самым влиятельным человеком в своей сфере, а он, не видя физического результата, оценить это не способен. Деньги для него не показатель. Вот телепорт – да – доказательство труда и умственных способностей.
Дневник, похоже, мы поделили мальчиков.



А Бонни у нас одна на всех, ее не поделишь, не смотря на то, что она с каждым днем становится больше.



В ее День Рождения Женни устроила большой праздник. И я не смог его пропустить. Как бы я не относился к толпе и к шуму, я хотел присутствовать при разрезании торта и слушать, как гости хвалят мою девочку.



Наверное, она у нас вырастет совсем избалованной.



Но для очаровательной девушки с золотыми кудряшками это даже плюс. К тому же, она такая умная, что испортить ее невозможно. Тебе кажется, у меня предвзятые суждения? Но я видел, как взрослел Ландау, как росли Айзек и Арни, и даже немного нянчился с Эм. И Бонни опережает всех их в своем развитии. Она просто вундеркинд.



Но характер у нее непростой. Она уже привыкла получать все по первому требованию, поэтому в случае любого неподчинения Бонни использует свое главное оружие – начинает плакать.



Кстати, Руфь не позвала нас на ДР своих дочерей. Наше с ней общение минимизировалось на столько, что рискует скоро выродиться в ноль. Это все полностью ее инициатива. Я устал пытаться искать с ней встреч. Как только наладилась ее семейная жизнь, я стал не нужен.
На нашу вечеринку ее пригласила Женни. Она же не знает о сложностях моих отношений с Ква. Руфь приглашение приняла, но общалась на празднике только с Ландау и с Марисоль.



Я старался не обращать внимания на ее присутствие. И мне не требовалось на это много усилий: в центре событий была моя маленькая дочь.



Надеюсь, она никогда не узнает о моих прошлых сомнениях. Как я вообще когда-то мог думать, что Бонни не моя? Она же такая умная! Хочется извиниться перед Женни, но тогда придется во всем признаться. Лучше просто оставить все так, как есть.
Ко всему можно привыкнуть. Даже такой сложноприспосабливаемый человек, как Арнольд, мирится с появлением Ларри в их с братом компании. Правда не думаю, что ему это нравится.



Но, возможно, скоро они станут лучшими друзьями, и Арнольд будет удивляться, как жил раньше без общения с Ландграабом. Как я сейчас не могу представить свою жизнь без Бонни и без Женни.

Интересно, какие счеты у Ландграабов с Ван-Уотсонами? Конфлик связан только с семейным особняком или здесь кроется что-то еще? Я никогда не вникал в работу Корпорации и не знаю, сколько успешных семей нашего города с ней связано.
Дневник, как люди раньше жили без электронных помощников? Мой компьютер освобождает меня от множества неинтересных дел. Если бы он еще и убирался за меня, был бы вообще идеальным. Я бы на нем женился. Правда не знаю, как к этому отнеслась бы Женни.
Но если бы я занимался всеми делами сам, я не спрашивал бы у тебя про Ландграабов — я бы и так все знал. А что ты мне можешь рассказать?
Перед празднованием ДР Айзек решал сложный вопрос, кого позвать в гости: Ларри или Анну-Марию. Скорее даже не так. Решать нужно было, звать ли Ларри, потому что все Ван-Уотсоны приглашаются на семейные праздники автоматически.



Айзек уже успел подчинить Ландграаба себе почти полностью, но вражда двух семей могла оказаться сильнее авторитета нашего маленького манипулятора. В дело вмешался Арнольд. Под его угрюмым взглядом все участники сложного конфликта молча принялись исполнять установленные им на вечеринке роли. Я давно обратил внимание, что все предпочитают молча подчиниться Арни, хотя он никогда не проявлял никакой агрессии. Он просто не замечает вещей, выпадающих из его реальности, поэтому людям приходится соответствовать его запросам, если они хотят с ним общаться. А Ларри, как я понял, очень хочет сохранить дружеские отношения с Арни.



Как у них все сложно! Не рано ли создавать себе такие проблемы? Каждый взрослый хотел бы продлить свое детство, а они этого еще не понимают.
Бонни самая счастливая в нашей семье. Но в искренности, возможно, она все-таки уступает Арни. Хотя я не уверен, что его навязчивое стремление говорить правду не является подростковым протестом или еще одним способом манипулировать людьми.



Все-таки он странный. Даже если не обращать внимания на цвет кожи.
Но Айзеку определенно нравится, что его признают старшим братом и уступают поэтому во многом быть первым. Даже в задувании свечей в праздник.



Но я боюсь, естественный баланс будет нарушен, если Арни опередит брата в вопросах личной жизни. Не знаю, распространяется ли на девушек это правило первенства старшего брата, может, Арнольду это вообще не кажется важным, но девочки на него засматриваются чаще, чем на Айзека. Как ни странно. Никогда бы не подумал, что будет так.



Но этим девочкам сложно привлечь Арни — никто не знает, что на самом деле ему интересно. Ему нравятся вещи, на которые другие обычно и не смотрят. Он подмечает какие-то сложные закономерности в окружающем мире и любуется ими. Из него выйдет отличный ученый, я думаю.



Хотя некоторая зацикленность ему может помешать в карьере. Кому нужны эти глупые праздники, например? А он заставил всех исполнить привычный ритуал в День Рождения. Бедный Айзек — ему так до самой старости придется задувать свечки перед братом, чтобы тот не переживал из-за неисполненной программы.



Они уже в старшей школе... И Бонни очень быстро растет. Я перестал замечать, как утекает время. По-моему, Ландау рос медленнее, чем мои дети.
Я снова назвал мальчиков своими... Похоже, я не готов расстаться с этой идеей. Но об этом знаешь только ты, дневник. Для остальных моим единственным ребенком считается маленькая принцесса Бонни.



Да она и похожа на меня больше, чем эти двое вместе.



Я стараюсь не думать о кровном родстве... Но ведь правда сходство есть? В конце концов, это Арни в нашей семье отличается от остальных, но его право на фамилию никто не оспаривает.



Да, женщинам все-таки проще: родила — значит, твой. Даже если он зеленый и с антеннами на голове:)
А дальше — пеленки, соски, игрушки... праздники, подарки.



Нет, я не буду спрашивать у Женни, кто отец нашей дочери. И не проси меня! Да ей и без этого стрессов сейчас хватает. Не думаю, что ей вообще стоит продолжать работать: она нервничает, становится невнимательной. Недавно подожгла на себе одежду, пытаясь создать металлическую скульптуру.
Все-таки женщин лучше не подпускать близко к сварочному аппарату.



Если бы во дворе не было бассейна, Бонни могла бы присоединиться к нашему клубу детей, потерявших маму в раннем возрасте. Впервые этот бассейн кого-то спас.



Может быть, наша девочка так быстро всему учится, потому что вокруг нее никто не умирает?



Можно будет использовать этот аргумент в разговоре с Марисоль, если потребуется.
Арни, кстати, после происшествия развил любопытную теорию о том, что заниматься сваркой лучше в дождливую погоду. Идея противоречива и почти невоплотима технологически, но мне нравится, что она направлена на спасение людей. Кроме того, эти мысли приходится выслушивать и Марисоль. Возможно, так по чуть-чуть мы ее все вместе и перепрограммируем.



А Женни, можно сказать, реабилитирована. Она не убийца — я это проверил. В нашей Корпорации такое не проходит бесследно, она занимала бы сейчас совсем иную должность, если бы могла убивать. Но мы отводим ей роль, связанную исключительно с денежными махинациями. Недавно пришлось организовать ее арест. Конечно, это было очень неприятно, но что я мог сделать? Я всего лишь виртуальный инвестор с репутацией психа — у меня нет права решающего голоса. Кем-то нужно было жертвовать, а ее давно не было в деле, она потеряла форму.



Да и Юджин больше не президент. Нового кандидата готовит другая группа людей, а в этом году нашей Корпорации не удалось выйти за пределы окружного уровня.



Обвинения со временем будут сняты, а пока Женни приходится во многом ограничивать свою жизнь. Но она сама выбрала такую работу.



Сейчас ее хотя бы отпустили домой. А то был риск, что Бонни начнет считать своей мамой Мари. Это стало бы началом очередной войны.



Но не смотря на взаимную неприязнь, кстати, Мари очень хорошо заботилась о ребенке Женни. Все-таки материнские чувства обладают потрясающей силой.



Все сыновья Марисоль выросли, ей остается заботиться только о внучке.
Не удивлюсь, если следующая моя запись будет о свадьбе кого-то из мальчиков.



А что? Арни нравится девушкам, я уже писал. И Айзек, я думаю, найдет способ привлечь к себе внимание.



У него даже больше шансов — он умеет играть, а вот Арнольда может подвести его излишняя прямолинейность. С девушками так нельзя. Хотя у меня самого, надо сказать, опыт небогатый.



Одно я знаю точно, если в голове Арни родится какая-то идея, он не успокоится, пока не осуществит ее. Или пока не докажет, что это сделать невозможно.



Ну что, дневник, будем делать ставки, кто первый обзаведется парой? Айзек все-таки лучше сходится с людьми. К тому же он старший брат...



Но жениться сразу после школы теперь уже не модно. Наверное, Бонни покажется это даже смешным. Зато мы смогли сохранить первую любовь на долгие годы. Да, наверное, я ее все еще люблю. Женни-скульптора точно люблю.



И если забыть про историю с Руфью и про загадочное появление Бонни в нашей жизни, выйдет довольно романтичная картинка...



На самом деле я не знаю, есть ли смысл делать из первой единственную. Если кто-то из мальчиков спросит, он поставит меня в тупик. (И сможет наблюдать редкую картину, кстати.) Но у современных подростков все стало как-то проще, на сколько я заметил. Даже Ландау еще не женился. Зря я тороплю события.



Когда они стали такими взрослыми? Я же сам женился совсем недавно! Неужели я уже такой старик? И что я успел сделать за свою жизнь? Амброзию? Телепорт? Я всего лишь развивал чужие теории, но своего ничего так и не создал. Даже Юджин добился большего в своей жизни... Но списывать меня еще рано. У меня пока даже седых волос нет.

Вот и случилось. Арни влюбился. Имя Нэнси поселилось в нашем доме, а меня не покидает ощущение дежавю: история с соседской девушкой кажется до боли знакомой. К сожалению, для Лауры подобный опыт оказался смертельно неудачным. Но Арнольд — не Юджин все-таки.



На самом деле влюбленный Арни ничем почти и не отличается от обычного. Чем привлекла его соседка, мне не понятно. Может, он просто привык видеть ее каждый день и решил закрепить это знакомство чем-то еще?



Марисоль, вроде, против Нэнси не высказывалась, так что дети могут смело продолжать свое общение.



Правда Бонни осталась в проигрыше. Она этого не запомнит, но у нее впервые увели парня: ее дядя Арни тратит на свою девушку именно то время, которое раньше уделял малышке. Вместо себя он подарил Бонни заводную коровку. Интересная замена.



Айзек относится к увлечению брата весьма скептически, но Арни как будто и не замечает его подколов.
- Простушка Нэнси поймала черного принца на крючок.
- Она не занимается рыбалкой, Айзек.



Наверное, «белый принц» и сам был бы рад стать пойманным, но его почему-то никто не ловит.



Я наблюдаю за ними не первый год, но так и не смог понять, кто же в их компании главный. С людьми всегда сложно... Сколько опытов я сам загубил из-за своих неловких рук? Любого лаборанта уволил бы за такое, а себе приходится прощать. Человек — самое слабое звено любой цепи.
Если мы хотим узнать секреты жены мэра, нам нужно всего лишь найти подходящие уши в салоне красоты. Я высказал эту идею на последнем совете Корпорации, а сам мысленно испугался за Ландау: он все еще работает на своей девчоночьей работе и может случайно попасть в поле зрение совершенно неподходящих людей. Думаю, достаточно того, что его отец уже сделал для Корпорации. Ван-Уотсоны должны отдохнуть. А Женни пока подготовит к сотрудничеству Альто.



Да, дневник, теперь я планирую задания для своей жены... Никогда не думал, что так получится. Если я начну выбирать для Марисоль новых жертв, лучше сразу меня убей.



Однажды после моей смерти Бонни прочтет этот дневник и решит, что безумие у нас семейное. Малыш, этот мир ждет, когда же ты его покоришь. Не оглядывайся на сумасшедших родственников — думай сама. Может, именно ты станешь настоящим Человеком в нашей семье. Мы надеемся на тебя.



Если бы Тамра была рядом, что бы она сказала? Правильно ли я поступаю? Может, я слишком увлекся этой игрой? Я пришел в Корпорацию с деньгами и без лица, а Женни работает на них всю жизнь. Почему же тогда я отдаю приказы, а не наоборот?



Мальчики только начинают работать, учатся дисциплине, получают опыт, но однажды кто-то со стороны так же может начать командовать ими лишь потому, что у него будут на это деньги. Надо забрать их после школы к себе — пусть лучше работают на меня, а не на кого-то неизвестного.



И мне есть, что им предложить. Я пытался зафиксировать наличие остаточной энергии после смерти подопытного, но у моего прибора получается погрешность, соизмеримая с уровнем возможного сигнала. Устройство было откалибровано на живых, мне казалось, оно работает, но дальнейшие эксперименты не принесли никаких результатов. Нужно полностью переписать методику испытаний. Сейчас я не могу даже «ноль» подтвердить экспериментально. Единственный вывод, который мне удалось сделать, - это «Женни живая и излучает тепло».



Сейчас я чувствую себя очень плохим ученым, помощь бы мне не помешала. Может, зайти с другой стороны? Если предположить, что приведения существуют, а Марисоль их видит, то почему их тогда не вижу я? Тем более я почти ее клон. Значит, эта способность должна скрываться где-то в небольшой разнице наших ДНК. Завтра проверю, унаследовали ли этот кусок мальчики. Может, я так случайно и ген успешного бизнесмена открою? Или это не может быть врожденным? Но как-то же Мари удается управлять компанией, не смотря на все проблемы с сознанием.



Да, мои исследования должны заинтересовать мальчиков. Наверное, стоит разместить доклад Айзека на главной странице нашего сайта — это потешит его самолюбие и еще раз привлечет внимание к Институту. А за Айзеком, надеюсь, уже и Арни подтянется.



Если этот Ландграаб его не собьет с толку. Их семья посчитала, что может вести свои дела без участия Корпорации, за что потом и поплатилась. Они теперь занимаются мелкой торговлей в городе и никому не мешают, но общение с представителями этого семейства все равно может быть потенциально опасно.



Лучше бы Арнольд все свободное время проводил с Нэнси. Если бы я знал, что Ландграабы перебежали дорогу Корпорации, никогда бы не позволил мальчикам общаться с Ларри, каким бы важным человеком в классе он не был. А теперь поздно — они так подружились, что даже Нэнси не сможет их разлучить. Но я что-нибудь придумаю.



Мальчики должны спокойно доучиться и расстаться с этим подозрительным другом. Работа, школа, личная жизнь — на Ларри у них скоро и времени не останется.



Можно было бы просто запретить им видеться, но это не самый эффективный способ. Я не хочу становиться ничьим врагом. Женни и так недавно весьма прозрачно намекнула мне, что на самом деле обо мне думает.
Она взялась за создание моего портрета. Несколько вечеров подряд я был вынужден стоять неподвижно во дворе — тяжелый труд, как оказалось.



Зато я мысленно спланировал дальнейший ход эксперимента, обдумал миссию Женни по вербовке Марлина Альто и случайно подслушал разговор Марисоль, который так же касался Альто, но уже другого. Ей зачем-то нужно с ним встретиться. Кажется, все Стоуны собрались использовать Альто в своих целях. Но цели Мари могут быть самыми неприятными для их семьи. Нужно будет проследить за их встречей.



Пока я обдумывал последнее, Женни завершила скульптуру...
Нет, может быть я и правда выгляжу, как лохматый гоблин, но, по-моему, этим она просто хотела показать, как ко мне относится на самом деле. Знала бы она, кто отдает ей приказы, изобразила бы великана, я думаю.



Наверное, биологический отец Бонни был красивее меня... А вдруг она и сейчас с ним встречается? Нет, не может быть... Тогда зачем ей такой гоблин, как я?
Но Бонни она все равно доверила воспитывать мне, а это главное.



Надеюсь, Женни не собирается проявить свой карикатурный талант в создании портрета Марисоль. Это может плохо кончиться.



Я бы на ее месте очень постарался, выполняя эту работу. Или не брался бы вообще. Боюсь, что, если с портретом Мари что-то будет не так, она примет это на свой счет. С другой стороны, хорошая скульптура может хоть как-то улучшить отношения женщин.



Может, их взаимная неприязнь естественна? Хотя маме Женни нравилась...
Посмотрим еще, как Мари будет относиться к женам мальчиков. Это сейчас Нэнси ей неинтересна, пока отношения не стали серьезными. А что будет, если Арни решит к ней переехать? Это будет не сложно — ее дом находится напротив нашего. Ван-Уотсоны как-то уже доказали, что можно жить на два дома довольно длительное время... Хотя у подростков меньше степеней свободы, конечно.
Надеюсь, мне не придется следить еще и за ними.
Дневник, как же я хочу просто на рыбалку! Я устал пытаться все контролировать. Я все время что-то упускаю. Мне нужен отпуск.

Усталость усугубляет мою неуклюжесть. Нужно сосредоточиться на чем-то одном или попросить Женни приготовить для меня Амброзию. Я ни раз устраивал дома пожар, но еще никогда не поджигал самого себя. Дневник, да что это со мной? Руки вообще не слушаются.



А спина теперь болит от ожогов. Хорошо, что удалось быстро потушить майку… Я был близок к тому, чтобы присоединиться к Тамре и оставить наш город совершенно беззащитным перед безумием Марисоль.



Нужно будет еще и брумбилятор в лаборатории починить, пока никто не понял, что я сам его случайно сломал… Если так дальше пойдет, мне придется выйти на пенсию.



Но перед этим нужно воспитать себе достойную замену. Мальчикам пока интересны исключительно девочки. Нет, дневник, я таким не был. Что за дети пошли?
Айзек все еще не нашел себе пару, а у Дженни, за которой он давно ухаживал, оказалось, есть девушка. Дневник, ты можешь себе это представить? Раньше о таком старались молчать, чтобы избежать сплетен и проблем на работе, а теперь они спокойно заявляют всем о своих отношениях. Что будет дальше – им официально разрешат воспитывать совместных детей?
После разговора с Катрин (девушкой Дженни) Айзек вернулся домой злым и долго возмущался, что его все это время водили за нос.



А еще выяснилось, что Арни перебежал дорогу Эрику Ква. С тех пор, как мы с Руфью перестали общаться, я и не интересовался жизнью их семейства, пока не столкнулся у своего дома с молодой версией Блейка. Никогда бы не подумал, что Ква-младший и Арни будут бороться за девушку. Хотя какая же это борьба? Нэнси уже давно предпочла Стоуна, а внук лесбиянки остался ни с чем – выживают сильнейшие.



Видимо, Альто был не из их числа… На моем счету еще одно поражение.
Я потребовал, чтобы Марисоль встретилась с Баком в нашем доме.
- Ты бы определился, - пожала плечами она и набрала номер своего старого друга.
И почему я думал, что Бак будет в безопасности у нас дома? Может, потому что в это время в гостиной как раз собралось много людей, т.е. потенциальных свидетелей.



Впервые, наверное, я был рад толпе. (Даже присутствию Ква.) Только Альто все равно никто не смог спасти. Сердце. И у меня нет никаких доказательств, что Мари к этому причастна.



Самое ужасное, что он умер на глазах у детей. Может, их записать к школьному психологу?
Айзек еще какое-то время после происшествия стоял по среди комнаты и тихо болтал сам с собою о всякой ерунде.



Я уже был готов звонить в скорою, когда он наконец успокоился и сел за домашнюю работу. Это тоже было странно, но вызывало меньше опасений.
Это общее равнодушие людей меня удивляет. Только что на их глазах умер человек, а уже через минуту все об этом забыли и продолжили жить своей жизнью.
Эрик перестал грустить о Нэнси и перекинул свое внимание на Анну-Марию. (Кстати, она обрезала волосы и стала постоянно напоминать мне Лауру.) Руфь, убедившись, что в нашем доме не обижают ее мальчика, отправилась домой к дочерям, а Юджин стал рассказывать Мари о жизни экс-президента.



Как ей это удается? Почему ее планы всегда воплощаются в жизнь, причем с идеальной точностью, а я сам себя случайно поджигаю во время работы? Наверное, она уже выбрала себе следующую жертву, а я сижу тут и жалуюсь тебе…



Мне бы поучиться ловкости у Женни хотя бы.



Ее карьера движется, она развивается, а я застрял в своем болоте. Меня прокляли Ква?



Нашлю на них Арни в отместку. Он уже обставил Эрика, справится и с остальными.
Ему вообще можно поручить любую работу – сделает идеально.



Когда он станет большим ученым, будет вспоминать меня как первого своего учителя. Я почти уверен, что именно Арнольд продолжит мое дело.



Айзеку все-таки не хватает терпения, он не может долго заниматься одним делом. Может быть, это с возрастом пройдет. Или ему просто нужна девушка, чтобы немного успокоиться. Почему он не замечает Анну-Марию? Из них вышла бы отличная пара. И Эрик Ква вновь остался бы ни с чем.



Наверное, пора помириться с Руфью… Сколько лет прошло? Разве можно так долго хранить обиды? Я уже начал мысленно мстить за что-то ее сыну, хотя он и не виноват.
Нам с Женни хватает своих проблем и без дочерей Ква. Думаю, Руфь должна это понять. У меня не так уж много друзей, чтобы воевать с ними. Раньше в моей комнате хотя бы была жена, а теперь со мной остался только ты – Женни променяла меня на свои скульптуры.



Ее мастерство растет, но Арни все равно каждый раз замечает изъяны в ее работе. Вместо вежливого «красивая скульптура» он выдает перечень недочетов, стоит только Женни поинтересоваться нашим мнением.



Она злится, но старается этого не показывать. Потом садится в машину и едет в магазин за новыми материалами для работы. Похоже, критика – самый эффективный стимул.



А вот Айзек никогда не бывает так жесток, хотя и не отличается особым человеколюбием. Он знает, что через похвалу можно быстрее добиться к себе расположения. Манипулятор и лгун с одной стороны, но очень приятный в общении человек – с другой. Полная противоположность Арнольду. Вот и выбирай.



Может быть, Эм и не сможет справиться с таким молодым человеком. Они общаются с самого детства, но это не значит, что они знают друг друга хорошо. Мы с Руфью тоже с детства дружны – и к чему это привело?
Но я буду только рад, если Анна-Мария возьмется за воспитание Айзека. Она очень хорошая девочка.



Правда тень Марисоль может испортить и их отношения.
Ван-Уотсоны обречены страдать из-за Стоунов. Не думаю, что Эм будет рада узнать правду о смерти Лауры. Хотя кто ей расскажет? Ты? Или сама Мари? Не думаю. Она, конечно, сумасшедшая, но перспективы оценивать умеет.



Не похоже, что Айзек страдает из-за Джен. Как быстро в их возрасте все забывается…



Сейчас он увлеченно изучает ледяной унитаз – новое творение моей жены. Она уверяла нас, что он даже работает. Я сам убедился, что каждая резьба нарезана верно, т.е. подсоединить его можно, но он же все равно растает, как и мой гоблин-портрет.



Кстати, Женни заметила, что мне не понравился ее намек.



Она пыталась убедить меня в том, что гоблин получился случайно: ошибка в пропорциях от недостатка опыта. Это говорил мне человек, идеально воссоздавший резьбу на ледяных трубах.
Но мне все равно хочется ей верить. Кому понравится быть гоблином в глазах жены?



Марисоль бы упрекнула меня в недостатке логики и утопила бы Женни…



А я принес с работы для жены новую игрушку – синтезатор пищи. Я помню, раньше она любила готовить, может, это поможет возродить забытое увлечение. Скульптура не приносит семье никакой пользы.



Последняя страница? Когда ты успел кончиться, дневник? И что мне теперь делать? Подклеивать листочки? Ты такой старый, что можешь этого не выдержать. Завести другую тетрадь? Но это будешь уже не ты.
Наверное, нам пора переезжать в мой компьютер. У меня давно уже все оцифровано, ты один остался…



Я знаю, компьютер никогда не передаст полностью твое обаяние, но ты кончился – что с этим сделаешь? Не верится, что я исписал столько страниц...